Не отпускаю
Шрифт:
— Хороший вопрос. Может, ответишь на него мне, — вздрагиваю от неожиданности, замечая Вадима на диване с бокалом коньяка в руках.
— О Боже! Ты меня напугал, — говорю я, пытаясь отдышаться. Давно ты дома? — сажусь напротив него в кресло, замечая, что его, ещё с утра идеальная рубашка помята, да и вид усталый.
— Довольно давно, для того чтобы начать переживать. Где ты была? И почему не взяла с собой телефон?! — повышая голос, спрашивает он. Я довольно хорошо его знаю и понимаю, что его ничего не выражающее лицо и пристальный нечитаемый взгляд, означает, что он очень зол. Вот и повод для скандала. Только вот желание выяснять отношения именно сейчас стремительно пропадает, я начинаю внимательно его рассматривать, подмечая каждую мелочь. Не знаю, что хочу в нем найти. Наверное, доказательство того, что он мне изменяет. Но кроме усталого вида и рубашки, которая могла помяться
— Я была у Риты, а телефон забыла. И у меня аналогичный вопрос. Где был ты?! И почему твой телефон постоянно был недоступен?!
— Полина! — Вадим подается ко мне, проговаривая мое имя сквозь зубы, меняя свой взгляд на темный, холодный и пугающий. — Скажи мне, я похож на дурака?! — а я вдруг теряюсь, хотя внутри задыхаюсь от злости и обиды. — Где ты, мать твою, была в таком виде?! — он резко встает с дивана, с грохотом ставя бокал на стол, склоняется надо мной, опираясь рукой на спинку кресла.
— Тебе не нравится мое платье? — дерзко спрашиваю я, смотря в его пугающие глаза.
— Нет, оно развратное! Сейчас ты похожа на дешевую шлюху. И мне бл*дь очень интересно, где ты шлялась в таком виде?! — со звериной злостью кричит мне в лицо.
Он никогда не кричал на меня с такой злостью в голосе и яростью в глазах. Хочу выкрикнуть ему в ответ, чтобы оглянулся по сторонам, заметил почти сгоревшие чертовы свечи, бокалы, фрукты и понял, что я готовила это все для него. И это платье тоже для него. Но я только открываю и закрываю рот от захлестнувшей меня обиды. Да, иногда мы ссорились, но он никогда не позволял себе обзывать и оскорблять меня.
— Полина, не зли меня! Отвечай! — можно было бы конечно открыть ему глаза, и начать оправдываться, но я не хочу больше с ним разговаривать. Упираюсь руками в его грудь и со всей силы отталкиваю от себя. Вадим не ожидает моего сопротивления, немного отшатывается, а я поднимаюсь с кресла и пытаюсь сбежать от него наверх, чувствую, как в горле образуется ком, который я не могу сглотнуть. Но не успеваю сделать и пары шагов, как Вадим хватает меня и швыряет на диван. Это только в фильмах девушки драматично падают в красивой позе, а в жизни я неуклюже заваливаюсь на диван и также неповоротливо пытаюсь подняться.
— Что ты творишь?! — кричу ему, убирая упавшие на лицо волосы, чувствую подступающую тошноту и удушливые слезы обиды. Вадим идет на меня, а я по инерции вжимаюсь в диван, не зная, что от него ожидать. Он вновь склоняется ко мне и просто несколько минут смотрит в глаза, пугая меня очень темным взглядом. Его тяжелое дыхание обжигает мое лицо, а напряженные стиснутые челюсти говорят, что он пытается сдержаться. Только за что мне это все? Я ни в чем перед ним не виновата.
— Если ты сейчас же. Не объяснишь… Мне.… Где ты была.… А главное, какого хрена на тебе нет трусов?! — он намеренно выделяет и проговаривает каждое слово сквозь зубы. — То я за себя не ручаюсь! — Уже кричит мне в лицо, замахивается, вынуждая меня зажмуриться и бьет кулаком в спинку дивана рядом со мной. Мне становится страшно, впервые страшно. Я никогда его не боялась. А сейчас я глотаю подступающие слезы и пытаюсь глубоко вдохнуть, чтобы обрести голос.
— Полина, не испытывай меня! — Вадим сглатывает и глубоко вдыхает через нос. В данный момент мне действительно кажется, что если я не начну объяснять, он способен меня ударить.
