Не все ответы...
Шрифт:
Дракончик тут же развернулся в сторону пещер.
В ожидании прибытия драконицы повисло молчание. Не тишина, невозможная за подвыванием израненного дракона, сдержанным шипением Тайрэда, баюкающего раненую руку, тихим плачем запоздало испугавшейся драконочки и собственным хриплым дыханием Дождя, но молчание. Не тягостное или угрожающее, просто усталое молчание. Пауза.
Сладкий Дождь внимательно посмотрел на своего человека. Живого и, чудо из чудес, даже не испуганного. Только удручённого.
– Ты грязный, - сообщил
Шид усмехнулся. Намёк, прозрачный до невозможности.
– Давай отложим водные процедуры на завтра, - предложил он.
– Я слишком устал.
Сладкий Дождь не собирался уступать.
– Рану надо промыть.
– Надо, - согласился Тайрэд, садясь на землю, - только, пожалуйста, делайте это без меня...
И он лег на спину. Он устал, потерял много крови, чуть не убил дракона, мышцы дрожат, кости болят, голова кружится... и всё ещё не кончилось... Сладкий Дождь прав, надо смыть с себя грязь, надо заново перевязать рану, надо... Даже думать лень, сил нет...
– Тайрэд... Тайрэд?
– Шоколадка наклонилась над ним, озабочено заглядывая в лицо.
– Оставь его, он устал, - Сладкий Дождь поднял голову и коротко протрубил, приветствуя заходящую на посадку жену, - как Леденец?
– Злится, что не смог принять участия в битве, - драконица принюхалась.
– Что здесь происходит?
– Уже ничего. Забери Тайрэда и пусть Шоколадка поможет ему вымыться, - Тайрэд мученически застонал, - грязнуля!.. А я буду думать, что делать с этим, - он лапой ухватил чужака за корону и приподнял ему голову.
Тёмно-золотистый застонал, закрывая глаза. Сабира покачала головой и, ничего не сказав, пошла к Тайрэду.
– Как ты думаешь, папа его убьёт?
– шёпотом спросила Шоколадка, помогая Тайрэду подняться.
– Спроси лучше так: может он его не убить? Можем мы себе это позволить?
Драконочка задумалась.
– Не знаю. Он такой страшный...
Сабира завершила их разговор, аккуратно захватив мужчину в пасть.
Сладкий Дождь проводил жену и дочь взглядом. Посмотрел на раненого чужака. Хотя Дождь уже отпустил его, бронзоватый не пытался встать, даже голову не приподнял.
Сладкий Дождь обошёл его по кругу. На его взгляд раны бронзоватого только выглядели ужасно.
– Ты дал мне четыре веских причины убить тебя, - сказал он, останавливаясь перед мордой дракона, - есть ли хоть одна причина, чтобы сохранить тебе жизнь?
– Ты... убьёшь... родича...
– Без тени сомнений! Ты же пытался убить моих детей?
Тёмно-золотой, полуприкрыв глаза, следил как серебряный прохаживается взад-вперёд, хлеща себя хвостом по бокам.
– Пожалуйста...
– наконец проскулил он.
Сладкий Дождь шумно выдохнул. Этого он не ожидал.
– Но не надейся, что я попрошу человека зашить твоё крыло, - прошипел он.
Тайрэд всё не мог заснуть, ожидая возвращения дракона.
– Что случилось?
Дракон помотал головой.
– Как малыши?
– вместо ответа спросил он.
Тайрэд оглянулся на детей. Утомлённые битвой дракончики спали, сплетясь в единый серебряный клубок. Драконица, обернувшаяся вокруг них точно защитная стена, с того момента как легла, ни разу не пошевелилась.
– Крыло удалось сшить, Сабира считает, что Леденец сможет летать уже через месяц-полтора, - мужчина поёжился, вдруг вспомнив, как когда-то предлагал дракончику нарочно продырявить крыло, в воспитательных целях.
– У Сиропа, как оказалось, разорван бок, но ничего страшного, просто кожа рассечена, даже крови почти не было. Шоколадка просто изнервничалась.
– Как рука?
Мужчина усмехнулся.
– Болит. Но действует. Или ты думаешь, я Леденца одной рукой шил?
Тайрэд почувствовал, что дольше на ногах не продержится. Он оглянулся в поисках сиденья поудобней. Камень, повсюду холодный камень... Дракон, угадав его желание, свернулся кольцом и приглашающе похлопал лапой по хвосту. Шид отказываться не стал.
– А что с этим...- достойного эпитета Тайрэд не смог придумать.
Дракон очень печально и шумно вздохнул, положил голову на землю.
– Я его за речку отволок... если он хоть лапой через воду полезет, убью. А так... Крылья подживут и пусть убирается. Жрать я ему натаскаю.
– Так ты простил его?
– Я - простил. Наверное. А вы... сможете?
– Я? Запросто. Особенно если для этого не надо никуда идти!
– Тайрэд откинулся назад, ложась на драконий хвост как на бревно.
– Дракончики... не знаю.
– Надеюсь, они тоже смогут, - Сладкий Дождь подумал, что дети обычно гораздо категоричней в суждениях. Им мало понятно милосердие.
– Я тоже надеюсь...
– сонно проговорил Тайрэд.
– Шоколадка сказала...
Он замолк. Дракон поднял голову, встревожено посмотрел на человека. Шид уже спал.
Глава 4. Оправданная цель.
(год 2 368, поздняя весна)
Вино не испортилось. Тайрэд откопал свою заветную фляжку, провалявшуюся все эти годы в тёмном холодном углу, и с удивлением обнаружил, что содержимое её не превратилось в уксус, не скисло, не испарилось, наконец... словом, осталось великолепным вином. Возможно, даже слишком великолепным для такого обращения. Он молча перевернул флягу над единственной щербатой кружкой, и так же целенаправленно опустошил её одним долгим непрерывным глотком. И сжимая в руке пустую кружку вышел к костру и сел, даже не заметив как метнулся в сторону Сироп, пропуская его.