Не служил бы я на флоте...

Бойко Владимир Николаевич

разного размера...

24 ФЕВРАЛЯ

МГУ, военная кафедра, разгар застоя. Основное развлечение

у студента – выпить и поиграть в картишки. Военка ему на хрен не

304

нужна, но прогулять нельзя, круче этой кафе-

дры нет. На дворе 24 февраля. Аудитория, ко-

торая и без повода надирается каждый день,

просто

никакая. У доски полковник. Ему со-

всем плохо, но он держится.

12 часов дня. Открывается дверь, и по-

является зеленый от похмелья студент: «Раз-

решите опоздавшему войти?». Полковник

долго рассматривает висящие на стене часы,

затем свои наручные, шевелит губами, под-

считывая, на сколько опоздал студент, если

занятия начинаются в 8.30. Потом, с трудом разлепив сухие губы,

произносит: «Это уже не опоздавший, а неявившийся! Чем може-

те объяснить?». Студент долго думает, вспоминает вчерашнее и

произносит: «Тщ–щ–щ полковник, ну, вчера было 23 февраля!».

Полковник (задумчиво): «Так ведь и у меня было!». Студент долго

раздумывает, пытаясь понять, почему у полковника тоже было та-

кое же число и, если это правда, как полковник вообще попал на

работу. После длинной паузы он, наконец, догадывается и произ-

носит: «Ну так вы же человек более опытный!».

Полковник расплывается в улыбке и произносит: «Садись, во-

дички хочешь?».

РАССЛАБИЛИСЬ

Сидят друзья однажды вечером с соседом у него на квартире,

и думают, как скоротать выходные. Жены их, кстати тоже подру-

ги, укатили на дачу, не оставив благоверным даже на пиво. И тут

телефонный звонок. Звонит старый сослуживец, с которым ребята

отдавали воинский долг Родине. После демобилизации, а прошло

уже лет двадцать, они ни разу и не виделись. Как тот его нашел в

незнакомом городе, так и осталось загадкой. Но вопрос не в этом!

В общем, как бы там не было, но этот друг через час был вместе с

ними. А в связи с тем, что он оказался преуспевающим бизнесме-

ном, водка потекла рекой. На следующий день, в субботу, с утра

изрядно похмелившись, всех троих потянуло на подвиги. И друг,

широким жестом, просмотрев рекламную газету их города, зака-

зал на дом трех жриц любви. Местные сначала заволновались, но

вспомнив, что жены приедут только завтра к вечеру, решили от-

тянуться на полную катушку.

305

Через пятнадцать минут после заказа в

дверь позвонили. Друзья, удивившись такой

оперативности и сервису, бросились к дверям

всем скопом. Правда, гость по пути зарулил

в

туалет. С радостным криком: «А вот и девоч-

ки!» – хозяин распахнул двери и остолбенел. За

порогом стояла его жена, и жена соседа. Пауза

затянулась, потому что девочки были ошараше-

ны тем, что их за последние десять лет впервые

назвали ДЕВОЧКАМИ. А мальчики, мгновенно

протрезвев, соображали, что делать дальше.

Обстановку разрядил вышедший из туалета гость. Подергивая

гульфик, он внимательно осмотрел вновь прибывших, и так как не

знал, кто они на сам деле, возмутился:

«И это проститутки!? Да у них морды лошадиные! И почему

две, мы же трех заказывали!».

СЛУЖБА СПАСЕНИЯ

Два охотника выходят из леса, и один из них вдруг падает на

землю. Кажется, он не дышит, его глаза остекленели. Другой охот-

ник выхватывает телефон и вызывает 911. Задыхаясь от волнения,

он кричит в трубку: «Мой друг мёртв! Что мне делать?». Опера-

тор отвечает: «Успокойтесь, мы вам поможем, но сначала давайте

удостоверимся, что ваш друг действительно мёртв». Некоторое

время в трубке тишина, потом слышится выстрел. Охотник говорит

диспетчеру: «Ладно, он мёртв, что теперь?».

АВИАКОНСТРУКТОР

В СССР отбор был суровый и жестокий. Расстрельно – лагер-

ный был отбор. Как результат, инженерно – техническое руко-

водство состояло из исключительно сильных, волевых людей. В

начале 50-х годов обсуждалось принятие на вооружение ново-

го стратегического бомбардировщика. При первом обсуждении

было много замечаний.

Одно из них, министра обороны маршала Василевского – о не-

обходимости посадить стрелка – радиста в хвост. Авиаконструктор

Туполев объяснил Василевскому про то, что методы ведения боя

изменились и стрелок – радист более не нужен. На следующем

заседании комиссии Туполев доложил о проведенной работе по

306

всем замечаниям. Не упомянул только про стрелка – радиста. Ва-

силевский стал требовать включения стрелка – радиста. Туполев

терпеливо стал объяснять про методы ведения боя и так далее.

Министр обороны Василевский настаивал на своем. Наконец, Ту-

полев сказал резко: «Вот когда у тебя, маршал, глаза на жопе выра-

стут, тогда я посажу в хвост бомбардировщика стрелка – радиста».

Василевский, как говорится, умылся. А что ему оставалось делать?

По существовавшей тогда параллельной иерархии коммуняк

и технарей, он мог пожаловаться на Туполева только Сталину. Но