Не трожь Техас!
Шрифт:
Ее недавние слова зазвучали в голове. Значит, ты трахаешь объедки Леона, да? Злость в голосе Рейчел была прям ядовитой. Достаточно ли этой злости, чтобы убить?
– Черт. – Вдруг все встало на свои места. Джек Леон волочился за каждой юбкой. У них с Рейчел был роман. Когда она обнаружила, что Леон пытается вернуть Никки, то пришла в ярость. Убив Джека, она отправилась за Никки, но по ошибке напала на Эллен.
Не зная местонахождение Никки, он схватил телефон и позвонил ей. Она не ответила. Тогда
– Где Никки?
– В галерее. Что, приползешь к ней на коленках?
– Да. – Он повесил трубку, повернул за угол и выдавил из «мустанга» все, что только можно.
Никки пропустила звонок и теперь пялилась на номер Далласа. Им нужно поговорить. Она это приняла. Она приняла, что, может быть, немного погорячилась. Не то чтобы она одна во всем виновата. Даллас был не лучшим собеседником, хотя, стоит отметить, он не обещал ничего серьезного. И все же, этот мужчина был ее якорем во всей этой заварушке. Благодаря Далласу ее больше не считали хладнокровной убийцей.
Он не заслужил ее презрения. Она не заслужила, чтобы ее сердце разбили, но это не совсем его вина. По этой причине она решила извиниться – лично, – оплатить его услуги и попрощаться. Ей очень хотелось верить, что им удастся помириться, и так же сильно казалось, что уже ничего нельзя исправить. Да, она искала ямы и, наверное, в этом ее ошибка, но попытки Никки взглянуть на ситуацию с разных сторон были бессмысленными, потому что существовала лишь одна истина. Даллас с самого начала был искренен. Он – парень, который не желает загадывать на будущее.
Никки хотела большего. Чем дольше она откладывала неизбежное, тем тяжелее в итоге становилось.
Ей было очень больно, но она переживет. И похуже переживала. Верно?
Сейчас в это верилось с трудом, но время лечит.
Войдя в свой кабинет, она взяла бюст, который пожелал заполучить Даллас, чтобы отнести его в машину. Чертова штука весила килограммов десять. Никки также хотела отдать ему картину с двумя рыбачившими мальчишками, ту самую, что напоминала ей о братьях О’Коннорах. Надо признать, это была одна из ее лучших работ.
Она всего на пару шагов отошла от кабинета, когда в коридоре, ведущем из галереи, кто-то появился. Человек в лыжной маске. У Никки перехватило дыхание. Увидев нож в его руке, она подняла крик, достойный фильма ужасов. Жаль только, некому было его услышать.
– Сука. – Нападавшая – судя по голосу, это оказалась женщина – бросилась вперед. Никки отпрыгнула влево. Нож скребнул по гипсовому бюсту, вырезав маленькую лунку на правой груди.
Нападавшая пробормотала проклятье, явно разозлившись, что промахнулась. Никки, которой страх блокировал разум, пришла в бешенство из-за испорченного бюста.
– Это больше не мое.
– Как и Джек, но ты все равно его забрала, – прошипела злоумышленница из-под маски и подняла нож. – Меня достало, что
Никки попятилась.
– Я не хотела возвращать Джека.
– Что в тебе есть такого, чего нет у меня?
«Здравый рассудок», – подумала Никки, но вслух не сказала.
– Я пытала просто забыть об этом. Но потом даже частный сыщик… Он проявил ко мне интерес, и тут ты снова вылезла. Зачем?
– Даллас? – растерялась Никки.
Женщина вновь сделала выпад. Никки закричала и использовала бюст, как щит от ножа. Оружие выбило кусок на левой груди. На этот раз Никки не волновало ее творение, ее взбесило то, что это оказался тот самый человек, который напал на Эллен и убил Джека.
– Ты больная! – вскрикнула Никки, неожиданно почувствовав прилив мужества.
Женщина снова рванулась вперед. Никки сымитировала выпад вправо, а сама метнулась влево. Нож промазал мимо гипсового бюста и прошел в миллиметрах от настоящей груди Никки. Слишком близко к зоне комфорта.
– Хочешь кусочек от меня? – Никки отскочила. – На, подавись. – Со всей злости и со всего страха она швырнула бюст в нападавшую.
Все произошло как в замедленной съемке.
Бюст с глухим стуком ударил женщину в верхнюю часть груди и голову.
Нападавшая отлетела к стене и с тем же глухим звуком врезалась в нее.
Бюст разбился о кафельный пол, одна грудь покатилась дальше по коридору.
Никки последовала за ней.
Представляя, как за ней гонится женщина с ножом, Никки прибегла к единственному доступному средству. Она закричала так, будто завтра никогда не наступит, и, честно говоря, действительно не была в этом уверена.
Срезав угол, она пронеслась мимо прилавка и врезалась в другую стену.
Крепкую, твердую и мускулистую. Даллас схватил ее за плечи, и Никки увидела в его руке пистолет.
– Ты ранена? – Его взгляд метался между ней и входом в коридор.
– Нет. – Все ее тело тряслось.
Даллас отодвинул Никки в сторонку и, направив пистолет на коридор, осторожно пошел туда.
– У нее нож!
– А у меня пистолет. – Он сделал еще один шаг. Никки остановила его, схватив за руку. – Пусти. – Его предельно серьезный тон ее отрезвил. Руки Никки снова затряслись, колени задрожали.
Даллас прошел мимо прилавка, крепко сжимая пистолет, и остановился у входа в коридор.
– Она в отключке. Звони девять-один-один, – велел он Никки.
Заставив себя двигаться, Никки бросилась к телефону, в то время как Даллас вошел в коридор. Не желая терять его из вида, она взяла телефон с собой и метнулась к дверному проему
Женщина в лыжной маске валялась на полу. Даллас отпихнул нож подальше от ее руки, нагнулся и прижал два пальца к ее шее.
– О боже! Я ее убила? – Слезы наполнили глаза Никки и стали ее душить.