Не попал!
Шрифт:
— Человек, а что она собственно сказала? И зачем решила показать нам свой очевидно иллюзорный прибор? Это такой способ эксгибиционизма, да? Киски стесняешься?
Слабая в языках, пессимизме и магической чувствительности фея полностью уничтожила абсолютно всю тревожную атмосферу. Костя еле еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Но это очень сильно ему помогло. Смех — лучшее оружие против страха! Правда, парень даже не задумался над тем, почему же девушка не удивилась наличию члена у другой такой же. Не было на это возможности.
— Я гляжу вы все
— А, значит умеешь говорить по нормальному! — продолжала Лисса то ли случайно то ли специально выводить фею из себя. Как бы то ни было, у нее получалось.
У темной уже вздулась венка на виске от напряжения, а в мыслях все чаще крутилось слово «Убью!». Но она собиралась играть до конца. Ей всегда нравилось подталкивать своих жертв к добровольному ее удовлетворению. А учитывая как давно сюда никто не попадал ей на эфемерную тарелку, то девушка очень сильно изголодалась по чувству абсолютного превосходства.
Но все же стоило позаботиться о чрезмерно большегрудой убийце удовольствия. Серьезно, что с этим бюстом? Фею кольнул небольшой росток зависти и даже неуверенности в себе от такой роскоши, но она быстро это сбросила.
А потом быстро кинула в сторону своей будущей пленницы заклинание безмолвия. Ей больше был сейчас интересен парень. Он так мило жался, так опасливо озирался, ну прямо маленький дикий зверек, которого нужно правильно приручить. Фея еще раз соблазнительно улыбнулась.
— Что, страшно, да? Разумеется страшно. Может, попробуешь сбежать? Если бросишь здесь свою подругу, я, так уж и быть, буду довольна только одной игрушкой. Выметайся на все четыре стороны.
Паренек даже не дернулся, хоть его взгляд предательски скользнул в сторону выхода. О да, ей попался не предательский мусор, а кто-то с зачатками благородства. Фея начала медленно идти к нему, соблазнительно покачивая бедрами в гипнотическом ритме. Стоит, даже не отступает, как будто врос ногами в землю.
Хотя, ведь так и есть! Корни, которым незаметно отдала команду Ранхгисса, незаметно для этих двоих проросли в их ноги. Как же больно им будет вырываться, если кто-то из них это попытается сделать, внутренняя садистка феи будет та-а-ак довольна…
Парень же смотрел на врага, искренне стараясь не спускать с нее глаз. Этому активно мешала Лисса, которой вырубили звук и которая пыталась мычанием и шестьюдесятью знаками руками в секунду объяснить ему явно что-то абсолютно неважное, либо наоборот, слишком.
В любом случае, Костя был глух к ней, полностью завороженный нечеловеческой красотой идущей к нему девушки. И даже лишняя часть этому не особо сейчас мешала, благополучно прикрытая. Ему казалось, что стоит только согласиться, что стоит лишь встать перед ней на колено, как давление, старающееся взорвать его мозги и тело испарится.
Но парень держался. На упрямстве, на
А бывшая рядом фея все не могла разлепить губы! Да как смеет эта темная мерзавка затыкать ее, фею благороднейших кровей, на ком даже королевская династия не брезговала жениться?
Именно это и пыталась объяснить своему человеку Лисса. И из-за того, что он настолько часто ее игнорировал, она искренне считала, что выражается вполне понятно для него. Он же понимает все языки, с чего бы ему не уловить язык жестов и мычаний?
Отвлекшаяся на безусловно полезные в данной ситуации объяснения и неприкрытые оскорбления «темной сучки», Лисса пропустила момент деревенения. Мыслить становилось сложнее, руки сгибались с трудом, и фея быстро запаниковала и попыталась что-нибудь сделать. Но момент был безнадежно упущен.
Она была слишком проблемной для темной феи, чтобы сейчас с помощью нее получать садистко-доминантное наслаждение. К тому же, так будет проще склонить к ее требованиям мечущегося парня, хи-хи.
— Обернись как на свою подругу, паренек. Скажи же, в таком состоянии она намного милее? Особенно без возможности говорить?
Константина будто облили холодной водой и он смог оторвать взгляд от темной феи. И чуть не упал от неожиданности, взглянув на Лиссу. Девушка частично сменила цвет в сторону зеленого, что казалось похожим на заражение сверхбыстрым вирусом. Где-то распустились цветы, выглядящие красиво и при этом невероятно чужеродно и агрессивно.
Ноги срослись вместе, руки отчаянно пытались что-то сделать, но с каждой секундой замедлялись, постепенно начиная расширяться, покрываясь мелкими листьями. И лишь все еще свободное лицо слабо мычащей феи было полно слез.
— Подумай, стоит тебе согласиться, тебе не только станет легче. Я еще и остановлю ее трансформацию в очередную из множества моих батареек… — Соблазнительным голосом подтачивала разум Кости Ранхгисса, положив ему на плечи свои руки.
— Ты точно это можешь обещать? Ты можешь дать мне доказательства того, что так и будет? — Не давался парень так просто к огроменному удовольствию феи. Но она успешно столкнула его в торг! Сейчас пойдут в ход пустые обещания, что будут выглядеть так правдоподобно…
— Разумеется. Мы, темные, всегда держим данное слово. Хотя, ты неизвестно кто, так что не знаешь наших обычаев, хм… — начала фея театрально ходить из стороны в сторону, будто таким образом заставляя себя усиленнее думать.
Она делала это чрезмерно долго, таким образом действуя парню на нервы, ведь трансформация Лиссы даже не думала приостанавливаться хотя бы на небольшое мгновение.
— Давай уже быстрее! — потребовал парень в нетерпении.
— Как я могу? Тебе ведь нужны железные доказательства моей честности? Вот и не мешай мне думать… — спокойно отбрила фея его и продолжала игнорировать, будто забыв про его существование.