Не-Русь
Шрифт:
Эти края — треугольник с южной стороны при слиянии Волги и Камы — сходен с Росью или Крымом: отстойник для степных неудачников. Те из кочевых народов, кто не сумел «усидеть на рельсах» — удержаться в Великой Степи, откатывались в здешние леса. Так, несколько веков здесь отсиживались мадьяры. Выбитые гуннами с Иртыша, они попали в общий поток Великого Переселения народов, в отличие от более мудрых хантов и манси, сразу ушедших в тайгу в направлении Салехарда.
Наследники гуннов — хазары, достали мадьяр и здесь. Пришлось бежать дальше — основывать
Сейчас на этих землях живёт с десяток разных народов. Наиболее многочисленны два племени — суваш и булгар. Одни — беженцы от хазар, другие — от врагов хазар. Каганата уже давно нет, но бывшие беженцы возвращаться на свои прежние земли не собираются. Осели, окрестьянились, ассимилировали местное и не-местное население. Теперь считают эти места — своими, исконно-посконными.
Ещё булгарские семьи (аилы, аулы, коши) есть в составе половецких куреней. Во множестве стоят их характерные уже стационарные дома-юрты в Дельте Волги. Столетия Волжские булгары были вассалами хазарских каганов — каганат кончился, а булгары в Дельте — остались. Как и хазары, и печенеги, и прочие. Сейчас там огузское ханство.
После похода Святослава-Барса, разгромившего каганат, в низовья Волги пришли огузы-торки. Часть кочевала и дальше, а часть осталась здесь. В качестве правящей династии. Не очень хорошо правящей: двигающихся вслед за огузами других тюрок — кыпчаков — ханы Итиля не остановили. И сейчас половецкие отряды регулярно грабят городки в Дельте. Но выжечь начисто — и не хочется, и не можется. Уж больно важен для всех здешних народов этот торговый перекрёсток.
Потом придут татаро-монголы. И древний Итиль, и новая столица — Саксин станут прахом под копытами ханского коня.
Вся Волга станет прахом, пепелищем. От Итиля до Ржева. Но — потом. Пока русские рати суздальского, рязанского, муромского, тверского князей, выясняющие с булгарским эмиром вопрос о «кочке» — об Окской Стрелке, выгребают к северному краю дельты Камы.
Южнее дельты Камы, на высоком левом берегу Волги стоит столица — Булгар Великий — ещё одно порождение паранойи правителя.
В основе Великого Булгара — действия двух человек: правителя волжских булгар по имени Аламуш, и секретаря багдадского посольства, часто называемого ибн Фадлан.
Аламуш, балтавар по должности, вассал кагана хазар, принявший, в 922 году от РХ, ислам и титул эмира, был человек очень толстый, пузатый и широкий, «говорил как из большого кувшина». При этом — отнюдь не ленивый и умный. Впрочем, иначе бы он и не выжил.
Прежде всего, Аламуш ислам не принимал. Он уже был мусульманином. Лет 10 — минимум.
Муэдзин в его доме провозглашал икаму — призыв к молитве — дважды в день. Так, как установлено у ханифитов.
Тут приезжает ибн Фадлан и указывает на нарушение канона — отличие от других школ фикха. Аламуш немедленно приказывает муэдзину слушаться прибывшего от престола халифа — муэдзинить по-новому. Но —
«Таким образом муеззин совершал молитву соответственно с этим указанием несколько дней, в то время, как царь спрашивал меня о деньгах и препирался со мной о них, а я приводил его в отчаяние относительно этого и защищался доказательствами в этом деле. Когда же он был приведен в отчаяние относительно этого, то дал распоряжение муеззину, чтобы он провозглашал икаму дважды, и муеззин это сделал».
Фиг с ней, с икамой, но 4 тысячи золотых динаров багдадцы зажали! Такие деньги! Кинули…
Вопрос веры для разумного средневекового правителя — вопрос прагматический. Не своей веры — веры народа. Аламуш пытался форсированно навязать Аллаха местным народам. Признание нового бога — измена прежнему. Изменников никто не любит. Навязывающих измену — тоже.
Вообще-то, булгары, были по теме религии довольно… индифферентны.
Татищев пишет:
«имели издревле закон браманов, из Индии через купечество принесенный, как и в Персии до принятия махометанства был. И оставшие болгарские народы чуваши довольно происхождением души из одного животного в другое удостоверивают».
Татищев смешивает зороастризм (распространённый на территории Ирана) и индуизм (браминов Индии). Судя по раскопкам в Болгарии, поклонники Заратустры среди булгар хана Аспаруха — были.
Постоянным элементом в орнаментах волжских булгар было «мировое дерево». Это символ шаманизма древних сибирских племён. Но у булгар это дерево — без нижней части, без корней. У чувашей активно почиталось священное дерево дуб. Но относить их к древним германским племенам, тоже поклонявшимся дубу — не следует.
Китайцы отмечали у гуннов веру в Небо, в Тенгри: «Хунну называют Тянь (название неба или Небес по-китайски) — Тенгри». Это верховное божество было вполне усвоено всеми тюркоязычными народами.
Ибн Фадлан пишет об огузах:
«А если кого-нибудь из них постигает несправедливость или случится с ним что-либо неприятное, он поднимет свою голову к небу и говорит: «Бир тенгри», а это означает «[клянусь] богом единым», так как «бир» по-тюркски «один», а «тенгри» на языке тюрок — «бог».
Другое олицетворение Тенгри — скачущий белый конь — встречается в изображениях на раскопанных вещах Волжской Булгарии.
Но вот аль-Балхи даёт сравнительный анализ разных имён создателя:
«Арабы его называют Аллах…, а других богов называют Илах (NB: мусульмане — язычники?)… Тюркский народ его называет Бир Тенгри, что означает «Бог Единственный» (NB: язычники тюрки — монотеисты?)… Евреи его именуют в своем языке Элохим Адонай или Яхия Ашер Яхия. Елохим означает «бог» на их языке. (NB: «элохим» — множественное число, «боги». Иудеи — язычники?). Я слышал, что булгары называют Создателя именем Эдфу, а когда я их спрашивал, как они называют своего идола, они мне отвечал — Фа…».