Не мешайте девушке упасть
Шрифт:
– Еще чего! – протестует. Том. – Этот гад замочил Фенфена! – И добавляет: – Фенфен был моим корешком, и я очень любил этого клопа!
Я понимаю, что Фенфен – прозвище карлика. Понимаю я и еще много разных вещей. Например, то, что милашка Грета в очередной раз обвела меня вокруг пальца. Вне всяких сомнений, она позвонила этим типам, раз они знают о смерти карлика. Не могут же они из его отсутствия сделать вывод, что его убили, да еще именно я, тем более что пресса не писала о его смерти по той простой причине, что он еще лежит в шкафу моей комнаты, в чемодане. Если Грета им позвонила, то затем, чтобы
Обо всем этом я успел подумать за долю секунды. Серым веществом я не обделен в отличие от некоторых. Толстый Том не теряет зря времени. Он закатывает рукава и отвешивает мне удар кулаком. Фрэд протестует.
– Не волнуйся, – говорю я Фрэду. – Раз твоему бульдогу хочется, чтобы я его сделал, он это получит... Позволь мне показать ему два-три забавных трюка, которые удачно дополнят красоту этого дебила.
Я становлюсь в боевую стойку и жду, когда Том возьмет на себя инициативу пойти в атаку. Он не тянет и выбрасывает прямой правой, который я парирую, как чемпион. Он злится и пытается провести серию ударов в лицо, но я выдерживаю натиск, надежно укрывшись за кулаками. Этот амбал здоров как бык, но быстро выдыхается. Я дожидаюсь, пока он немного устанет, а тогда отступаю на шаг. Его хук левой попадает в лестничные перила. Быстрый, словно молния, я дарю ему прямой в печенку, от которого он складывается пополам. Я поднимаю его новым прямым – левой под подбородок. Он пытается перехватить инициативу, но лучше бы ему пойти записаться в библиотеку. Теперь он мой, и я устраиваю себе маленький праздник.
Я гашу одну его зенку, потом разбиваю бровь. Течет кровь. Он ослеплен, и его кулачищи грузчика колотят воздух. Я жестоко смеюсь.
– Что ты на это скажешь, малыш? Разве я не чемпион?
Он выкрикивает ругательство. Я влепляю ему удар по губам – он выплевывает три зуба и валится на пол.
Массируя костяшки пальцев, я обращаюсь к Фрэду:
– Как думаешь, с него достаточно?
– На сегодня хватит, – соглашается длинный Фрэд. – Эй, Том, поднимайся!
Но Том не отвечает.
– Ему придется зашивать морду, если он соберется получить в Голливуде роль героя-любовника.
– Иди сюда! – приказывает мой собеседник.
Мы входим в маленькую комнату, скромно меблированную кроватью, столом и двумя стульями.
– Значит, ты умудрился выкрутиться, старина Фрэд?
– Как видишь...
– Как это тебе удалось?
– Представь себе, по ту сторону дыры в заборе стояли два солдата. Они открыли по нам огонь, но благодаря Тому мы прорвались... Он влез на стену, сиганул оттуда на одного фрица, оглушил его и отобрал автомат Второго он застрелил, и мы прошли. Остальных немцы положили, но карлику, Тому и мне повезло. Представь себе, мы выбежали на мост над железной дорогой в тот самый момент, когда проходил товарняк, и прыгнули в открытый вагон. Фрицы нас не заметили. А как выкарабкался ты?
Я рассказываю об автогонке.
– Поздравляю! – восклицает он.
– Оставь свои поздравления пока при себе, Фрэд. Еще не время бросать победителю цветы. Есть работенка.
Он усмехается.
– Какая
Вижу, он достает из кармана пистолет, здоровый, как дальнобойная пушка.
– Собрался поохотиться на верблюдов? – спрашиваю я.
– Если ты относишься к этой породе млекопитающих, то да, на верблюда.
Кажется, пора разобраться, кто за кого.
– Эй, приятель, без шуток! Прежде чем играть в охотника, дай мне высказаться!
Я сажусь на кровать и начинаю:
– Я знаю все дело, а ты только половину. Ты и Том кажетесь мне умными, как спагетти... Даете собой вертеть какой-то бабе... Есть чокнутые, мечтающие поглазеть на Неаполь, перед тем как окочуриться. Моя мечта – увидеть в ваших железобетонных башках хоть пять граммов мозгов.
Вы нанялись убийцами к людям, о которых ничего не знаете... Тебе известно, что большой босс – женщина, да еще сотрудница гестапо?
Кажется, его это очень заинтересовало,
– Я просвещу тебя до конца и дам доказательства того, что говорю. Несколько минут назад тебе позвонили от имени большого босса, так, да? Так вот, говорившая с тобой девица и держит в своих руках все нити. Смелости этой киске не занимать... Она тебе сказала, что я явлюсь с рекомендательным письмом, но на него не следует обращать внимания Вы должны любыми средствами заставить меня признаться, где спрятаны некие пластинки, а как только завладеете ими – шлепнуть меня.
– Точно! – удивленно бормочет он.
В этот момент открывается дверь и входит Том Он превратился в картошку, и нужен тщательный осмотр, чтобы установить, с какой стороны у него лицо. Он делает несколько шагов и падает на стул.
– Ты неотразим, – говорю я ему. – Можно подумать, что ты поспорил со стадом слонов...
Фрэд тоже веселится. Том еще не совсем пришел в себя.
– Это первый раз, когда меня так обработали, – признается он. – Ты здорово дерешься.
Мне его слова нравятся, потому что такие громилы понимают только силу Этот нашел своего хозяина и честно в этом признается. Он больше не пытается выпендриваться...
– Я рад, что ты очухался, – говорю я ему. – Я как раз рассказывал вещи, которые заинтересуют и тебя тоже...
Тут я излагаю все дело от А до площади Насьон Они разевают моргалы с водосточную воронку. В заключение я им говорю:
– Я позвоню моему приятелю, у которого запись, и попрошу дать вам ее прослушать. Где тут телефон?
Фрэд показывает, и я звоню Бравару.
В ожидании моего друга мы курим.
Через час Фрэд и его подручный в курсе. Наконец-то они полностью переубеждены. То, что они узнали, им совершенно не нравится. Если бы Грета оказалась сейчас здесь, я бы стал зрителем очень милого спектакля «Расчленение живьем».
– Ну, ребята, согласны работать со мной?
Еще как согласны! Готовы пройтись по потолку, если я их об этом попрошу.
– Из этой девки ничего не вытянешь. Я вам предлагаю сыграть с ней одну шутку. Теперь о лампе речь больше не идет, значит, вы теряете всякую надежду наварить на ней бабки. Но если вы будете работать со мной и согласитесь рискнуть, слово Сан-Антонио, я возьму вас в Англию и там велю выплатить вам кругленькую сумму.
Они не сомневаются.
– Командуй, мы идем с тобой! – заявляет Фрэд.