Не ушедшие
Шрифт:
– Здравствуй папа, – Кириллу уже семь, но голос почти не изменился или эти изменения, прошли для Игоря незаметно.
– Здравствуй…
Большего всего на свете, он хотел сказать… сынок, но слово сын всегда вставало поперек горла, удушливым комом.
– Папа, когда ты вернёшься домой? Мы с мамой, очень скучаем, – Игорю показалось, что мальчик едва сдерживает слёзы.
Он подумал о том, что Кирилл наверняка ещё больше стал похож на мать. Игорь взглянул на фотографию, которую всё ещё крепко сжимал в руке.
– Я
– Мама обязательно найдёт тебя и заставит вернуться, – упрямо заявил мальчик.
– Пока, что ей это плохо удаётся, – он непроизвольно улыбнулся.
– Просто мама надеется, что ты разберёшься во всём самостоятельно и сам вернёшься к нам.
Кирилл не выдержал и заплакал.
–Папа, ты мне нужен, – мальчик заговорил быстро, едва не срываясь на крик, словно опасаясь, что Игорь может бросить трубку, – я твой сын и мне тяжело без тебя. Неужели ты не устал,… ты не скучаешь, за мамой… за мной.
Сердце Игоря болезненно сжалось, больше всего он хотел вернуться к жене и сыну. Он никогда не признался бы в этом самому себе. Но он мечтал вновь увидеть Марту и Кирилла, мечтал обнять, осыпать поцелуями родные лица и больше никогда не отпускать.
Но горькая правда Игоря заключалась в том, что ему некуда возвращаться! Нет даже могильных плит на кладбище. Места куда он мог бы приходить, жаловаться на судьбу, делиться горем и радостью, надеждами и мечтами. Ощущая хотя бы на короткий миг, что семья снова вместе. И тешить себя, слабой надеждой, о скорой встрече.
– …пап, – тихо позвал мальчик, опасаясь, что мужчина бросил трубку .
– Да Кирилл.
– Меня в школе обижают.
Игорь едва сдержался, что бы не зайтись в приступе безумного, истеричного смеха.
– Одноклассники рассказывают о тебе гадости, – продолжил Кирилл сквозь слёзы, – говорят, что ты вонючий бомж… а Юлька сказала, что у тебя новая жена и дети.
– Это не правда! – попытался оправдаться Игорь, – я бы никогда не бросил свою семью, ради другой женщины.
– Знаю, отец, – согласился Кирилл, – поэтому от их вранья мне ещё больнее.
– Не обращай внимание, это просто детская болтовня.
– Ещё… говорят, что ты убийца, – мальчик заплакал вновь, – это ты убил крёстного и крёстную!
При упоминание о Глебе и Ольге, Игорь болезненно поморщился. Мальчик был прав только на половину. Да Игорь не был святым и на его руках было много крови. Но в смерти друзей он был не виноват. Хотя если быть до конца честным с самим собой…виноват!
В тот день, когда погибли его друзья, он просто остановил безумного зверя в которого превратился Глеб, но он пришёл слишком поздно и не успел спасти Ольгу.
Закрыв глаза, вспомнил квартиру друзей. Повсюду кровь. Кровавая тропа, начинавшаяся в прихожей, привела Игоря в страну кошмаров, которая ещё совсем недавно была спальней двух влюблённых.
Кровавые отпечатки ладоней Глеба, были
Поражённый увиденным. Игорь замер, в оцепенение на пороге спальни. Он был настолько потрясён, что не сразу обратил внимание, на скрип распахнувшейся дверцы шифоньера.
Глеб прятался внутри, среди одежды. Его обнажённое тело, покрывала тонкая корка засохшей крови. Его всего трясло, из носа и ушей сочилась кровь. Безумные глаза, красные из – за лопнувших капилляров, маниакально блестели.
– Я так и знал, что ты придёшь трахнуть мою шлюшку – жену, – он говорил медленно, с трудом, словно ему надо было время, что бы вспомнить каждое слово.
– Глеб, – хрипло выдавил Игорь, – Глеб… что ты наделал?
– Шлюха…, – зло прошипел безумец.
На четвереньках выскочив из шифоньера, он запрыгнул на кровать и слизнул засохшую кровь с внутренней стороны бедра Ольги.
– Шлюха, – Глеб довольно облизнулся, – сладкая шлюха.
Не переставая дрожать, посмотрел налитыми кровью глазами на Игоря, криво ухмыльнулся.
– Пришёл трахнуть шлюху. – Он спрыгнул с кровати и на четвереньках, по звериному, двинулся к Игорю. – Оторву твой стручок и заткну им её похотливую дырку.
– Глеб… тебе нужна помощь, – по щекам Игоря потекли слёзы.
До него только сейчас по – настоящему начало доходить. Какую ужасную ошибку он совершил…
Но Глеб не дал додумать мысль до конца. Со звериным криком бросился на него, запрыгнув Игорю на грудь, сбил с ног…
– Папа, пап ты ещё здесь?
– Да, Кирилл, я здесь, – Игорь вздрогнул, стряхивая с себя ужасное воспоминание.
– Вернись домой пап, – мальчик явно обрадовался, что мужчина не бросил трубку, – нам с мамой нужна твоя помощь и защита. Этот мир так огромен, в нём столько непонятного, ты должен объяснить мне как он устроен.
– Прости! – Игорь почувствовал на лице предательскую влагу.
Он вспомнил, как несколько лет назад, стоя возле колыбельки сына, плакал от счастья, связывая с новорожденным надежды и мечты. Думал о том, как будет учить подрастающего малыша, всем тем мелким жизненным хитростям, которым обычно учат отцы сыновей. Представлял себе, как они вдвоём возводят из конструктора сказочные города, ходят на рыбалку, в походы, промышлять грибы, ягоды. Вспомнив всё это, судорожно вцепился в трубку.
– Уже поздно, тебе пора спать, – Игорь чувствовал себя полностью опустошённым, сил продолжать разговор, не было.