Не пара

Савицкая Элла

– Мамааа, – Адель с Амираном наперебой забегают на кухню, рассказывая что—то о том, что они помогали ежику перейти с одной стороны дороги на другую, а я встаю из—за стола, чтобы помыть за собой тарелку.

Наспех закидываю пару кусочков омлета в рот, потому что так и не поела, когда детские голоса сменяют мужские.

– Как вода? – спрашивает Оля, когда Давид с Сашей входят на кухню.

Демьян от них откололся и отправился в гостевой домик.

– Бодрящая, – Давид приникает к её губам. – Детей не купали даже в бассейне. Но им и песка

хватило.

– Сейчас пойдем в душ, – улыбается сестра, – слушай, Саш, ты сможешь плюшу подкинуть домой?

– Без проблем, – карие глаза находят мои, а я снова ловлю себя на том, что рассматриваю крылья. Чёрт… – Десять минут дай мне и поедем.

– Конечно. Мне самой еще собраться надо.

– Ты же голодная, не поела толком, – журит сестра.

– Да нормально. Дома уже поем.

Прошмыгнув мимо Саши так, чтобы не задеть плечом его голый торс, быстро отправляюсь к себе в спальню.

Всего лишь пол часа дороги. Что может случиться, правда?

Глава 9. Новая версия

Алиса

– Пока—пока, – расцеловав на прощание всех по очереди, сажусь в салон автомобиля.

Пока Саша прощается, ко мне склоняется Давид. Мы с ним «братаемся», ударившись ладоням, и он как бы невзначай оставляет в моей руке несколько купюр.

– Давай, не голодай там.

– Спасибо, – благодарно улыбнувшись, прячу деньги в сумку.

Не могу сказать, что мне сильно не хватает на жизнь. Я не шикую, на шоппинг хожу редко. Не особо люблю это дело – ходить по магазинам и мерить всё подряд. Иногда, если выдаётся пойти с Кариной, я готова её придушить за то, что подруга тащит в примерочную половину ассортимента в магазине, а в итоге ничего так и не покупает.

Сама же беру только то, что понравилось, или необходимо. Больше трат у меня уходит на костюмы для выступлений.

Яна сейчас пытается раскрутить свою школу, поэтому я работаю с младшей группой на добровольных началах. Понимаю, как это сложно – начинать с нуля. С Яной мы знакомы три года. Она единственная не бросила нашу группу, когда закрылась школа танцев, в которую мы ходили на протяжении нескольких лет. Тренеров распустили и отправили на все четыре стороны. Она же взяла на себя руководство, пригласила всех, кто не хотел отделяться от своих ребят, или просто желал продолжать заниматься танцами, и работала на чистом энтузиазме.

Подбодрила нас, ставила танцы и записывала на конкурсы. Сама оплачивала взносы по первой, потом искала спонсоров. Чуть позже мы стали скидываться все вместе.

Мне хочется отблагодарить её и помочь чем могу. Да и с детьми я лажу, как никто, поэтому и взяла себе группу.

На проезд улетает немало, плюс поесть, туда—сюда и денег нет. Поэтому, когда Давид или сестра мне ненавязчиво «помогают», я очень это ценю.

Машина мягко пружинит от того, что в неё забирается Саша.

– Погнали?

– Да.

Обернувшись, еще раз машу рукой провожающей нас толпе, и отправляю малышне

в ответ поцелуйчики.

– Ты сильно спешишь? – спрашивает он, когда мы выезжаем на дорогу.

– Не особо, а что?

– За сигаретами заедем на заправку.

– Без проблем.

Закрыв окна, включает климат и настраивает радио. Пока выбирает радиостанцию, я замечаю на указательном и большом пальцах у него массивные кольца. Черное с серебристой окантовкой на указательном, и серебряный перстень на большом. Смотрится необычно. Но ему идет. Некая дерзость в стиле подчеркивает его разгульный характер.

Мужчина принял душ и теперь в салоне пахнет ментоловым шампунем. Аромат освежает и дразнит мои обонятельные рецепторы.

Не могу сказать, что мне неуютно, но все же полностью расслабиться не получается. Не в его компании. С ним мои нервы натянуты, как струны арфы, бери и играй.

Наши мобильные начинают одновременно звонить, и если Саша скидывает звонок, то я отвечаю.

– Да, мам?

– Привет, котенок, – звучит приветливо из динамика, – Ты когда будешь?

– К четырем, как договорились.

– Отлично. Тогда жду тебя.

– Буду. Мам, а ты пирожки испекла? – спрашиваю, как бы невзначай.

Дома в холодильнике шаром покати. Готовить лень, да и некогда. Хочу успеть хотя бы немного домашнего задания сделать. С Петькой этого не получится. Разве что когда он уснет, а до этого то в танчики с ним поиграй, то накорми, то партию в карты раскинь. После моего переезда на отдельную квартиру он какое—то время сильно обижался. Разговаривал со мной сквозь зубы, на звонки не отвечал. К середине первого курса только свыкся. Поэтому сейчас, когда удается побыть с ним, я максимально, на сколько могу уделяю ему внимание. Люблю этого засранца, что уж.

– Испекла, – смеётся мама, – и твои любимые с картошкой и грибами тоже.

– Супер. Спасибо.

– Жду тебя, дочь.

Скинув, отправляю мобильный обратно в сумку, и выуживаю оттуда протеиновый батончик. Хотя бы чем—то сбить голод, а то желудок сейчас начнет на весь салон позорно урчать. Надо было все—таки съесть омлет.

Распаковываю упаковку и откусываю, когда на магнитном держателе снова загорается экран мобильного Саши.

«Аня» – успеваю поймать три буквы прежде, чем он с легким раздражением сдергивает телефон с магнита и зажимает его плечом.

– Да?… Ань, сейчас не самое удобное время. – Звучит неожиданно категорично тоном, какого я от Саши еще никогда не слышала. Ни намека на привычную легкость и игривость, – Зачем? Мы уже обо всём побеседовали, выводы сделаны… Прекрати истерику. Повторяю, ты не вовремя. – Ого, а пантера оказывается умеет не только мурлыкать. Метнув в него взгляд, замечаю, как Саша устало сжимает пальцами переносицу. Привычный легкомысленный образ сейчас сменился другим. Серьезным и абсолютно незнакомым мне. Эта его версия, вероятно, знакома только бывшим, больше не находящимся на «его орбите», – Я сам наберу тебя к вечеру. Да. Сам, Аня.