Не верь мне

Алина

– Это твоя комната, – приоткрыв дверь спальни, сказал Олег и пропустил меня внутрь.

Неужели я действительно сделала это? Согласилась работать у мужчины, совсем недавно даже находиться рядом с которым мне было не по себе?! Неужели я действительно согласилась быть горничной в доме человека, предложившего мне деньги за то, чтобы я отдала ему своего еще не рождённого ребёнка?! Да. Но какие у меня

ещё были варианты?! Какие?!

Я осмотрела спальню внушительных размеров в бежево-коричневых тонах, никак не тянущую на комнату горничной: широкая постель, массивный деревянный комод, такой же шкаф, мягкий ковёр на полу, кресло-качалка у окна, рядом с ней – торшер на низком столике. Обернулась и удивленно спросила:

– Ты всем своим работникам предоставляешь такие хоромы?

– Не всем, – со смешком ответил Олег. Прислонился к стене, сложил руки на груди. – Но если тебя не устраивает эта спальня, можешь ночевать в кладовке. Так уж и быть, я поставлю там раскладушку.

Я только и успела что возмущенно выдохнуть, как он продолжил:

– Но тебе придется спать вместе с ведрами, швабрами и прочим пыльным хламом.

Да, расклад так себе.

Я перевела взгляд с Олега на широкую постель, застеленную тёмно-коричневым покрывалом, с неё на окна, занавешенные того же цвета портьерами, на ведущую, судя по всему, в ванную дверь и… Почувствовала себя ещё более неуютно, чем когда проснулась в спальне Громова несколько недель назад.

– Алина, – позвал негромко Олег.

Я повернулась.

– В комнате прислуги слишком холодно, – выговорил он уже совершенно серьёзно. Даже смотрел он теперь иначе: как-то слишком пристально, вдумчиво, как будто придавливал меня. – Ты можешь жить там, но не думаю, что ребенку пойдет это на пользу.

Он был прав. Спорить я бы не смогла, если бы даже захотела этого и моментально кивнула.

– Хорошо, – вздохнув, я прошла к постели и уселась на краешек. Пригладила ворсинки мягкого покрывала. – Ты расскажешь, в чем будут заключаться мои обязанности и… – я замялась. Было как-то неловко спрашивать. Но, тут же отругав себя, уверенно выговорила: – Сколько ты мне будешь платить?

Олег улыбнулся одними краешками губ. Наверное, давно ждал этого вопроса. Вот только в машине я слова вымолвить не могла, всё ещё борясь с мыслями о правильности своего решения. А Олег… Олег тоже молчал. Вёл машину, не отрываясь от дороги, и о чём он думал в тот момент, мне оставалось только догадываться.

– Давай обсудим мелочи завтра. Я ухожу в восемь утра, приготовишь мне завтрак. Тогда и поговорим.

Ничего себе мелочи… Для него, возможно, и мелочи.

Я поджала губы, но возражать не стала. Молча кивнула.

– Вот и отлично. Располагайся, – сухо выговорил Громов и вышел за дверь.

Лишь когда я осталась одна, позволила себе упасть на постель

и шумно выдохнуть. Могли ли мы с горошиной чувствовать себя в безопасности в доме Олега Громова? Положила ладонь на живот, нежно погладила. Не знаю. Не знаю. Олег – загадка. Тайна, о которой мне было страшно даже думать, не то что пытаться разгадать. В глазах его таилась опасность. В чертах лица его таилась опасность. И в словах… в словах его тоже была… опасность.

Но, несмотря на все, сегодня, сейчас, я здесь, в его доме, в комнате, которая вполне могла служить спальней любому сильному мира сего и уж никоим образом не была предназначена для горничной. Но даже это мелочи. Главное, я в безопасности. По крайней мере, пока.

Из тяжких раздумий меня вывел звуковой сигнал мобильного. Не вставая, я вытянула смартфон из кармана джинсов и открыла пришедшее сообщение.

Инна: «Все нормально? Он тебя не съел?»

Беспокойство единственной подруги, единственного человека, который не оставил меня в сложный момент, согрело сердце. Как же хорошо, что мы смогли поговорить и помириться!

Я улыбнулась и написала ответ: «Да, всё хорошо. По всей видимости, он сыт».

Инна: «Тогда твоя задача, чтобы он всегда таким и оставался». И, не успела я набрать ответ, тут же пришло вдогонку: «Лин, не упусти мужика. Такой экземпляр дорого стоит».

Неожиданно я ощутила злость. Непонятно откуда взявшуюся и тут же исчезнувшую, но… Мне было неприятно, что Инна так говорит об Олеге. Что рассматривает его так… Будто бы он – и не человек вовсе, а какой-то дорогой товар, породистый арабский конь или вроде того. Экземпляр… Фу.

«Спасибо за совет. Я спать» – быстро набрала я и отложила телефон в сторону. Уверена, что Инна ничего плохого ввиду не имела, и всё же сейчас мне не хотелось разговаривать об этом.

Только собираясь ложиться спать, я вспомнила, что чемодан Олег в комнату так и не принёс, хотя точно видела, что он вытаскивал его из багажника автомобиля.

Осторожно приоткрыв дверь, я вышла из спальни и спустилась по лестнице. В гостиной горели лишь пара настенных бра, но этого хватило, чтобы я увидела приставленный к дивану чемодан. Поднимать его я не собиралась, но взять зубную щетку и пижаму всё же хотела.

– Уже поздно. – Вздрогнула, услышав голос Олега. Обернулась, ожидая увидеть его за спиной, однако поняла, что голос доносится из соседней комнаты. – Я завтра тебе позвоню, – прислушалась. Олег был явно раздражен и говорил по телефону. – Да, Аня. Да… И я тебя. Спокойной ночи.

Так и застыла с зубной щеткой в руке, когда яркий свет вдруг озарил комнату.

– Что ты здесь делаешь? – в голосе Олега слышалось недовольство.

– Чемодан, – выпалила я. Сглотнула. – Щётка, – на большее под этим взглядом я была не способна.