Не климат выбирали, а судьбу(с)...

Фрейдзон Овсей Леонидович

– Папа, ничего и никуда уже не вернётся, вопрос решённый.

Наконец, к разговору подключилась мама:

– Вера, ты меня очень расстроила, хоть я и не любила твоего мужа и считала, что ты понапрасну губишь свою молодость с инвалидом, но, повернуть жизнь в другую сторону ведь невозможно - у вас общий ребёнок, общая квартира и, наверное, у твоего субчика и деньги на счету имеются.

–

Мама, я что-то не пойму куда ты клонишь?

– Верка, ты ещё очень молодая и не искушённая в житейских делах женщина, нельзя, взять и всё бросить, надо побороться за свои права на жилплощадь и на часть денег, ты же у нас не совсем глупая.

– Мама, а кто тебе сказал, что я бросаю ребёнка?

– Дочь, разве ты не слышала, я не о ребёнке говорила, а о дорогой квартире и о других ваших общих материальных ценностях.

Люба говорит, что ты имеешь право даже претендовать на какие-то пенсионные отчисления своего мужа?

– Так, хватит раздувать кадило и делать из меня стяжателя.

Заявляю категорически и обсуждению не подлежит - я претендую только на своего ребёнка и то, в рамках решения суда, обязана предоставлять отцу общение с ним в определённые дни и ничего с этим поделать не смогу.

В квартиру я не вложила ни копеечки и поэтому на неё претензий иметь не буду, а тем более, на какие-то пенсионные или ещё неизвестно какие там отчисления или накопления Галя, я к ним не имею никакого касательства.

– Я вам говорила, что она дура, так я ошибалась, она полная идиотка!

Вера не дала развить Любе эту идею:

– Да, дура, идиотка, кретинка и все другие эпитеты подобного рода мне подходят, но по другой причине.

Запомните, раз и навсегда, я не сволочь, не хапуга и не стяжатель.

Дальше выслушивать в свой адрес всю эту мерзость не собираюсь, как и ваши советы, от которых впору задавиться, потому что и без вас у меня на душе тошно и кошки скребутся.

Она повернулась в сторону родителей.

– Я не буду навязывать вам своего сына, пусть Люба не волнуется и жить у вас я не буду, думала переночевать и этого делать не буду!

Всего хорошего, папа береги маму.

И с этими словами Вера стремительно покинула квартиру родителей.

Пока она ждала лифт, слышала, как за дверью бушевала Люба, завывала мама и что-то бубнил отец, но это её уже не волновало, нужно было для себя определить дальнейшие действия.

Уже сидя в машине, она вспомнила, что в двадцати километрах отсюда живут прекрасные люди Олег с Людой, которые точно не будут допекать её расспросами и советами.

Дадут

возможность хоть чуть-чуть зализать раны и, точно, предоставят ночлег на сегодняшнюю ночь.

Вера хорошо помнила, где находится последняя съёмная квартира, которую она посещала больше года назад.

Быстро отыскала нужный ей дом и каково же было разочарование - они уже тут не жили, а нынешние жильцы понятия не имели об их местоположении.

Учёба и работа над проектом в Хайфе буквально вычеркнули её из прежней среды, уже прошёл год, как Вера не общалась со своим любимым бардом и, к своему ужасу, она вдруг осознала, что забыла его телефон.

Сидя за рулём Вера впала в ступор, но до неё внезапно дошло, что она может без всяких проблем обратиться в службу 144!

О, и радость, ей дали без проблем номер телефона Олега Фрейдмана!

Боже мой, помоги, только бы они были дома!

– Верочка, что это я твой голос не узнаю, ты какая-то расстроенная?

Тебе нужен Олег, но его нет дома, ушёл куда-то выступать со своим Берковичем, ему что-нибудь передать?

– Я в Ашкелоне.

И Вера почувствовала, как по её щекам потекли слёзы.

– Девочка, ты что, плачешь?

А, ну, давай подъезжай к нам, мы сейчас с тобой по бабьи посидим за чашечкой чая и решим все твои проблемы, можно подумать, я свои могу решить.

Люда рассмеялась.

– Я ведь не знаю адреса, звоню вам, находясь рядом с вашей прежней съёмной квартирой.

– О, божечки мой, так мы уже почитай, как год живём в своей, нам государство выделило амигуровскую, не бог весть, какую фатеру, но всё же, собственная!

Записывай адрес, тут тебе ехать на машине две минуты.

И, правда, не прошло и пяти минут, как Вера оказалась в тёплых объятиях заметно пополневшей Люды, за прошедшее время, после их последней встречи.

– Ах, какая ты красавица, а фигурка, а мордочка - королева красоты!

Не то, что я, смотри, как раскоровела, Олег ругается, уже всякие диеты испробовала, а всё пухну, как на дрожжах.

Проходи, проходи, полюбуйся нашими апартаментами - у нас три комнаты, маленькие, но нам в них не в футбол гонять, есть отдельный туалет и душ.

Не обращай внимания на убогость нашей обстановки, вот, немножко денежек подкопим и сделаем подходящий ремонт.

Олег говорит, что ещё парочку лет и у нас здесь будет дворец.

Я ему слабо верю, но он ведь никогда не обманывает, будем надеяться, что наши все неприятности уже позади.

Присаживайся, моя красавица сюда на диван. Что у тебя случилось, ведь на тебе лица нет?