Не поздно влюбиться

The Secret She Must Tell the Spaniard

– Прошу прощения…

Слова замерли на губах Алисии Гриффитс, когда она подняла взгляд и вверх, по широкой груди, крепким плечам и загорелой щеке прошлась по лицу, которое было слишком хорошо знакомо ей. Несмотря на то что прошло десять лет, она не могла ошибиться, кем был мужчина, стоящий перед ней.

Грасиано Кортес.

Земля под ее ногами, казалось, задрожала. Ее горло сжалось, так что говорить стало почти

– Алисия? – Он явно удивился, но пришел в себя гораздо быстрее, чем она. Его глаза сузились, он медленно рассматривал ее, сначала скользнув взглядом по ее лицу – от светлых волос, широко расставленных зеленых глаз до розовых губ. Затем его взгляд спустился ниже, к декольте шелкового вечернего платья.

Она и так превратилась в комок нервов – в тот вечер было самое большое благотворительное мероприятие, которое она организовала. Но встреча с Грасиано выбила ее из колеи.

– Что ты здесь делаешь? – выпалила Алисия. Правда, она видела список гостей два дня назад – после того, как все билеты были проданы, она не особо интересовалась тем, кто придет. Ей было важно, чтобы для участия в благотворительном аукционе зарегистрировались, как обычно, высокопоставленные жертвователи. Но Алисия заметила бы имя Грасиано в списке, а это означало, что он появился в нем позже.

– Насколько я знаю, это свободная страна… – протянул он, его голос был полон властности и насмешки, а его акцент оказал на нее свое обычное магическое действие.

Все внутри ее сжалось. Этот человек был ее личной катастрофой. Всегда. Но сейчас все было гораздо хуже. Ведь, помимо всего, он был отцом ее дочери. У него был ребенок, о котором он ничего не знал, потому что лишил Алисию возможности связаться с ним после того ужасного утра в Севилье.

– Ты пришел ко мне? – спросила она в смущении.

Господи, неужели он узнал об Энни? Он пришел, чтобы забрать Энни? Кровь отхлынула от ее лица, когда она подумала об этом.

– По какой причине я мог хотеть увидеть тебя, Алисия?

Ее глаза расширились от явного презрения в его голосе, и, хотя она понимала, что должна радоваться, ведь его слова означали, что он не знал правды, она еще больше занервничала.

В последний раз, когда она видела Грасиано, ему было восемнадцать лет – он был еще юношей, но в нем было больше решимости, чем у большинства взрослых людей. Должна быть причина для его присутствия на аукционе.

– Скажи мне сам, – предложила Алисия, бросив быстрый взгляд через его плечо.

Ей нужно было добраться до сцены, но ее ноги приклеились к полу.

– У меня нет причин, – твердо сказал он, сжав губы. – Десять лет назад я поклялся, что ты последний человек, которого я хотел бы видеть, и мое мнение не изменилось.

Она вздрогнула от холодности его тона. В памяти всплыли картинки из прошлого. То утро в Севилье, когда ее отец обвинил, запугал и выгнал Грасиано из дома. Но вместо того, чтобы поддержать парня, она лишь молча стояла рядом с отцом. Не важно, что она пыталась извиниться и объяснить ему что-то потом. Что она пыталась рассказать ему о ребенке, которого они зачали.

Он полностью исключил Алисию из своей жизни, и она

– Это было давно, – тихо сказала она, хотя на самом деле это было неправдой. Энни делала их прошлое очень актуальным.

– Да, – согласился он, пожав плечами. – Если ты извинишь меня, меня ждет моя спутница.

Прежде чем она смогла остановить себя, она оглянулась и увидела, как длинноногая рыжеволосая женщина вышла из дамской комнаты и, перебросив свои вьющиеся волосы через плечо, направилась к Грасиано, как будто она была на подиуме, а не в коридоре бального зала отеля.

– Грасиано… – Алисия произнесла его имя, нахмурившись. Что она могла добавить?

Энни была центром ее внимания. Алисия пыталась сообщить ему, но по мере того, как Грасиано становился все более успешным, он делался и все более недоступным. В конце концов она бросила попытки и смирилась с тем фактом, что, даже если бы сказала ему, он не захотел бы иметь ничего общего с ребенком Алисии. Но сейчас? Он стоял перед ней. Алисия должна была найти способ сообщить ему важную новость.

А что потом?

Потом начнется судебное разбирательство об опеке?

Она будет судиться с таким богатым и могущественным человеком?

– Я…

Он окинул ее испепеляющим взглядом и засунул руки в карманы. Однако его небрежной позе противоречили напряженные линии его мускулистого тела.

– Не мог бы ты встретиться со мной позже? – тихо спросила она, зная, что, как бы ни боялась рассказать ему правду, она должна была это сделать.

Ей определенно нужно было поговорить с ним теперь, когда у нее была такая возможность, чтобы решить, каким должен быть ее следующий шаг. Какая бы вина у нее ни была перед Грасиано, она смягчалась тем, что он отказывался отвечать на ее звонки, а затем сменил свой номер, чтобы убедиться, что Алисия окончательно поняла, что он не хочет иметь с ней дело.

– Нет.

Его резкий отказ был как пощечина. Она не ожидала подобного.

– Дай мне всего десять минут.

– Давно я не чувствовал, что мне нужно что-то «дать» тебе, – выдавил он, и тогда она поняла, что время совсем не смягчило его чувства. Сейчас он был так же зол на нее, как и тогда.

Ее отец отчитывал этого человека почти тридцать минут, швыряя в него всевозможные ругательства, а Алисия молча стояла рядом с отцом, причастная к оскорблениям, потому что она ничего не говорила. Она до сих пор помнила выражение лица Грасиано, когда он повернулся к ней. Она знала: он ждал, что она защитит его, объяснит, что это было вовсе не сексуальное насилие, а отношения.

Но Алисия побоялась навлечь на себя гнев отца. Она поставила свое самосохранение превыше всего, даже Грасиано.

Для любого это было бы нарушением условий сделки, но для такого гордого человека, как Грасиано, ее предательство было непростительным.

– Пожалуйста.

Его глаза сузились. Рыжеволосая дама уже почти дошла до них. Алисия знала, что возможность поговорить с Грасиано наедине тает на глазах. Но если он пришел на бал, то у ее помощницы были его контактные данные. Ей не нужно форсировать события сегодня вечером.