Не пара
Шрифт:
Когда мы собрались уезжать, Сиси остановила нас у дорожки с перилами напротив пляжа и сделала фотографию.
Я обнимаю Джесса, а он меня. Мы улыбаемся. На заднем фоне пляж, море и небо.
Мы выглядим счастливыми.
Мы были счастливыми.
— Я всё исправлю, Джесс, — шепчу я фотографии. — Я верну тебя домой, обещаю.
Я не осознаю, что плачу, до тех пор, пока по стеклу фоторамки
Утирая слёзы руками, я поднимаюсь на ноги. Я беру рамку с собой, забираюсь обратно в постель и крепко прижимаю фотографию к своей груди.
Глава 4
Я просыпаюсь рано, мой организм всё ещё следует тюремному расписанию. Мне понадобилось мгновение, чтобы вспомнить, что я больше не там, не заперта в той тюремной камере. Я в безопасности в своей собственной комнате, в своём новом доме.
Я свободна.
Я даю себе несколько минут, чтобы полностью осознать это.
Я могу позавтракать, когда захочу. Могу принять душ, когда захочу. Одна, а не в окружении ещё двадцати женщин.
Меня наполняет облегчение.
Я поворачиваюсь на другой бок, и вдруг что-то вонзается в меня.
Осознаю, что это наша с Джессом фотография. Я уснула, держа её в руках.
Я поднимаю фотографию, гляжу на неё в последний раз, перед тем как поставить её на тумбочку.
Я стаскиваю с себя одеяло, встаю с кровати и с наслаждением ощущаю под ногами ковёр вместо холодного бетона, который ожидал меня каждое утро, пока я находилась в тюрьме.
Закрыв глаза, я наслаждаюсь ощущением мягкого ворса под ногами.
Рай.
Может, я и хорошо себя чувствую сейчас, но внутри меня уже начинает бурлить неуёмная энергия.
Мне нужно тренироваться. Моё тело привыкло к тренировкам, ведь в тюрьме я часами занималась в тренажёрном зале.
Я могла бы пойти на пробежку. До работы у меня ещё полно времени.
Ну что ж, решено. Я достаю из шкафа свои старые шорты, майку и кроссовки для бега. Беру свой старый iPod и наушники. Надев их, я кладу iPod в карман шорт.
Я выхожу из квартиры, в которой царит тишина, а затем и из дома. Воздух прохладен и свеж. На улице тихо.
Я кладу ключи в карман и включаю музыку. Заиграла песня Кристины Агилеры «Fighter» (Боец).
Во мне так и кипит вся эта нерастраченная энергия. Я выхожу на главную улицу и бегу в спокойном темпе. Затем я быстро разгоняюсь. Я набросала карту своего пути с названиями улиц, поскольку этот район я не знаю. Не хочу потеряться и опоздать в свой первый рабочий день.
Осознание того, что я вот так
Я вновь в реальном мире. Замечательное ощущение. Чертовски замечательное.
Я бегаю целый час, а, кажется, могу пробежать ещё один. Но мне нужно было вернуться домой, чтобы позавтракать и подготовиться к работе.
Когда я захожу в нашу квартиру, я слышу, что на кухне работает телевизор.
Сиси, должно быть, встала.
— Привет, — говорю я с улыбкой, увидев её, сидящей за столом с чашкой кофе.
Она улыбается в ответ.
— Кофе в турке, — говорит она.
Я набрала полный стакан холодной водой из-под крана и залпом выпила его.
— Ты ходила на пробежку? — спросила Сиси, заметив мои кроссовки.
Я киваю головой и опираюсь на столешницу.
— Дэйзи, которую я знала, покрылась бы сыпью от одной только мысли о беге. — Она ехидно улыбается.
— Старой Дэйзи больше нет, — отвечаю я, ставя стакан на стол. Я поворачиваюсь и достаю из шкафа чашку, наливаю себе кофе и добавляю в него молоко, которое достаю из холодильника.
— Мне, вроде, и старая Дэйзи нравилась, — говорит мягко Сиси.
Я сажусь напротив неё.
— Старая Дэйзи была слабой и доверчивой. — Мой тон оказывается более резким, чем я хочу.
Глаза Сиси темнеют.
— Ты никогда не была слабой и доверчивой. Ты самый умный, сильный и смелый человек из всех, кого я когда-либо встречала.
У меня вырывается нервный смешок, прежде чем я делаю глоток кофе.
— Я никогда не была умной, Си. Если бы была, тогда я не поверила бы рассказам Джейсона.
— Я в ярости от того, что он сделал с тобой.
— Сделал. И такое больше никогда не повторится.
— Потому что ты теперь Лара Крофт?
Сиси ухмыляется, и я не могу не улыбнуться.
— Нет, — отвечаю я, сдерживая улыбку, — потому что я выучила этот урок. Я не повторю снова ту же ошибку.
— А бег?
— Он помогает чувствовать себя лучше. Тренировки – это неплохая вещь; вообще—то, очень даже хорошая штука.
— Ловлю тебя на слове, — говорит она, состроив гримасу.