Не все ответы...
Шрифт:
– Нас? Ну и что?
– А то, что не хочу я, чтобы люди искали эту долину. За жалкий клочок кожи того зверя караванщики были готовы отдать мне половину своего добра, а тут целая семья. Ваш отец, без сомнений, замечательный воин, и вполне способен защитить нас от любой напасти, но думаю, он легко объяснит тебе, почему не хочет устраивать здесь бойню.
– Ладно, я сам понял, - дракончик вздохнул и неожиданно повеселел, - теперь нам есть с кем играть!!
Взрослые расхохотались. Как будто раньше не было с кем!
– Иди уже, играй. Лишнего только не болтайте при нём, на всякий
– Не маленькие!
– мимолётно обиделся дракончик, мысленно уже знакомившийся с новым товарищем. Он стрелой взмыл в воздух, и на бреющем ушёл к домику Тайрэда.
– Популяция двуногих в этой долине удвоилась, - заметил Тайрэд, - интересная тенденция...
Сладкий Дождь фыркнул и кончиком крыла сбил его с ног. Мужчина кубарем покатился по траве, вскочил.
– Ах, вот ты как?! А в глаз?!!
Дракон, дразнясь, опустил голову на землю и вызывающе оскалился. Тайрэд шутливо замахнулся рукой, но в последний момент, когда он уже был готов остановить удар, Сладкий Дождь отдёрнул голову.
Мужчина расхохотался. Им обоим нравилась эта игра.
– Кстати, теперь нам придётся строить новый дом!
– радостно заметил Тайрэд, - не может же мой единственный сын жить в этом сарае!!
Дракон плюхнулся на живот, обхватил голову лапами и преувеличенно застонал.
Глава 8. Обречённый.
(год 2 368, начало лета)
Сабира удобно расположилась на вершине холма, откуда она могла наблюдать всё своё семейство. Правым глазом она видела дракончиков и мальчика, плескавшихся на мелководье. Кито учил их бросать плоские камушки, так чтобы они прыгали по воде. Его личным рекордом было четыре прыжка, из дракончиков только у Сиропа голыш не шёл немедленно ко дну. Но они старались... такими темпами, скоро детям придётся таскать свои голыши из реки, на берегу камней не останется.
Левым глазом драконица следила за мужем и Тайрэдом, расположившимися подальше от реки, на голом глинистом пятачке. Раньше там, как и повсюду в долине, росла трава, но с какого-то момента Сладкому Дождю особо полюбилось это место. Как образно выразился Тайрэд: "дракон протёр газон до дыр". Теперь это была утоптанная лысая полянка, на которой хорошо греться на солнышке или разминаться.
Мужчины очень уютно молчали. Дракон распластался по земле, раскинув лапы и расстелив крылья. Человек примостился у него на голове, опираясь на корону. Руки он заложил за голову и закинул ногу за ногу. Иногда он что-то говорил, но на таком расстоянии Сабира могла только видеть, как шевелятся его губы. Дракон отмалчивался, преувеличенно тяжко вздыхая, так что всё его тело приходило в движение, кончик хвоста тяжело хлопал по земле. Только голова дракона оставалась в каменной неподвижности - зверь опасался уронить человека.
После возвращения из Сакры, Тайрэд и Дождь много времени проводили вместе. Сабира не знала, что с ними такого случилось, за неполную луну сплотившее этих двоих надёжней, чем за все предыдущие годы. Драконица пробовала расспросить мужа, но тот отделался общими фразами. С Тайрэдом она побеседовать не могла, поскольку на языке людей практически не говорила.
Сабира посмотрела, как шид соскальзывает по морде дракона на землю и оба они уходят прочь, и закрыла глаза. У мальчишек завелись свои тайны. Ладно, внешне то всё в порядке... пусть уж лучше они секретничают, чем враждуют.
– Мы не справимся, - в который раз повторял Тайрэд.
– Уже пытались. Результат, что называется, налицо.
Дракон задумчиво кивал. Собеседники всё дальше уходили от реки, и, судя по всему, могли за серьёзным разговором дойти до гор, пересечь их, и потеряться в лесах. Так что кинувшая вслед им взгляд Сабира сделала себе пометку на память, если к ужину не вернутся, отправиться на поиски.
– Я, в принципе, согласен со всеми твоими стенаниями, - сказал Сладкий Дождь, когда они отошли подальше.
– Но что конкретно ты предлагаешь?
Тайрэд задумался. Пока шид думал, он успел пару раз споткнуться на ровном месте и чуть не врезался в низкорослый, но изрядно колючий кустик.
– Чем-то не тем я в Сурге занимался, - с сожалением признался он, в последний момент огибая кустик.
– Надо было городскую библиотеку проинспектировать. Может там и уцелел какой трактат об архитектуре?
Дождь помотал головой.
– Ну, нашёл бы ты такой трактат? И чем бы это нам помогло?
– резонно возразил он.
– От самых умных книг практические навыки немедленно не появляются.
Тайрэд помолчал.
– Вот ты сам это и сказал, - медленно произнёс он.
– Что я такого сказал?
– дракон задумался, на что именно намекает шид. И с чего это он взялся темнить? Не в привычках Тайрэда общаться намёками и недомолвками. Если он не хочет говорить прямо, значит на то есть серьёзная причина...
Собственно, единственная тема, которой шид никогда не касается... дракон вздохнул.
– Нам придётся нанять... кого-нибудь...
– наконец выговорил он. Пригласить в долину чужака.
Тайрэд, за время его раздумий ушедший вперёд, оглянулся. "Ты сам это сказал" читалось в его взгляде.
К удивлению Сладкого Дождя, Сабира идею пригласить в долину мастера-строителя всецело одобрила.
– Люди такие хрупкие, - заметила она, лизнув мужа в нос.
– Мальчик не может жить в пещере, он заболеет и умрёт. Ему нужно хорошее тёплое убежище.
Дождь вздохнул. В последние дни он так часто проделывал это нехитрое упражнение, что мог бы играть в трагедии. Набрался опыта.
– Я боюсь за детей, - признался он.
– Найми хорошего мастера, - посоветовала драконица.
– Который любит свою работу больше себя.
Что ж, совет был хорош. Человек, одержимый своим искусством, уже не совсем человек. Он живёт по собственным законам.
– Но где я найду такого?
– спросил Дождь. И опять вздохнул.
Драконица озадаченно посмотрела на него.