Не плачь, девчонка
Шрифт:
Я не поленилась, сбегала на кухню и увидела шкафчик, лишь очень слабо подсвеченный зелёным сиянием. Внутри обнаружилось именно три буханки пшеничного хлеба от семьи Харди, и пять нарезанных кусков. Всё чётко. В следующие полчаса, пока зелье не требовало внимания, я развлекалась возле планшета, проверяя наши запасы. Правда, увы, кроме кухни и гостиной, содержимое других комнат планшет выдавать отказался. И не потому, что не мог, просто я ещё плохо представляла, что у нас где, а запросы планшет требовал конкретные. Если шампунь — то какой марки, если книга —
Ну мне и того с лихвой было. Я даже стала ломать голову, как это можно использовать, чтобы вовремя заметить, что на кухне кто-то появился. Проверять каждые пять минут наличие хлеба как-то не радовало. И не факт, что родным захочется с утра есть хлеб. Попробовала написать: «Люди. Кухня» И ву-а-ля! «В кухне ноль людей», — выдал планшет. Я вдохновилась и даже засмеялась от такого открытия. Ну и приписала в шутку: «не верю, покажи!».
А потом таращилась с открытым ртом, как планшет затягивается серебристой плёнкой, превращаясь в зеркало, а потом зеркало сменилось изображением кухни. Трёхмерным! Я даже видела, как колышутся занавески от слабого сквозняка из приоткрытого окна. Замерев, я в восхищении наблюдала, как в окно залетел наш вредный ворон. Вот он подлетел на стол, каркнул обиженно, не найдя ничего съестного. И только когда возле него Данко материализовался и ласково спросил, не проголодался ли Птиц, до меня дошло, что мой чудо-планшет ещё и звуком оснащён. Помахала Данко — надо же проверить обратную связь, но меня не увидели и не услышали.
Другие комнаты планшет тоже показывал, правда, с оговорками — в спальне и кабинете Тоби были жуткие помехи и рябь, как у испорченного старого телевизора. А мой кабинет, напротив — был виден без всяких помех.
Поглядев в планшете еще пару помещений, я переключила его обратно на кухню, где могло быть хоть что-то интересное в такое время. Завтрак шушпанчиков заставил улыбнуться — пушистики подсовывали друг другу лакомые кусочки острого перца. Да и ворон забавно подкармливал летучего мыша, видимо, ощущая себя покровителем мелкого зверька.
Так что дальше я варила зелье, наблюдая за кухней. И смогла сразу заметить Тоби, спустившегося на завтрак. Наложив стазис на зелье, я тогда просто провела губкой по изображению, и оно пропало, оставив планшет прежней чистой доской.
Моральный аспект моей задумки, когда я оставила на кухне брата и мужа, волновал меня в последнюю очередь. Ну вот честно, их секреты меня беспокоили не на шутку. И дело тут не в доверии, просто интуиция который день вопила, что от меня скрывают нечто важное.
И сейчас, почти скатившись по ступенькам в свою лабораторию, я бросилась к планшету и быстро написала: «Кухня — показать!».
Данко появился, когда на экране уже отобразились мои мужчины, сидевшие пока молча. Я успела загородить собой планшет совершенно непринуждённо.
— Хозяин спрашивает, чем вы занимаетесь, хозяйка Эль.
— Шпионить заставляют? — усмехнулась я.
Данко расширил глаза и испуганно открыл рот. Пришлось заверить его, что я пошутила, и что
— И ещё, Данко, милый, скажи, чтобы в ближайший час меня не беспокоили. И сам не прыгай сюда. У меня сложное зелье.
Данко закивал и исчез. И сразу появился на трёхмерном экране. Мужчины встрепенулись, а эльф чётко доложил:
— Хозяйка Эль варит сложное зелье и просила не беспокоить её в течение часа. И не шпионить за ней.
Джей заржал, а Тоби посмотрел на него укоризненно. Домовёнок же был невозмутим.
— Что значит не шпионить, Данко? — спросил муж.
— Я привязан к хозяйке Эль, хозяин Тоби. Я не должен шпионить за хозяйкой. Даже если попросите вы или мастер Джей.
— Что значит «привязан»? — Тоби взирал на домовика с таким же любопытством, как и я. — Ты её так любишь?
Эльф явно растерялся, и Джей ответил вместо него с заметным удовольствием:
— Это значит, Тоб, что Данко плевать будет на твои приказы, если Эль даст другие. Она приняла его по всем правилам, и он будет ей предан до конца жизни. А тебя, Севера и даже меня он слушается лишь потому, что мы семья, но главное — что Эль не против. Так, ушастик?
— Так, мастер Джей, — Данко грустно прижал уши к голове.
Тоби восхищённо присвистнул:
— Охренеть! Ладно, Данко, ты ответь на вопрос — наш разговор ты тоже передашь Эль?
— Хозяйка Эль этого не приказывала.
— А если прикажет?
— Если я не услышу, то не смогу рассказать о вашем разговоре, — эльф наивно захлопал ресницами, и я ему даже поаплодировала. Мой умница! — Вы хотите, чтобы я слушал ваш разговор, хозяин Тоби?
— Не хочу. За Севером присмотри.
— Хорошо, хозяин Тоби, — Данко с облегчением кивнул и испарился.
— Дракклова печень, — с чувством фыркнул муж, — охренеть, как мне это нравится!
— Да ладно тебе, — усмехнулся братец. — Эль наверняка тоже не знает об этой тонкости, так что расслабься.
«Теперь знаю!» — показала я им язык. Потом придвинула кресло поближе к планшету и уселась смотреть кино. Только попкорна не хватало. Вот так, шпионила за собственным мужем — мало меня в детстве пороли! Точнее — ни разу.
— Колись, Джей, — Тоби встал и достал из шкафчика бутылку вина и два бокала, — что означал этот взгляд, словно ты увидел василиска?
— Я кое-что тебе не рассказал, Тоби, — братец подозрительно оглядел кухню и поёжился. — Малфой во время обета увидел у меня кольцо с гербом Салини. Эльфийское вино?
— Откуда у тебя кольцо Салини, придурок? И с какого драккла ты решил, что Малфой мог об этом кому-то сообщить?
— Уверен, что эта блондинистая семейка знает прорву способов обойти любые обеты, мой Трезоро. Он и мою оборотку на раз разгадал, но это не удивительно. А Салини — это очень могущественный клан. Не у нас — во Франции. Смекаешь, к чему я? Как-то очень подозрительно, что они вдруг зашевелились прямо после нашего рейда к Малфоям. Может, пойдём к тебе в кабинет? Не зря же ты столько заглушек там понатыкал.