— Я…, -начинаю говорить, утирая унизительные слезы, сбегающие по щекам. — Я ждала тебя, планировала устроить нам романтический вечер, — всхлипываю, закрываю глаза не в силах больше смотреть на его пугающее лицо. — Оглянись по сторонам! — начинаю кричать сквозь слезы. — Видишь свечи, фрукты, бокалы? На кухне ужин! — продолжаю я, с каждым словом чувствуя подступающую истерику. — Я приготовила твое любимое мясо! Вчера я купила это чертово платье специально для этого вечера и думала, что ты…. В общем, я надела чулки и не надела белье тоже специально для тебя! — я все-таки срываюсь в истерику. От испуга, обиды и злости меня начинает неконтролируемо трясти. — Я прождала тебя несколько часов! А после того как ты не явился и прислал мне сообщение о том, что будешь поздно, мне захотелось напиться, и я пошла к Ритке. Вот и все! Но знаешь, что? — уже кричу ему в лицо! — В данный момент мне обидно не потому что ты не пришел. Мне обидно от того, что ты посмел предположить то, что я сделала это для кого-то другого и назвал меня шлюхой! Вновь отталкиваю его от себя со всей силы, зажимаю рот рукой, чтобы не начать рыдать в голос и быстро убегаю наверх. Забегаю в нашу спальню и прямиком бегу в ванную, меня тошнит и мутит. Пытаюсь дышать глубоко, чувствуя, как от рыданий не хватает кислорода. Упираюсь руками
А потом меня накрывает яростью на Вадима и злостью на себя за этот дурацкий никому ненужный романтический вечер. Глупо это все и наивно. Хватаюсь за чертово платье, дергаю за подол, с треском срываю с себя кусок кружевной тряпки. Сминаю его и швыряю в мусорное ведро. Хочется сжечь это платье вместе с чулками, которые я с остервенением с себя стаскиваю, разрывая капрон. А самое обидное сейчас то, что он не идет за мной и даже не пытается оправдаться и извиниться. Обидно, но неудивительно. Вадим всегда просит прощения своеобразным образом, не словами.… Да и не хочу я, чтобы сейчас он ко мне приближался.
Встаю под теплые струи воды в желании смыть с себя сегодняшний день, а с ним и горькое разочарование. Делаю воду горячее, потому что по телу проходит озноб и меня не прекращает бесконтрольно трясти. Истерика вроде прошла, слезы смыты водой, но где-то в груди все равно больно щемит. Чувствую себя униженной, на душе мерзко и почему-то не покидает ощущение, что я совсем не знаю своего мужа, увидев его сегодня совсем с другой, пугающей меня стороны.
Выхожу из душа, подсушиваю мокрые волосы полотенцем, натягиваю на себя белый пушистый халат, чтобы избавиться от нервного озноба в теле. Ложусь в кровать в надежде, что закрою глаза и тут же отключусь, уйду на несколько часов от навязчивых мыслей, крутящихся у меня в голове. Но сон не шел, я снова и снова прокручивала в своей голове разговор с Вадимом и его злость. Придумала тысячу ответов и слов, которые могла сказать, я даже несколько раз порывалась встать с кровати, спуститься к нему и высказать все, что накопилось во мне. Спросить в конце концов кто эта блондинка, с которой он ужинал. Но все это сплетни и домыслы, и я сдерживалась, не желая поступать так же как он, продолжая ему доверять. Действуя правилу о том, что должна относиться так, как хочу, чтобы он относился ко мне.
Я не помню сколько я так пролежала и в какой момент отключилась. Проснулась я с тяжелой головой и чувством глубокого похмелья. Вадим спокойно спал рядом со мной на своей половине кровати. Повернулась к нему и долго рассматривала его спокойное, можно сказать умиротворенное лицо. Он все такой же, как и семь лет назад. До безумия притягательный и любимый. Вадиму тридцать восемь, но годы его не портят, кажется он вообще не стареет, а становится более мужественнее и привлекательнее. Его тело всегда подтянуто, он никогда не качался как это сейчас модно. Ему достаточно нескольких тренировок в неделю по боксу, которым он занимается для поддержания физической формы. Господи, что со мной не так? Вчера он унизил меня, а я смотрю на него и думаю насколько он красив.
Злюсь на себя, отворачиваюсь от Вадима, резко встаю с кровати и тут же об этом жалею. Тяжелую голову простреливает вспышка боли, чувствую себя уставшей, измотанной, словно и не спала вовсе. Иду в ванную, скидываю халат и встаю под прохладный душ, чтобы хоть немного взбодриться и прийти в себя. Опираюсь руками на стенку душевой кабины, ощущая, как еле теплая вода обволакивает тело. Стараюсь ни о чем не думать, иначе голова разорвется от тупой боли.
Слышу, как дверь распахивается, и Вадик входит в ванную. Не реагирую, делаю вид, что его нет. А он, как ни в чем не бывало, скидывает с себя боксеры и заходит ко мне в душ. Он обнимает меня сзади за талию, прижимая к своему телу. А я напрягаюсь, не зная, как реагировать. Кричать и дергаться не хочется. Никогда не была истеричкой и не собираюсь ею становиться. Но вестись на его тело и ласки не собираюсь. Хотя тело, как всегда реагирует, даже в таком состоянии я чувствую его. Хочется плюнуть на все и прильнуть к нему. Откинуть голову на его плечо и просто наслаждаться его наглыми руками, которые блуждают по моему животу. Он ведет одной рукой вверх накрывая грудь, а другой вниз, подбираясь к лобку. Вот так всегда выглядит его «прости», он извиняется ласками, нежностью или страстным сексом на всю ночь, после которого уже глупо обижаться и что-то предъявлять. Но не сегодня! Как бы мне не хотелось отдаться ему, но я должна показать Вадиму, что на этот раз все серьезно и этого недостаточно.