Не трогай меня
Шрифт:
Второй раз Сэ И выходит из транса, когда Чонгук вытирает ее слезы и целует ее в лоб. Девушка поднимает голову и видит, что Чонгук вошел уже полностью. Его бедра соприкасаются с ее промежностью, отчего она закусывает губу, не чувствуя никакой боли, лишь жар, который новой волной захлестывает ее.
— Уже не больно, да? — задает вопрос Чонгук и знает на него ответ. — Чувствуешь меня, Сэ И? Чувствуешь меня в себе? — продолжает Чонгук, резко качнув бедрами.
— О-он во мне… весь, — словно в бреду, произносит Сэ И, закатывая глаза. Она чувствует его в себе — горячую пульсирующую плоть, которая дарит невообразимое чувство заполненности — и стонет, закусывая
Отрываясь от груди возлюбленной и нависая над ней, Чонгук закидывает ее ноги к себе на плечи. Привычный темп сменяется на быстрый, и Сэ И задыхается, глотая воздух и закатывая глаза. А парень дает себе волю, вколачивая Сэ И в кровать, не обращая внимания на жалобные скрипы кровати. Лицо девушки краснеет от смущения, которое приносят ей пошлые шлепки тел друг о друга.
— Я бы трахал тебя вечность, малышка, — горячо шепчет Чонгук, подхватывая пребывающую в эйфории Сэ И и переворачивая ее на живот. — Встань на четвереньки, Сэ И, — приказной тон вызывает еще один болезненно-приятный спазм в животе, и Сэ И несмело подчиняется, поднимая голову и устремляя взгляд вперед, где видит шкаф с большим зеркалом, о котором совсем забыла. — Нравится вид, девочка моя? — довольно ухмыляясь, Чонгук видит себя и ее в отражении.
Он вновь вводит свой член в нее, страстно сжимая правой рукой ее грудь, а левую умещая на ее плече, сразу же начиная глубокие толчки. Сэ И заходится стоном, когда видит в зеркале себя, покачивающуюся вперед-назад из-за толчков парня и чуть ли не плачет от наслаждения. Только сейчас она поняла, как приятно ощущать в себе любимого человека и отдаваться ему полностью на смятой постели.
— А-а-а… А-а-а-ах! — стонет девушка томно, когда Чонгук набирает особенно быстрый темп. — Д-да, Чонгук… Да!
Взгляд падает на покрасневшие от шлепков ягодицы, из-за чего Чонгук самодовольно ухмыляется и сбавляет темп, прижимаясь крепкой грудью к вспотевшей спине Сэ И:
— Запомни эту позу. Она моя любимая, — Сэ И слышит родной голос у уха и судорожно кивает, чувствуя, как Чонгук проникает в ее рот языком, во всю хозяйничая. — Я буду частенько иметь тебя в этой позе, красавица моя, загонять свой член очень глубоко и массировать твой клитор, пока не кончишь с моим именем на устах.
Сэ И трясется, чувствуя волну наслаждения, что вот-вот придет к ней. Но почувствовав неожиданный удар по ягодице, она не удерживается на дрожащих руках, сгибая их в локтях и упираясь подбородком в постель. Ей очень понравилось. Но именно это ее и пугает.
— Оу, коленно-локтевую я тоже люблю, — издевательски тянет парень, поглаживая ее спину и резко возобновляя темп. Сдерживать стоны уже совсем не получается, поэтому Сэ И стонет совсем громко и развратно, когда чувствует второй удар по попе, глубоко в душе стыдясь своего поведения. Пошло, развратно, жарко и непозволительно приятно. — Ты так меня сжимаешь, сводишь меня с ума…
— О… о-отшлепай меня, Чонгук, — неожиданно даже для самой себя выдает девушка, раздвигая ноги шире. — Накажи непослушную меня.
— Черт подери, детка, — рычит Чонгук, не ожидая подобного откровения. Он хватается за ее бедра и сжимает их, чувствуя скорую разрядку. — Я люблю тебя…
Воздух в комнате полностью пропитан запахом секса, а громкие шлепки совокупляющихся тел заставляют неравнодушных к хозяину служанок сдвигать ножки и хвататься за живот. Скрип кровати становится еще громче, но Чонгук почти уверен, что она выдержит.
