Не может быть

Блэр Лия

— Жду тебя завтра там, скажем, в 15:00. Хорошо? — мужчина посмотрел на часы и поморщился: — Время поджимает. Не забудь! Скажешь на ресепшене, что к Державину, тебя проводят.

Неожиданная встреча. После того, как Андрей Сергеевич принял звонок на мобильный и вышел из магазина, Оля еще минуты три смотрела в окно, выпутываясь из воспоминаний. «А о бабушке так и не поговорили…» — подумала она.

Утро следующего дня встретило ясным небом. Оля посчитала это добрым знаком. До назначенного часа она думала о встрече с Державиным-старшим. Не к месту вползали

мысли об Олеге. И все же больше она размышляла, как себя вести, что говорить, а где промолчать.

Пунктуальная Оля не опоздала. Когда она вошла в здание, то поначалу хотела развернуться и бежать. Словно попала в другое измерение: все по последнему слову моды и техники, люди все красиво одетые, по-деловому. В своих растоптанных сапогах и старом пуховике она вообще не вписывалась в интерьер.

Многоэтажное здание из стекла, бетона и металла современным монстром возвышалось посреди центра города. Тонированные стекла ловили солнечные лучи и откидывали их обратно, словно играли в неизвестную игру. Перед центральным входом — огромная парковка, каменные ступени, выложенные мрамором. Огромная стеклянная дверь-турникет с доводчиками и датчиками движения. По бокам запасные — обычные, но тоже из стекла. На первом этаже необъятный холл в кремовых тонах. По правую сторону обустроили зону ожидания с диванами, креслами, столиками, стеллажом с книгами и огромным телевизором на стене. По левую — современную пропускную систему с турникетами. В нужных местах расположили кадки с цветами. Дальше по коридору, за огромными блестящими, словно целиком из нержавейки лифтами — гардеробная.

Переборов смущение и стыд, она подошла к ресепшену и едва назвала фамилию Державина, как ее тут же под белы рученьки с самой дружелюбной улыбкой проводили к его кабинету. Естественно, все выглядело наигранным — босса своего боялись. В глазах отчетливо читалась насмешка и брезгливость. Ой, да плевать: она всех этих расфуфыренных куриц видит первый и последний раз.

— Здравствуйте, Андрей Сергеевич, — Оля вошла в огромный светлый кабинет президента компании.

— Оля! — мужчина поднялся ей навстречу, приглашая присесть на большой кожаный диван бежевого цвета. — Проходи.

Около часа они пили кофе и разговаривали. Оля рассказала почти все о своей жизни, умолчав только о конкретных фактах, которые даже самой себе запрещала вспоминать. Андрей Сергеевич внимательно слушал, сводил брови к переносице и качал головой. Несколько раз цепко осмотрел руки девушки, которые, к ее стыду, ухоженностью и маникюром не обременялись.

— Скажи-ка мне, Оль, сможешь справиться с большим объемом информации, принимать звонки, разбирать бумаги? — мужчина пригубил кофе, что пару минут назад обновила секретарь.

— Не знаю…

— Я обязан твоей бабушке за жизнь сына и здоровье жены, могу помочь с работой, более высокооплачиваемой, чем кассирша в супермаркете. Но, Оль, с одним условием: пройдёшь испытательный срок, дальше посмотрим.

— Кем? — Оля растерялась. Не было смысла душой кривить, работать в подобном месте — мечта. Отказываться от первого хорошего

шанса в жизни — глупо. — Да у меня же и образования нет, Андрей Сергеевич, — напомнила Смирнова, не отказываясь от предложения, а скорее пытаясь все прояснить.

— Опыта наберешься. Учиться позже пойдешь. Я тебя поставлю секретарем в отдел закупок. Соглашайся, — Андрей Сергеевич накрыл ее ладонь своей и похлопал по-отечески.

— Не могу… — опустив глаза, Оля нервным движением заправила за ухо мешавшую прядь волос.

— Послушай, — начал Державин, — я уговаривать тебя не буду. Ты девочка взрослая. Но я предлагаю тебе шанс все изменить. Хочу помочь.

— Андрей Сергеевич, я бы с радостью, — Оля вздохнула. — Будь это пару месяцев назад, я бы сразу согласилась. Но сейчас…

— Но сейчас?

— Я… беременна. Знаю, что таких на работу берут неохотно, так что… сами понимаете, — сказала и замерла. Оля сама себя осуждала, так чего уж ждать от других.

— Если это единственное препятствие, то разговор закончим на позитивной ноте. Ждем тебя в нашу команду. Увольняйся, закрывай свои хвосты и добро пожаловать, — Державин встал, давая понять, что разговор окончен.

Глава 12

Всю дорогу до дома Оля не могла поверить в свою удачу. На эмоциях настрочила десять сообщений Вике, где восклицательных знаков было больше, чем слов. Подруга в ответ отправила смайл «сумасшедшее лицо» и короткое: «Жди вечером».

Пребывая в приподнятом настроении Смирнова настругала салат, сварганила гренки и наспех запекла курицу в приправе, которую по сроку годности списали в ее супермаркете. Но это секрет. За такое могли уволить. Вся просрочка подвергалась уничтожению без разговоров и растаскивания по сотрудникам.

Сальская не заставила себя долго ждать и около семи вечера прискакала, не забыв прихватить пару банок пива. Себе, разумеется — Оле-то нельзя.

— Лель, это же реально круто! — кивала подруга, едва Смирнова закончила подробный рассказ.

— Самой не верится.

— Когда-то должно было повезти, — расплылась в широкой улыбке Вика.

— Кусь, ты не представляешь, как я рада! А еще боюсь налажать… Это тот самый шанс один на миллион, понимаешь?

— Не дура, понимаю. Все у тебя получится. Настраивайся на позитив.

— Да-да, ты права… — напряжение Оли зашкаливало.

Ей очень хотелось понравиться всем на новой работе и больше никогда не возвращаться в «Семерочку». Шанс выучиться на заочном стал приобретать реальные очертания.

— Решила, в чем пойдешь?

— Ну-у-у… рано пока думать. Я еще не уволилась с магазина.

— Бредишь? Такое заранее надо продумывать!

Надо так надо. Девушки нырнули в шкаф, вытряхивая все вещи Смирновой. Будто Святой Грааль искали. На все предложенные варианты из имеющихся штанов, кофт, свитеров и платьев Вика только фыркала и категорично заявляла:

— Писец! Святые кролики, выбрось это немедленно!

— Кусь, вот эта рубашка же красивая, — праведно недоумевала Оля.