Не умирай

Хайес Роб Дж.

Последние предупреждения Пылающего кулака перед гостиницей отличались от остальных. Тут тела не было. Вместо кола деревянная табличка была вбита в землю у двери гостиницы. В центре была прибита ладонь. Кожа сморщилась и посерела, ладонь была оторвана. Ладонь сжимала длинный тонкий меч, украшенный вырезанным драконом. Чжихао пару мгновений смотрел на него, ощущая, как уголки рта пытались улыбнуться. А потом он посмотрел на дорогу. Женщина и мальчик быстро приближались, помолившись последним трупам. Он подумывал сбить табличку и спрятать

меч, но они увидели бы его, и это вызвало бы вопросы. Он все еще стоял там, когда они догнали его, но он смог стереть улыбку с лица, не дав им увидеть ее.

Он отчасти ожидал, что женщина зарыдает от вида, но она не стала. Она замерла перед табличкой, мрачно сжав губы, и опустила голову. А потом она взяла меч из ладони с осторожностью.

— Чья это ладонь? — спросил мальчик, разгибая безжизненные пальцы.

— Это ладонь того, кто меня убил, — сказал Чжихао, плохо скрывая веселье в голосе. — Прости, была. Думаю, теперь она для ворон и червей.

Женщина недовольно посмотрела на Чжихао, опустилась перед табличкой, сжимая меч в руках как подношение. Она склонила голову и закрыла глаза.

— Что ты делаешь? — спросил мальчик, но она не ответила.

— Игнорируй ее, — Чжихао понюхал воздух и огляделся. — Наверное, молится за его безопасность. Он точно мертв. Так отрубленная ладонь… Я видел, как люди истекали насмерть от меньшего. Теперь узнаем, кто воняет?

Мальчик пошел за Чжихао к входу в гостиницу, игнорируя лица, выглядывающие из окон, приблизились к дальней части здания. Мальчик был слишком близко, по мнению Чжихао, и каждый раз он пытался уйти вперед, но мальчик догонял.

Чжихао улыбнулся, завернув за угол. В паре шагов от стены гостиницы двое сидели у большого костра. Они смеялись и пили вино из бутылок, порой по очереди плевали в огонь. Тело неподалеку лежало у гостиницы. Старик с одной ладонью и без меча. Он был мертв, его голубое одеяние было во многих местах красным.

— Ринган. Хуфэнь, — крикнул Чжихао, раскинув руки и приближаясь. — Вы даже не представляете, как я счастлив вас видеть.

Ринган вскочил и отпрянул от огня, потянулся к мечу на поясе, а Хуфэнь нахмурился и сделал еще глоток из бутылки в руке.

— Я тебя узнал! — прошипел Ринган, вытащил маленький меч и вытер пот с грязного лба. Это не помогло, грязь размазалась по лицу.

— Я на это надеялся.

— Ты мертв, — сказал Хуфэнь. Звучало как обвинение.

Чжихао покачал головой и остановился на расстоянии от маленького меча.

— Нет. Удар меня не убил, просто лишил сознания. Но я все еще жив.

Мальчик схватил Чжихао за руку, и тот ощутил снова жуткое онемение. Он быстро отпрянул и попытался держаться на расстоянии, но мальчик преследовал его.

— Нет. Я четко помню. Твое сердце пронзили, — сказал Хуфэнь. Он был крупнее Рингана и выше, и у него был низкий голос под стать. Он носил жуткую косу на цепи, но пока что не размахивал ею.

Чжихао покачал головой и тепло улыбнулся,

но только губами.

— Чешуя защитила, — он стукнул кулаком по броне с вмятиной и скривился от боли в груди.

— Меч прошел насквозь, — сказал толстяк, сжимая бутылку. Было сложно спорить с Хуфэнем, больше дюжины человек, включая Пылающего кулака, видели, как он умер. — Куи сказал, что слышал, как твой палец треснул, когда он воровал твои кольца, и ты не моргнул.

Чжихао поднял левую ладонь и посмотрел на мизинец.

— Так вот откуда боль, — он пошевелил им и поежился. Костяшка, казалось, была полна осколков стекла. — Но, как видите, я жив. Верьте глазам, я всегда говорил, а не мелкому вору-паршивцу. Поверьте, я поговорю с Куи. И острые слова догонят его со сталью, — Чжихао решил, что лучше было помешать им задавать вопросы, зато он решил задать свои. Он сел на бревно недалеко от костра и протянул руки к огню. Мальчик замер у его плеча, теребил свой красный шарфик. — Так где все?

— Уже пару дней как в дороге, — Хуфэнь встал на ноги. — Были тут какое-то время. Устроили лагерь на обычном месте. Кулак послал нас приглядеть за городом на случай, если на него стоит еще раз напасть. Хотя людей в эти дни мы видели мало.

— Еще раз? — рассмеялся Чжихао. — Там огонь еще не остыл от прошлого раза.

— Что? — Хуфэнь потянулся к косе на поясе.

— Кто этот мальчик? — Ринган обошел Чжихао издалека, словно он был заразным.

Чжихао взглянул на мальчика. Его жуткие бледные глаза смотрели на мужчин по очереди, пока он потирал пальцами красный шарф. В нем не было страха. А Чжихао знал, что таких людей, как он, стоило бояться.

— Я не знаю. Он ходит за мной с тех пор, как я проснулся у реки. Можете убить его за меня.

Глава 7

Когда Чо завернула за угол гостиницы, двое мужчин подступали к Эйну, а Чжихао сидел у костра, смотрел на огонь. Меньший из двоих держал короткий меч, а толстый опустил ладонь на косу, висящую на поясе. Эйн отпрянул на шаг, споткнулся об бутылку из-под вина и упал. Чо ускорила шаги.

Толстяк закричал на Эйна:

— Кто ты? И почему на тебе… — он умер, не закончив, Чо рассекла Миром его тело плавным отточенным движением.

Мелкий вскрикнул и поднял меч. Чо шепнула Миру, и он загудел. Она рассекла меч мужчины и его тело пополам. Все было быстро и чисто, оба тела упали на землю одновременно. Кровь из меньшего облила Чжихао, и он вскочил и отпрянул.

— Фу! Они оба хотели нам помочь! — он тряхнул руками, убирая кровь, но это ему не помогло.

— Ты цел? — спросила Чо, Эйн кивнул, встал на ноги. На его юном лице было нечто близкое к панике. Чо пронзила мрачным взглядом Чжихао, но мужчина пожал плечами и пошел к гостинице, где у стены лежал труп. Он опустился, вытер ладони об его одежду и забрал из оставшейся ладони горлянку.