Шрифт:
Пролог
Всем неидеальным посвящается…
– Нарисуйте, пожалуйста, – Лариса очнулась от своих невеселых дум, когда услышала эти слова. Потому что до этого она вспоминала о Марке. О том, как он, хлопнув дверью, ушел. Навсегда. НАВСЕГДА!!! Это так ошеломило правильную Ларису, что она до сих пор была в состоянии потрясения.
«Я просто потрясена. Я просто потрясающая!» – вертелось в голове.
Слез не было, но была такая боль, в самом сердце, что очень хотелось выть.
«Даже сейчас, боль во всем теле…» – пронеслось в голове, ей вспомнился диалог с тетушкой, когда она приехала в гости к маме, на день рождения.
– Ларочка, когда замуж выйдешь? Детей родишь? – ехидно спрашивала тетушка при любом удобном случае, зная, что они с Марком живут уже три года. – Совсем в девках заходилась, в наше время тебя бы старой девой называли… Даже не старой, а старинной…
– Ну, сейчас, Слава Богу, другие времена…, – перебивала с раздражением Лариса, – и вообще я замуж не хочу, и никогда не хотела, зарок себе дала, глядя на всех. Что мне носы чужие подтирать да говнешки убирать? Посуду мыть, стирать, готовить? На фиг надо. Это в ваше время было манной небесной, а в наше надо жить в удовольствие и наслаждаться каждым мгновением.
«Правда работа, учеба и ипотека не очень этому способствуют, времени даже помыться нормально не хватает…» – добавила про себя Лариса, вспомнив, что в её жизни-то удовольствий не так уж и много, но вслух произнесла:
– Да мои ровесницы, все бегают в замужество, а выбегают оттуда с детьми, – она выдержала паузу, внимательно посмотрев на тетушку, которая делала точно также, а потом пристраивала своих детей к Ларисиной маме, чтобы та занималась ими и решила дальше не продолжать.
Да и тетушкин пыл поумерился, она перевела тему на Лилию, А Лариса удовлетворенно хмыкнула.
«Идеально. Мэри Поппинс!», – вспомнила она слова однокурсника Алексея. Это было её прозвище в университете.
– Лариса, Вы с нами? – прервала поток воспоминаний тренер – преподаватель Камилла, которая проводила занятие.
– Да-да, – отвлекаясь от дум, она поспешно возвращалась в реальность. – Что нужно сделать со злым колдуном?
Среди группы послышался мягкий и беззлобный смех.
– Лариса, нужно было представить, что Вы рассердили злого колдуна, во что бы он Вас тогда превратил, заколдовал? Это нужно нарисовать. Сделайте, пожалуйста, зарисовку.
Лариса посмотрела на девушку, как на полоумную:
«Вроде взрослая уже, вроде бы в своем уме, серьезные тренинги ведет, и чего она думает? Своими сказками все реальные ситуации разрулить? Может волшебной палочкой махнуть и Марк бросит свою расчудесную жену (на которой женился спустя месяц, как ушел от меня) и вернется ко мне?» – мысленно сопротивлялась она, а вслух спросила:
– Может, волшебную палочку нарисую?
Камилла улыбнулась, как-то по-детски, немного застенчиво, что делало еще красивей и моложе:
– У нас будет занятие с волшебной палочкой, но чуть позже, – мягко ответила она.
«Молодая
– А Вам сколько лет?
Камилла улыбнулась:
– Сорок один.
– О! – пронесся удивленный возглас по группе.
– А Вам не дашь столько! – воскликнула одна участница. – А дети есть?
Камилла утвердительно кивнула головой.
– Трое.
Ларисины стереотипы рушились прямо на глазах, ей очень захотелось спросить, не ведьма ли она, как вдруг услышала:
– Вся система занятий направлена работу с глубинными структурами, с архетипами, один из них Ведьма, та, которая много ведает, то есть обладает знаниями, которыми владеют не все. Сегодня мы работаем с этим архетипом.
Ошарашенная Лариса, не заметила, как сопротивление испарилось, и она начала делать зарисовку.
«Один: ноль, и не в мою пользу», – пронеслось в голове.
Зайдя в свою квартиру, которую они покупали с Марком в ипотеку (кредит оформляла Лариса, и платила в основном она, по крайней мере, так ей говорил Марк, потому что он копил на свадьбу, как оказалось он, правда, копил на свадьбу, только не с ней), она почувствовала щемящую тоску и пустоту.
Воспоминания накатывали иногда на Ларису так, что хотелось выть и плакать, она вспомнила их последний разговор. Она спешила домой на всех парах из университета. После долгих мучительных раздумий она наконец-то поняла, как будет выглядеть ее проект, и вообще, как оформится ее исследовательская деятельность, оставалось, только добежать до дома и посмотреть бумаги, за которые она каждый день обещала себе взяться, но сил не было. Они лежали аккуратной стопочкой на столе, ожидая, когда Лариса соизволит к ним прикоснуться и занести в компьютер все мысли, и полученные данные, обработанные, проанализированные.
– Марк, ты не видел мои бумаги? – Лариса искала свои бумаги по диссертации и никак не могла найти.
– Какие? Те, которые валялись, целую неделю на столе?
Она облегченно вздохнула.
«Ну, раз Марк их видел, значит, прибрал их, – она удовлетворенно улыбнулась, – как раз сегодня и допишу последнюю главу диссертации…»
– Я их собрал и положил в пакет, который стоял в коридоре, мне был нужен стол, чтобы поменять люстру, стремянка осталась у твоей мамы, – донеслось из ванной комнаты.
«Дорогая, захвати мусор в коридоре, выкинешь по пути», – внезапно пронеслась мысль-воспоминание у Ларисы, вспомнилось раздражение Марка по поводу ее разбросанных бумаг на столе и неготового ужина (она работала целый день и не успела), Марк тогда был очень-очень недоволен. А Лариса не очень любила недовольных людей и, почувствовав, что где-то внутри все сжимается и появляется нехороший холодок внутри, она, все бросив, стремительно побежала готовить еду, бросив все свои бумаги на столе, не доделав работу.