Не стоит любить лжеца
Шрифт:
— Надеюсь, тебе понравится в аду.
Глава 20
Она услышала гром выстрелов. Один. Два… пауза, пауза, от которой она похолодела изнутри. А затем…
Три.
Кеннеди уставилась на входную дверь дома на Притании. «Выходи Реми. Ну же, выходи».
Но никто не вышел. Ни Реми. Ни её брат. Ни даже Коннор.
О, Боже.
Она потянулась к бардачку. Заперт, но Реми оставил ей ключи. Она открыла его, пошарила внутри
Её пальцы прикоснулись к жёстким ножнам. Она вытащила их и увидела клинок, закреплённый внутри. Её дыхание участилось, когда она вытащила нож из ножен и побежала к дому. Помощь уже в пути. Джошуа и Бри прибудут в любую минуту, но что если у Реми не будет этой минуты? Что если она уже опоздала?
Он нуждается в ней, и она не может просто сидеть в машине, пока двое мужчин, которых она любит, возможно, умирают в этом доме.
Она перекинула нож через ворота и перелезла через них, перевалившись на другую сторону. Задержавшись лишь на достаточное время, чтобы поднять оружие, Кеннеди поспешила к дому. Дверь была открыта, но она не вбежала внутрь. Вместо этого она прокралась через открытый дверной проём, старалась не издавать ни звука. Её сердце громко колотилось в груди, но её шаги оставались беззвучными. Она держала нож сбоку от себя, пряча его за ногой и…
Кровь.
На полу была кровь.
Тела на полу.
— О, слава Богу! — от звука знакомого голоса она дёрнулась.
И она затрясла головой, не веря своим глазам.
Потому что… Генри находился здесь. Её Генри. Генри присел на корточки рядом с Реми, Реми — который по-видимому был без сознания. «Без сознания, но не мёртв. Он не может умереть. Не может быть мёртв».
В одной руке Генри держал пистолет.
Она продолжила держать нож сбоку.
— Он вошёл с оружием в руках… — Генри казался растерянным. — Я был здесь… Кайл позвонил мне. Я пытался заставить Реми понять, что твой брат не угроза. Но он не слушал. Реми просто начал стрелять! — дрожащая левая рука указала куда-то назад.
За его спину…
На два других тела.
Коннора.
И Кайла?
Её тело затряслось.
— Я говорил ему остановиться! — вскрикнул Генри. Слёзы покатились по его щекам. — Я говорил ему, что ситуация под контролем! Я отговорил твоего брата! Он успокоился. Но Реми… просто начал стрелять. Бам, бам! Раз в твоего брата. Другой в Коннора. А потом… потом он повернулся ко мне. — Генри перевёл взгляд на свою правую руку и казался потрясенным, увидев там пистолет. — Я взял с собой оружие. Так, на всякий случай. Боже, ты же знаешь этот город. Ночью твориться настоящее безумие, и я подумал… — его слова оборвались.
Кеннеди предприняла несколько осторожных шагов в сторону Генри и Реми.
— Он собирался застрелить меня, — слова Генри вышли безжизненными. — Я видел это в глазах Реми. Он собирался застрелить меня, как застрелил Кайла и Коннора. Потому что я свидетель. Из-за того, что я видел, что он сделал. Видел, как он хладнокровно застрелил этих двоих. Но я не был готов умереть. Я-я выстрелил и попал в него.
Грудь Реми пошевелилась? Поднялась и опала?
— Мне нужно проверить твоего брата! — рявкнул ей Генри. — Пожалуйста, Боже, пусть он будет жив. — Он встал на ноги. Подбежал к её брату. Присел на корточки рядом.
Она опустилась на колени рядом с Реми.
— Он сумасшедший! — выдал Генри. — Никогда не видел ничего подобного. Мужик уничтожал всех на своём пути. А я-то думал, что он должен быть хорошим парнем.
Кровь фонтаном выливалась из раны на животе Реми. Возле его виска был большой глубокий порез. Как будто его чем-то ударили.
Чем-то…
Прикладом пистолета? Потому что, когда она вошла в дом, Генри на корточках сидел рядом с Реми и держал пистолет.
Её левая рука поднялась, чтобы зажать рану на животе Реми. Кровь тут же проступила сквозь её пальцы. Он издал слабый вздох, и это был самый красивый звук, который она когда-либо слышала. Этот вздох боли означает, что Реми по-прежнему жив. Ей нужно сильнее надавить на рану. Тогда она сможет сохранить ему жизнь. Помощь идет.
— Кеннеди! Твой брат жив! — выкрикнул Генри. — Иди помоги мне! Кайл нуждается в тебе!
Она не пошевелилась.
— Реми жив. Я зажимаю его рану. Я нужна ему.
— Этот ублюдок застрелил твоего брата! Он мог бы пристрелить меня! Он не тот, кем ты его считаешь. Он не…
«Верь мне». Она осталась на месте.
— Скоро здесь будут федералы. Совсем скоро.
Генри бросился к ней.
— Твой брат умирает, а ты пытаешься спасти этот кусок дерьма, который выстрелил в него…
Она почувствовала его за спиной. Прямо за собой. В пределах радиуса поражения. Именно там, где она хотела, чтобы он оказался. Кеннеди крутанулась и воткнула нож, попав ему в живот, почти в то же самое место, что прострелили Реми.
Рот Генри приоткрылся. На его лице вспыхнул шок. Шок. Предательство. Боль.
А затем ярость. Так много ярости.
В его руке по-прежнему был пистолет. Пистолет, которым, как она подозревала, он стрелял в Реми. Пристрелил Коннора. И пристрелил Кайла. Она подозревала, что это всё сделал именно он.
— Я вырастил тебя, — прорычал он, из его рта вылетала слюна.
Её правая рука по-прежнему крепко удерживала рукоятку ножа.
Его правая рука… по-прежнему держала пистолет, который он направил на неё.
— Я вырастил тебя… а ты выбрала его?
Она сильно дернула нож, проворачивая, и Генри взвыл. Он выстрелил из пистолета, но она отскочила назад, и пуля лишь жгучим пламенем опалила её руку, оцарапав. Она перепрыгнула через тело Реми. Кеннеди видела его пистолет на полу. «Глок» находился в нескольких футах, его как будто выбили в сторону, и если она сможет просто добраться до него достаточно быстро…
— Я выстрелю… — выдохнул Генри. — Прямо в его голову… прямо сейчас. Остановись, слышишь меня?
Она замерла. Пистолет оставался так близко. Ещё два фута, и она бы дотянулась до него. Но прямо сейчас с таким же успехом он мог бы оказаться и в миллионе миль отсюда.
— Посмотри на меня!
Она крутанулась вокруг своей оси. Увидела Генри. Он стоял над Реми. Его пистолет был прижат ко лбу Реми.
— Не надо! — стала умолять Кеннеди. — Пожалуйста, не надо!