Не трогай меня

Roy Elian

Тихой и спокойной оставалась лишь обстановка на третьем этаже, который убрали еще вчерашним утром. «Приехал молодой господин», — шептались новенькие служанки, с крайним любопытством рассматривая молодого человека, появившегося в доме со своей невестой вечером вчерашнего дня.

Закинутые нога или рука на Чонгука — своеобразная традиция, которая, правда, соблюдается сама по себе, стоит Сэ И открыть глаза. Яркое солнце слепит глаза, легкий ветерок приятно щекочет кожу. Сэ И разлепляет свои глаза, обнаруживая себя только в нижнем белье, прикрывающая грудь верхняя часть которой почему-то отсутствовала.

— Мы

спим, — бурчит сонный Чонгук, не позволяя девушке коснуться ногами пола и утягивая ее за собой под одеяло. — Сегодня ответственный день, поэтому мы должны выспаться.

Два часа спустя:

— Молодой господин, просыпайтесь, пожалуйста, — согнувшись в позе прямого угла, произносит робко девушка, стоя у двери спальни Чонгука. — Молодая госпожа уже заканчивает приготовления, а Вы все еще спите. Она просила Вас разбудить.

Через силу открыв глаза, Чонгук поднялся с постели, лениво потянувшись. Холодная постель его совсем не радовала. «И когда Сэ И успела выскользнуть у меня из рук?» — сетует на девушку парень, стоя под утренним душем.

Поблагодарив персонал за завтрак, Чонгук направился на поиски Сэ И. По его подсчетам она должны была заканчивать приготовления, ведь гости прибудут уже совсем скоро. И, казалось бы, ему самому бы начать готовиться, но он не может. Ему нужно всего лишь взглянуть на девушку. Поэтому он обходит каждую комнату, пока не находит ее, сидящую у зеркала. Она стала еще прекраснее, еще изящнее и нежнее. И то платье, которое Чонгук выбирал специально для нее, сидело идеально. Узоры, покрытые настоящим золотом и струящиеся по плечам, делали платье визуально массивным и пышным и дополняли его, делая более красивым.

— Ты не поверишь, но я, кажется, влюбился в тебя во второй раз, — восхищенно сказал Чонгук, встав у спины девушки. Солнце выгодно подчеркивало величественность девушки, пуская на ее платье свои лучи. Блеск золота заполнил комнату. — Ты просто прекрасна, Сэ И.

— Спасибо. Тебе нравится? — обворожительно улыбнулась Сэ И, сделав один поворот, чтобы дать возможность парню разглядеть все хорошенько. — Я выгляжу достойной тебя?

— Нет, Сэ И, — ответил Чонгук, притянув к себе невесту, — это мне нужно постараться сейчас, чтобы выглядеть и быть достойным тебя. Ты самая красивая и замечательная. Моя детка затмит всех сегодня, ведь так?

— Я постараюсь…

— И знаешь, что? — неожиданно говорит парень, отпрянув от девушки. — Сотри красную помаду со своих губ.

— Что? Почему? — возмущенно спрашивает девушка, хмуря брови.

— Они так и просятся на поцелуй. Думаешь, я выдержу? Думаешь, кто-то выдержит?

— Но Чонгук! — канючит девушка, складывая ладони в просящем жесте. — Эта помада мне так идет!

— Нет, Сэ И, — отрезает Чонгук, вновь притягивая ее вплотную к себе.

— Ну, пожалуйста!

— Может, в душ? — играет бровями парень, надвигаясь на девушку.

— Уже стираю, — вмиг оживляется Сэ И, подбегая к зеркалу с влажной салфеткой.

Золотые часы украшают мужское запястье, отдавая ярким блеском. Черный смокинг сидит, как влитой, белая рубашка дополняется черным галстуком, на котором красуется такой же, как и часы, золотой зажим. Чонгук лениво рассматривает себя в зеркале. Сегодняшнее мероприятие — не только празднование его

дня рождения, но и официальная церемония, на которой его отец официально передаст все свои права и обязанности единственному сыну. У Чонгука не дрожат колени, не выступает пот на лбу, не трясутся руки. Чонгуку просто скучно. День рождения можно было отпраздновать в узком кругу, компания уже давно находится под его контролем. И Чонгук искренне не понимает, зачем ему нужно получить признание со стороны других людей. Или же, возможно, будет правильным назвать это все просто «показушничеством»? Возможно, так и есть.

Сэ И нервно оглядывается в поисках своих друзей. Ей нужен спасательный круг в этом море незнакомых людей. Когда они выходили с Чонгуком, слышались гул и аплодисменты. Да только Сэ И прекрасно ощущала напряжение в воздухе, а завистливые взгляды с женской стороны заставляли девушку только выпрямлять спину и идти с гордо поднятой головой. Но теперь Чонгука нет рядом — он направился в кабинет отца с уже нынешними партнерами по бизнесу. Без Чонгука в Сэ И уже нет твердой уверенности. Поэтому она, решив скрыться от десятков незнакомых глаз, направилась в дамскую комнату, о чем сразу же пожалела, как только приоткрыла дверь туда.

— Ты видела ее? Грудь вперед, нос вверх. Чем она гордится? Думает, она лучше нас?

— Вероятно, так и есть, если он ее рядом с собой уже два года держит.

— «Держит» — неверно сказано. Он любит ее, очевидно же. А теперь, полюбуйтесь, уже невеста.

— Верно. Но… чем же она его привлекла?

— Точно не знаю. Но дело не в фигуре, определенно. Ну, то есть внешность — не главное в данной ситуации.

Сжав кулаки, Сэ И стояла возле двери. Подсознание яростно кричало, веля уходить отсюда, но ноги не слушались. Девушка слышала все, про себя считая количество голосов, переваливающее за отметку «пять».

— О чем ты говоришь? Ты только посмотри на нее! Я ни за что не поверю, если скажешь, будто он ее ни разу не трахал. Да какая баба откажется от него?

— Секс — слишком просто. Этим его и его окружение уже не впечатлишь. Секса в их жизни было настолько много, что их, должно быть, тошнит уже от него. Но это я утрирую, разумеется.

— И то верно.

— А я ей просто завидую. Она такая счастливая. Хотелось бы и мне узнать, как умеет любить сердце нашего холодного принца.

— Этого ты никогда не узнаешь. Объединяет нас всех лишь то, что мы все были под ним. Немного грустно, конечно.

— Что в этом грустного? Он имеет, как Бог. Четыре оргазма за ночь. А тело его…

— Как у Апполона.

Ногти царапают поверхность двери, а уровень злости и ревности превышает уровень «нормально». Какой девушке будет приятно слушать разговор бывших секс-партнерш своего любимого? Сэ И твердо решила закрыть глаза на всех тех, кто был у Чонгука до нее. Все это не имеет значения, ведь любит он только ее. И да, это правда. Но желание войти в чертов туалет и накричать на «куриц», по мнению Сэ И, оказывается сильнее. И девушка именно так и сделала бы, если бы горячее дыхание у самого уха и сильные мужские руки на талии не остановили ее. Чонгук медленно обвивает своими руками ее талию и прижимается к девушке сильнее, а Сэ И оборачивается и видит, как он безмолвно мотает головой из стороны в сторону, а затем шепчет: