Не страшись любви

Барри Максин

Харриет взяла себя в руки. Меньше всего ей хотелось, чтобы Ванни беспокоили ее проблемы.

— Спасибо, но я в порядке. Просто что-то немного раскисла.

«Хорошо, но что тебе делать дальше?» — прошептал ей внутренний голос. Она вдруг разозлилась. Если бы только завещание не было уничтожено, то проблема с леди Грейс решилась бы раз и навсегда.

Взяв ручку, она машинально стала чертить ею по бумаге.

Ванни почувствовала себя виноватой. Все это время она сидела на деньгах, а Харриет они бы так пригодились.

Но она всегда считала, что Фрэнки достаточно обеспечена. Теперь, когда ей больше не нужно прятаться, она может перевести в Англию необходимую сумму прямо сейчас. Какой смысл во всех этих деньгах, если она не может помочь подруге? Несмотря на слова Харриет, у нее будут деньги, помимо банковской ссуды.

Она посмотрела в блокнот, лежащий перед Харриет. И, читая вверх ногами то, что там было написано… произнесла:

— «По ком звонит колокол». Я не знала, что ты поклонница Джона Донна.

— Ты хочешь сказать — Хемингуэя? — рассеянно поправила ее Харриет.

Ванни усмехнулась:

— Хемингуэй позаимствовал название для романа из поэмы Джона Донна, одного из ваших лучших метафизических поэтов. Англичанка, а не знаешь.

Харриет буквально застыла на месте. Глаза ее заблестели от возбуждения.

— Джон Донн? — чуть слышно повторила она. Она ведь видела книги его стихов в библиотеке Пауэлл-Хауса? — Ванни, извини, пожалуйста, я ненадолго. Мне нужно кое-что сделать.

— Конечно. — Ванни направилась к двери. Затем повернулась и сказала: — Только смотри не перенапрягайся. У тебя и так было сумасшедшее утро.

Харриет рассеянно кивнула. Ей нужно снова попасть в библиотеку. Но как?

Послеобеденная поездка в Сьюдли-Кастл была короткой, но, когда красно-кремовый автобус вернулся в «Уиндраш-Шеллоуз», Ванни почувствовала себя совершенно разбитой.

Вслед за группой довольных экскурсантов она прошла через холл в бар. Бретт, который в этот раз не поехал с ней — вдруг случится еще что-то типа нашествия крыс, — поднялся со стула, ожидая, пока она подойдет к нему. На лице его было написано: «Я по тебе скучал».

— Привет, дорогая. По-моему, тебе не помешает стаканчик бургундского.

Ванни простонала:

— Да, пожалуйста, чего-нибудь, только не очень крепкого. Может, виски с содовой, но послабее.

— Любительница виски, — поддразнил ее Бретт и подал знак бармену.

— Все тихо?

— Да. Джайлз приехал пару часов назад.

Ванни насторожилась:

— Он виделся с Харриет?

— Да, сразу прошел к ней в кабинет, — отрапортовал Бретт, понимая, что ею владеет не только беспокойство, но и любопытство.

— Они ссорились? — обеспокоенно спросила Ванни.

— По-моему, нет, — пожал плечами Бретт. — Когда он вышел полчаса спустя, то выглядел вполне счастливым. Расскажешь мне о них?

И за стаканом отличного виски с содовой Ванни рассказала ему все, что знала о семейной саге Пауэллов.

Когда она закончила, Бретт изумленно покачал головой:

— Значит, ни старая леди, ни Джайлз не знают, что Харриет их родственница?

— Нет, — ответила Ванни. — Она сама решит, когда рассказать об этом. Поэтому мне тоже нужно пока молчать. Я права?

Бретт усмехнулся:

— Ну конечно. Кроме того, — лукаво добавил он, — уж нам-то не стоит давать советы страдающим от безнадежной любви.

Ванни расхохоталась и взяла свою сумку со стойки бара.

— Да уж. Я должна принять душ, прежде чем переоденусь к ужину. Идешь со мной?

Бретт глубоко вздохнул и быстро вышел вслед за ней из комнаты.

Рита-Сью, увидев мелькнувшую тень Бретта, быстро пошла вверх по лестнице, ведущей на третий этаж. В ее распоряжении было всего несколько минут…

Ванни положила сумку, сбросила туфли и, подойдя к шкафу, вынула большое пушистое полотенце. Бретт, выйдя из комнаты босиком и с таким же полотенцем в руках, тяжело сглотнул, увидев, что она направляется к нему. Глаза ее сверкали как изумруды.

— Будем надеяться, что в душе хватит места для двоих, — сказала она, приподнявшись на цыпочках, чтобы поцеловать его.

Крупное тело Бретта задрожало от ее прикосновения.

— Хватит пока, — сказал он, взявшись за дверную ручку. Ванни со смехом подтолкнула его, и они оба ввалились в ванную комнату. Красивая блондинка, обернутая полотенцем, повернулась к ним.

— О… простите, мадам, — пробормотал Бретт.

Ванни за его спиной с трудом удержалась, чтобы не захихикать.

Рита-Сью посмотрела на Бретта. На ее лице появилось выражение удивления, быстро сменившееся восторгом.

— Бретт, дорогой. — Голос ее был тягуч, как патока. Ванни моргнула. Бретт уставился на Риту.

— Простите, — удивленно сказал он. Эту женщину он видел первый раз в жизни.

Рита-Сью в недоумении сдвинула брови и засмеялась. Так, как нужно — чуть-чуть вызывающе и чуть-чуть обиженно.

— Бретг, дорогой, что происходит? — Она нервно посмотрела на Ванни. — Я думала, что мы встретимся в моей комнате, — сказала она, повернувшись, чтобы им лучше было видно ложбинку между ее грудями, покрытые загаром плечи и роскошное облако светлых волос.

Бретгу показалось, что кто-то провел по его позвоночнику холодным пальцем. Кто-то определенно подстроил это! Он повернулся к Ванни. Рита-Сью тоже перевела на нее свой взгляд.

Ванни увидела на ее лице то особое выражение агрессивной одержимости, с которым женщина смотрит на соперницу.

— Дорогой, кто это? — Она говорила с южным акцентом и разделила последнее слово на два слога — каждый был произнесен со злобой и тревогой.

Бретт взглянул на Риту-Сью.

— Послушайте, — резко сказал он, — я не знаю ни кто вы, ни что вам от меня надо, но…