Не играй с нами, девочка

Лав Агата

— И разговариваешь. Ты никогда не разговаривала во сне.

— Может, тебе приснилось?

— Я почти не спал.

— Так вот у кого здоровый сон.

Она склонилась над раковиной, выскользнув из его поля зрения. Каким-то чудом в нем очнулось чувство такта, и он прикрыл дверь.

Анна ополоснула лицо холодной водой и подумала, из чего бы ей соорудить надежный заслон между сегодня и вчера. Потому что вчера Марк признался в многом, и оно могло потянуть за собой еще большее. А она не хочет и не может. Такие слова только режут до крови, лучше бы

она злилась на него, как прежде. Почему признания случаются так поздно? Тогда, когда они скорее рушат, чем созидают. Они не нужны ей теперь, его правда, его чувства... Она не хочет даже думать об этом. У нее есть жизнь, о которой она всегда мечтала, а не аттракцион из адреналиновых зигзагов. И у нее есть любимый человек.

Когда она вернулась в комнату, то нашла Марка застегнутым на все пуговицы в строгом выточенном по фигуре пиджаке. Он щелкнул застежкой наручных часов и прошелся руками по мягкой ткани, поправляя костюм.

— И что дальше? — спросила Анна.

— Я заберу тебя отсюда. Может, к вечеру, но я сделаю.

— Было бы кстати, — она улыбнулась и набрела взглядом на телевизор, который до сих пор баловал только помехами.

Она вдруг подумала, что Марк все-таки уйдет, и дьявольский ящик опять заработает.

— Завесь его чем-нибудь, — бросил Марк.

— А так можно?

Прозвучало невыносимо глупо.

— А ты только мне огрызаешься?

Он с усмешкой подхватил стул и поставил его точно под телевизором. Забрался наверх и вцепился в него руками, пару раз качнул на пробу, а потом рывком вырвал его вместе с крепежом. Анна поморщилась, когда экран с неприятным грохотом рухнул на пол. Марк спрыгнул со стула и посмотрел на нее, как на несмышленого ребенка.

— Порча имущества, — напомнила она.

— Когда я запер тебя, ты обещала разнести дом еще к вечеру. А тут, судя по всему, еще и убиралась.

Анна не успела придумать достойный ответ, разговор заставил забыть раздражающий звук тревоги, который вдруг полился откуда-то сверху вместе с красноватым свечением.

— Что это? — она оглянулась в поисках динамика.

С вопросом посмотрела на Марка, заподозрив, что он мог натворить глупостей.

— Это не я, — он качнул головой, и по его сосредоточенному лицу стало ясно, что ему подобное и в голову бы не пришло. — Я еще в своем уме.

Она заметила, как его рука скользнула к оружию. Но нащупав пустоту, Марк скривился и поймал ругательство, что вырвалось лишь злобным шипением.

— Надо выбираться, — сказал он. — Такие песни просто так не включают.

В этот момент щелкнул замок входной двери, и он быстро шагнул в сторону, чтобы перехватить гостя. Когда в комнату вошел мужчина в невзрачном сером костюме, Марк набросился на него сзади и придушил, сковав все попытки к сопротивлению.

— Дверь, — кивнул Марк.

Анна поймала и прикрыла ее, но не до конца, боясь, что вновь сработает внешний замок.

— Тише, не брыкайся, — посоветовал Марк мужчине. — Кто ты?

Анне он напомнил помощников, которые вертелись вокруг Костюма.

— Я должен доставить

тебя с девчонкой в безопасное место, — прохрипел он, и даже нотки недовольства не забыл, — и лучше поторопиться…

Марк грубо встряхнул его, чтобы он умолк.

— Оружие есть?

— Есть, но…

Марк не стал слушать дальше, его рука бесцеремонно залезла ему под пиджак и нащупала кобуру. Расстегнув ее и вытащив пистолет, он резко оттолкнул от себя мужчину. Тот рухнул у двери, но быстро приподнялся и со злостью покосился на Марка.

— Так недолго и соучастие в нападении заработать.

— Значит нападение. Отлично, — Марк кивнул, будто такой прелести и ожидал. — Вставай и веди.

Он проверил обойму, а потом протянул руку и крепко сжал ладонь Анны.

— Не отставай, — шепнул он ей, — делай все, что я скажу.

Марк положил ее ладонь себе на плечо, и пошел за мужчиной, который все-таки сделал, как ему было приказано. Комната заточения осталась за спиной, и их обнял светлый пустой коридор. Сирена, наконец, умолкла, хотя красные лампочки продолжали мерцать и из-за этой раз за разом накатывающей волны Анне хотелось зажмуриться. Ей было по-настоящему страшно, хотя, может, это напряжение Марка, которое она так остро чувствовала... или оружие со снятым предохранителем в его руках…

— Почему так тихо? — спросил Марк.

Они свернули направо, и Анна увидела множество файлов, которые валялись на полу, чуть дальше лежал оброненный в спешке дипломат и стаканчик недопитого кофе. Коричневая жидкость растеклась по кафелю, очертив квадраты плиток.

— Лифт, — кивнул мужчина.

— Плохая идея, — Марк оглянулся по сторонам, ища другие варианты.

Анна же заметила, что экран над лифтом не работал, как и кнопка вызова. Но мужчина все равно подошел к ней и нажал.

— Это единственный выход, — процедил он, — про лестницу можешь забыть. Нам нужно срочно спуститься на три этажа…

Двери лифта раскрылись, и между створок показались двое охранников с автоматами. Анна дернулась и нервно сжала плечо Марка, пытаясь оттащить его, но вдруг заметила за их спинами знакомое лицо. Костюм кивнул, поймав ее удивленный взгляд, и похлопал по спине бойца. Тот тут же отступил в сторону.

— В темпе, — сказал Костюм.

Марк не стал больше протестовать. Лифт так лифт. Анна оказалась в самом углу, Марк буквально впихнул ее туда, будто отыскал самое укромное местечко, а сам встал перед ней угрюмым телохранителем. Костюм заметил оружие в его руках и усмехнулся.

— Так больше толку, — бросил Марк.

— Имеются какие-нибудь мысли? — Костюм чуть склонил голову набок и впился в Марка насмешливо-беззаботным взглядом.

— Одна. Выбраться отсюда поскорее, не ввязываясь в ваши неприятности.

— А это не твои неприятности? Ты здесь, и вот штурм…

— Не стоит, — Марк качнул головой. — Я бы и так ушел. И Анну бы забрал.

Костюм кивнул. Хотя подозрений не оставил.

— Будь осторожен, Марк. Я не склонен прощать тебе хоть что-то.