Не моя
Шрифт:
У Насти вдруг перед глазами все годы брака пролетели… моменты, когда она хотела уйти от мужа, а он в любви ей клялся. Когда места себе не находила после измены со Стасом, а он, оказывается, спал с Машей. Только ли с ней? Сколько еще таких же побывало в его постели?
– Подожди, – вдруг осознала, – То есть, когда я изливала тебе душу, рассказывая про изнасилование, ты слушала, зная, что после этого все равно будешь с ним?
Маша медленно кивнула.
– Почему? Почему ты просто мне не рассказала?
– Он бы меня бросил. А я любила его, Насть. Я и сейчас люблю, но не нужна ему. – из глаз Марии брызнули слезы,
– Кто же ему нужен?
– Никто. Раньше ты нужна была. Когда деньги твоего отца его выручали. Потом Алексия родилась. Потом Speeds. Ему никто не нужен. Только деньги. Я думала, он обрадуется ребенку. Ты когда про развод сказала, я готова была от радости прыгать, что теперь и тебя обманывать не придется, и с ним наконец буду. Знаешь, как это тяжело делить любимого человека с другой?
– Могу себе представить, – холодно ответила Настя.
– Насть, прости. Я глупая была. – Машка обернулась, – А Стас. Он застукал нас неделю назад. Приехал ко мне и потребовал помочь. А мне терять больше нечего. Витя заставляет аборт делать, а я не могу. В общем, мы вынудили его продать Стасу акции. Он долго упирался и цену завысил, но Стас купил. Он и на Лекси теперь не будет предъявлять единоличных прав, потому что боится, что я расскажу о ребенке его внебрачном. А мне ведь ничего не нужно кроме него, Насть. – Машка зарыдала, закрывая лицо ладонями.
Девушка так изменилась. От подруги, которую знала Настя, и след простыл. Могла ли Настя ее осуждать? Наверное, нет. Осуждение – предел слабых. Но и простить, вероятно, не сможет. Если бы она ей рассказала раньше, Настя бы не потратила столько лет своей жизни на человека, которому никогда не была нужна. И уже давно была бы счастлива, не корчась в мучениях. Развернулась, чтобы выйти, потому что рядом с Машей находиться больше не могла. Но вдруг обернулась.
– Не делай аборт, Маш. Ребенок – это счастье. И ты еще обязательно будешь счастливой.
У Маши подбородок задрожал.
– Я не сделаю.
Настя кивнула и вышла. Спустилась в лифте и села в машину. Стас встретил девушку серьезным взглядом.
– Как ты? – протянул руку и крепко сжал её пальцы.
– Нормально. – было ли Насте больно? Обидно? Да. Её предали и лгали в лицо два человека, которых она считала самыми близкими. Но это не была та непреодолимая боль, которая могла бы накрыть с головой, не будь рядом Стаса. С ним почему-то все черное приобретало светло-серый оттенок и казалось, что нет больше ничего непреодолимого.
Парень нежно притянул девушку к себе за шею и прижался своим лбом к ее.
– Точно?
– Да. Ты со мной, а все остальное больше не имеет значения.
– Моя Настя, – проговорил и коснулся своими губами её.
– Твоя, Стас!
Всю ночь в гостиничном номере Стас не выпускал любимую из объятий. Казалось, они пытались наверстать все то время, которое пришлось провести порознь. Парень дарил и мучительно нежные ласки, и бросал Настю в страстные, полные порабощающей страсти ощущения. Целовал, ласкал губами, языком, исследовал пальцами каждую родинку и крошечный шрам на лопатке. Настя улетала и падала. Тонула и всплывала на поверхность, чтобы глотнуть воздуха и снова упасть на самое светлое дно. Туда, где были они вдвоем. Без запретов и осуждения. Без страхов и сомнений.
Утром Стас привез Настю на работу и долго целовал у парадного входа, не желая отпускать
– Давай я помогу чем смогу. – предложил, убирая выбившийся локон шелковистых волос за ушко. Любимая выглядела такой милой в утреннем свете. Так чертовски приятно было осознавать, что причиной её сонного взгляда был именно он.
– Ты разбираешься в экономике?
– Ни капли!
– Тогда ты будешь только отвлекать!
– Чем же?
– Своим видом.
Чувственные губы растянулись в дерзкую усмешку.
– А я сзади стану, – шепнул на ушко, и у Насти щеки вспыхнули. Стоило только представить как именно он станет сзади, в животе приятно стягивало.
– Тогда меня уволят. Я же работу не смогу выполнять нормально.
– Не уволят. Ты дочка директора. А дочке директора позволено все. Даже секс на рабочем месте.
– Так, хватит! – Настя не сильно стукнула Стаса ладошками по груди. – Иди уже. Приедешь в обед, и будет тебе секс на рабочем месте!
Стасу огромных усилий стоило, чтобы снова не затащить ее в машину. Ну как? Как можно ее отпустить даже на полдня? Это же невозможно!
– Я приеду через два часа. Скажешь у тебя совещание!
Настя рассмеялась, обхватывая шею парня руками и притягивая к себе для поцелуя.
– Договорились! А ты будешь разносчиком обедов?
– А я буду супер популярной звездой, который приехал дать частный концерт!
Пара растворилась в долгом поцелуе, не обращая внимания на удивленных прохожих и работников главного офиса. Не заметили даже автомобиля Виталия Олеговича, который притормозил буквально в нескольких метрах от них. Мужчина опустил стекло, наблюдая за тем, как его дочь счастливо улыбается и что-то тихо отвечает молодому парню, в глазах которого плещутся неподдельная любовь и нежность. Мужские руки гладят щеки его дочери, и она жмется к ним, как котенок, который был долгое время потерян, и вот наконец нашелся. Еще вчера этот Стас Багиров зашел к Свиридову старшему и поставил в известность о том, что акции Виктора он подарит Насте. А еще предложил стать официальным лицом их компании. Рисковый поступок, если учесть, в каком состоянии сейчас пребывает фирма, но отказать хозяин не смог. Парень просто не принял отказа. Пока нельзя было сказать, как жизнь сложится дальше, и будет ли артист хорошей парой его дочери, но сейчас, тайком наблюдая за их счастьем, Виталий вспомнил вдруг свою жену. Именно такая любовь читалась в ее глазах, неподдельная и искренняя. Их дочь заслужила счастье. А если этот парнишка в состоянии ей его подарить, значит и он его примет в семью, не смотря на возраст. Ведь что такое разница в возрасте? Границы, которые устанавливает общество. Рамки, не позволяющие зайти за черту. А разве у любви могут быть границы? Ни единой!
Эпилог
– Стас, а я когда вернусь, ты еще не уедешь? – пролепетала Лекси, закидывая рюкзачок на заднее сиденье автомобиля. Дедушка потребовал неделю на проведение времени с внучкой без посторонних. Никаких нянь, Насти, только они вдвоем в Париже и Диснейленде. Виталий Олегович специально отложил все дела, чтобы отвезти внучку на самые незабываемые каникулы, как он утверждал. Настя только рада была. После того, как развод с Виктором был оформлен официально, они с Алексией задышали полной грудью. Да и со Стасом наедине уж очень хотелось провести время.