Не ищи меня
Шрифт:
Я понизила голос:
– Дело не в сексе. Мы не могли сопротивляться нашим чувствам. У нас любовь.
– Любовь… – повторила мама с таким видом, как будто это нечто еще более фантастическое, чем жизнь на Марсе.
– Мам, ну честно, мы очень счастливы.
– По твоему голосу не скажешь, – она была права, я и сама слышала в своем голосе фальшивую ноту. – Так что говорит Ник? Медленные у него сперматозоиды или нет?
– Я не спрашивала. Это мужское дело. Наверное, ему стыдно, и он не хочет признаваться.
– О да, нельзя задевать мужское эго, – ее
– Я просто пытаюсь проявить чуткость. Не хочу, чтобы он беспокоился, что Эмили не его дочь.
– Наверное, ему приходила в голову такая мысль, – задумчиво произнесла мама. – Странно, что он не спрашивал.
– Он мне доверяет, вот почему, – огрызнулась я.
– Хм-м-м… видимо, недостаточно, чтобы сказать правду, – она встала и пошла на кухню. – По мне, так у вас не особенно равные отношения. Ты ему в рот глядишь.
– Неправда.
– Правда, – донеслось из кухни. – Ты как домохозяйка из 50-х.
– Ничего подобного!
– Так и есть. Сидишь целыми днями дома, не работаешь, даже машину не водишь, – она вернулась с пластиковыми коробками и положила их рядом с Эмили. – Держи, ласточка. У меня от тебя голова болит. Постучи лучше по этим, – с этими словами она забрала кастрюли.
– Неееееет! – заверещала Эмили и попыталась ударить бабушку деревянной ложкой.
– У тебя нет финансовой независимости, в этом твоя проблема, – продолжила мама. – Тебе нужна работа, источник дохода.
– Зачем? Мы не нуждаемся в деньгах. Не знаю, сколько точно Ник зарабатывает, но целую кучу.
– Что значит – ты не знаешь? Разве у вас не совместный счет? – ее взгляд будто пронзил меня насквозь; она так хорошо меня знала, что ее невозможно было обмануть. – Не совместный, да? Ой, Наташа…
– Не беда, мам. Если мне нужны деньги, я просто беру карточку Ника. У меня есть и своя кредитка, Ник автоматически ее оплачивает каждый месяц. Он никогда не спрашивает, сколько я трачу на себя. Даже говорит, что недостаточно. Он считает, что его деньги – мои деньги. Он очень щедр.
– Тогда почему у вас не совместный счет?
Я пожала плечами.
– Не знаю, мы никогда это не обсуждали. Уверена, если бы я попросила, он бы согласился.
– Не проси, настаивай! – она в отчаянии покачала головой. – Серьезно, Наташа, пора уже вести себя по-взрослому. Разрешаешь ему вить из себя веревки.
Я пыталась его оправдать, но она не слушала. Во всем была либо его вина, потому что он мужчина, либо – моя, потому что я ему это спустила с рук.
Когда она стала убирать со стола после обеда, я отошла в сторонку и написала Сэму, что готова ехать. Он встретил нас там же, где высадил, и мы пустились в бегство. Пока выезжали на трассу, меня охватило облегчение. Слава богу, это закончилось, подумала я. Мама ошибалась насчет Ника, но кое в чем она была права. Мне нужно больше контроля над своей жизнью.
Когда мы достигли окраины Лондона, мне в голову пришла захватывающая идея. Не успев подумать как следует, я повернулась к Сэму и спросила:
– Можете научить меня водить машину?
Он поколебался, потом
– Э-э-э… Ну, вообще-то, мог бы. Но я никогда никого не учил. Может, лучше брать нормальные уроки, в смысле, у инструктора?
– Я не хочу нормальные уроки. Я хочу, чтобы это был сюрприз для Ника. А если придется платить автошколе, он узнает…
У меня в ушах зазвучал отголосок маминых жалоб на то, что у меня нет собственных денег.
Сэм причмокнул губами, сворачивая в сторону от городских огней.
– Мне не хочется что-то делать за спиной у вашего мужа. Он все-таки мой босс.
– Не волнуйтесь, если он будет чем-то недоволен, я возьму вину на себя. Но все будет в порядке, обещаю. Только не говорите ему. Это должен быть наш секрет.
– Ну, хорошо… если вы уверены, – он посмотрел на меня и улыбнулся. – Теперь нам обоим будет чем заняться, да?
Глава 9
Вскоре прибыло мое временное водительское удостоверение. К счастью, когда я обнаружила его на пороге, Ник был за границей. Учебный знак на автомобиль – такой, чтобы можно было надевать и снимать, – я купила на почте и в перерывах между уроками хранила его в ящике для нижнего белья, под ароматической прокладкой. Таинственность делала мою затею еще увлекательней. Мне ни на секунду не приходило в голову, что я обманываю Ника; я была уверена, что мои действия так же безобидны, как планирование вечеринки-сюрприза. Воображала, с каким восхищением он на меня посмотрит, когда узнает, что я сдала экзамен. Ведь теперь, когда Ника временно лишили прав, наша семейная жизнь станет проще, если я научусь водить.
Так, по крайней мере, объясняла я это себе. Так оправдывала воодушевление, переполнявшее меня каждый раз, как я оказывалась в машине с Сэмом.
Он предупредил меня, что «Рэндж Ровер» – это «зверюга», которая не слишком подходит для того, чтобы на ней учиться, но раз он будет меня учить, у нас нет других вариантов. И еще кое о чем.
– Когда мы в машине, я здесь босс, – заявил он. – Вы всегда должны делать то, что я говорю, что бы ни случилось. Понятно? Тогда это будет безопасно.
Мне нравилось, что мы поменялись ролями. Я не очень уютно чувствовала себя в роли «хозяйки», но теперь мы стали равны. Сэм оказался замечательным учителем, вел себя терпеливо и с пониманием, когда я не могла выполнить сложный маневр или сдать назад. Мы стали отвозить Эмили в ясли на машине, за рулем был Сэм – мы же не хотели, чтобы она проболталась папе. Как только я ее оставляла, мы прилепляли знак ученика и менялись местами. Иногда катались по нескольку часов: я училась пробираться по узким, заставленным машинами улочкам жилого района, не терять направления, когда все вокруг перестраиваются, и правильно съезжать с кругового перекрестка. Учитывая, какой это стресс – ездить по Лондону, – мы держались на удивление расслабленно. Не кричали друг на друга, а если я начинала паниковать, Сэм всегда рассеивал мою панику шуткой.