— Чонгук,
Тело Сэ И трясет от сильного оргазма, смазка течет по бедрам, внутри все пульсирует и горит. Чонгук, убедившись в том, что довел Сэ И до нужного состояния, быстро выходит из нее и изливается прямо на ее спину.
— Ты была великолепна, Сэ И, — говорит Чонгук, разрезая тишину комнату своим низким голосом.
Он понимает, что ему мало и спать совсем не хочется, да вот только спящая Сэ И, отключившаяся сразу после оргазма, кажется, не разделяет его желаний. Поэтому Чонгук мягко улыбнулся, накрыл ее одеялом и поцеловал в висок, а сам вышел в коридор с полотенцем на бедрах, чтобы вернуться со стаканом воды и таблетками обезбаливающего.
— Тебе так важно мнение посторонних людей? — отвлекшись от работы, Намджун подпирает подбородок руками и задумчиво глядит на Со Ыль, что внимательно смотрит в телевизор и впитывает информацию про себя. — Бьюсь об заклад, ты даже на уроках в школе так внимательно учителей не слушала.
— Но не тебя же называют чьей-то подстилкой, ухватившей счастливый билет по залету, — раздраженно отвечает Со Ыль, но прикусывает язык стыдливо. — П-прости. Я забываюсь.
— Это же ложь. Ты знаешь это. Какая разница, что подумают другие? — Намджун пропускает грубость мимо ушей, спуская все на женский характер, и смотрит, требуя ответа.
— Я не знаю. Я просто…
— Я тебя понял, — делает вывод Намджун, возвращаясь к бумагам.
Двумя часами позже:
— Ты знаешь меня лучше, чем я сам? — спрашивает Намджун у парня, сидящего на другой стороне. — Ты так красноречиво описывал мое будущее, поэтому я и спрашиваю, откуда тебе знать, как я поступлю в будущем, если даже я в себе не уверен.
Незнакомец мнется, подбирая слова. Он не знает, зачем его сюда привезли, но подозревает, кто ему мог нажаловаться.
— Я не знаю тебя, просто в газетах пишут. Отец многое говорил, и те, кто с тобой спал, продавали информацию о тебе журналистам.
— Ах, вот так, — парень театрально удивляется, делая вид, что слышит это впервые. Он кивает помошнику, и тот заводит Со Ыль в кабинет. — Со Ыль, прелесть моя, подойди.
У девушки глаза на лоб лезут от ласкового обращения, она вздрагивает, но послушно подходит. Намджун усаживает ее к себе на колени, совершенно ничего не стесняясь, чего не скажешь о девушке. Спустя минуту, она узнает в собеседнике Намджуна своего знакомого и вся сжимается. И ладонь парня, по-хозяйски устроившаяся на ее талии, не помогает расслабиться совсем.
Знакомый Со Ыль, в тот день карауливший ее на улице, чтобы выяснить отношения, краснеет от злости и возмущения. Он видит, как Намджун ласково проводит рукой по ее волосам и обращается вообще ласково с ней, как обращаются влюбленные люди. И слова хозяина дома подтверждают его умозаключения.
— Вас представлять не надо, так ведь? — спрашивает Намджун, и парень напротив напрягается, подозревая, что он мог слышать их разговор в тот день. — Она у меня такая непослушная: все время заставляет волноваться о себе. — Со Ыль пытается расслабиться, не совсем понимая поведение Намджуна. Скорее всего, это все игра, нужная, чтобы пустить пыль в глаза народу. Но почему тогда ее сердце так быстро бьется, а в животе бабочки? — А еще страдать заставляет от воздержания. «После свадьбы да после свадьбы». Недотрога моя. Я ничуть не удивился, когда люди удивились внезапному объявлению о помолвке. Сейчас, вот видишь, сидит и молчит. Смущается. Уже год встречаемся, а она все краснеет передо мной. Милашка.