Не ходите девки в лес

Никольская Наталья

– Оля… – прошептала она, когда я остановилась, чтобы перевести дух. – Ты… что? Я тебя никогда такой не видела!

– Ладно, извини, – буркнула я. – Нервы, знаешь, на пределе.

– Полина! – вдруг уверенно воскликнула Наташка. – Да ты же Полина.

Она смотрела на меня победным взглядом, потом соскочила с кровати и подбежала ко мне, повернув мою голову к окну.

– Ну точно Полина! – удовлетворенно констатировала она.

– Ладно, ладно, – зашипела я на нее. – Ну чего ты орешь? Ну Полина и Полина.

– Ой, ну как

же так получилось-то? – понижая голос до шепота, спросила Наташка.

– Как, как – хмуро откликнулась я. – Нужно так было, поняла? И ты никому говорить не вздумай, если неприятностей не хочешь! А если проболтаешься – я в тот же день уезжаю домой, и разруливай тут свои дела как хочешь! Надоели вы мне до смерти!

– Что ты, что ты, Полина! – замахала Наташка руками. – Разве я кому скажу? Да ни за что!

– Слушай, Наташа, – я снова вернулась к своим мыслям. – А как Ольга подошла к этому человеку? Ну, который был в лесу? Как она ему представилась, как он ей? Как все получилось, ты не знаешь?

– Ну почему же не знаю! – пожала плечами Наташка. – Знаю. Только она и не ходила туда вовсе. Она, во-первых, проспала. А во-вторых, ее Николай Трофимович встретил и велел с ним идти. Так что я вместо нее пошла.

– Так, так! – подскакивая на постели, закивала я. – А ну-ка расскажи мне все об этой встрече!

– Ну что… Иду я, значит, по лесу. По тропинке, как и договаривались. Смотрю – парень сидит, сверток в руках держит. Я к нему подошла, представляться даже не стала. Просто спросила, давно ли он ждет. А потом сказала, что Ольга, мол, не придет, и что мне все передайте.

– А он что? Не удивился?

– Ты знаешь, он как будто огорчился. Потом головой покачал и говорит: «Эх, соня!» Видно, все уже знают, что Ольга спать долго любит…

– Так, интересно… Значит, его не удивило, что ты к нему подошла вместо Ольги…

– Не особенно. Но ты знаешь, мне показалось его лицо смутно знакомым. Словно я уже видела его где-то.

– Где? – накинулась я на нее. – Вспоминай сейчас же!

– Да я не могу так, Поль! – попробовала защититься Наташка. – Я и не уверена, что видела, просто, говорю, ощущение такое.

– Наташка, а как он выглядел? Опиши его.

– Ну… – Наташка мечтательно закатила глаза. – Высокий такой, волосы темные, назад зачесаны, одет очень хорошо.

– Как одет?

– На нем футболка была «Reebok» и брюки такие же. Все настоящее, сразу видно. Кроссовки на ногах тоже дорогие. И все чистенькое, аккуратное. И пахло от него очень приятно. Сразу видно, что следит парень за собой. Но и без самолюбования. без излишней скрупулезности. Пылинки, во всяком случае, с рукава не сдувал.

– Слушай, а ты могла бы его узнать, если бы увидела?

– Да, однозначно! – твердо ответила Наташка, – только где же его увидишь-то! – и томно вздохнула.

– Так… – в голове моей со скрипом завертелось какое-то колесо. Его бы следовало еще смазать, чтобы оно закрутилось легко и раскрутило мне

всю историю. Но пока этой смазки и не хватало. Глаза мои уже слипались, после жестких нар КПЗ кровать казалась мне постелью из лепестков роз, как у Дюймовочки. Не став больше напрягать свой мозг, я с удовольствием провалилась в глубокий сон.

Наутро я вскочила ни свет ни заря, быстро сделала зарядку и побежала во двор на утреннюю пробежку. Потом я долго плескалась холодной водой под умывальником, и к семи часам утра чувствовала себя бодрой и свежей, готовой к всевозможным свершениям и победам.

На сегодня у меня были большие планы. Все-таки проследить за Виктором Михайловичем, потом встретиться с Катькой, а возможно, и с другими девчонками, а также постараться выяснить, с какой стати парень, явно встречающий в лесу кого-то другого, отдал Ольге коробку шоколадных конфет.

Я поставила самовар на веранде и стала готовить завтрак. Вскоре появилась Светлана Дмитриевна.

– Оленька, доброе утро! – поприветствовала она меня. – Что это ты так рано поднялась?

– Да так… – беспечно ответила я. – Не спится что-то…

Светлана Дмитриевна как-то внимательно посмотрела на меня, но ничего не сказала. Я поспешно стала накрывать на стол.

– А где Виктор Михайлович? – с набитым ртом спросила я, как всегда делала Ольга и за что я ее сильно ругала.

– Да он на работу ушел уже. Он очень рано встает.

– Хороший у вас муж, Светлана Дмитриевна, – сказала я.

Глаза женщины сразу же засветились нежностью.

– Да, он очень хороший человек, – тихо ответила она. – Только не повезло ему в жизни. Попал в тюрьму, можно сказать, просто так. Человека убил… Так он же себя защищал! Наташа, к сожалению, не может никак с ним общий язык найти. Все время на конфликт идет. А Виктор так старается с ней отношения наладить. Переживает… Хоть бы ты поговорила с ней, Оленька…

– Да все понятно, Светлана Дмитриевна, – кивнула я. – Наташе просто замуж надо выходить, тогда сразу и капризы все ее закончатся, и вся дурь из головы вылетит.

– Ох, я и сама это понимаю, Оленька. Да за кого же она тут выйдет? Наташа – ты же знаешь – она необщительная, домашняя. Ее из дома трудно вытянуть. Вот и сидит, в город почти не ездит. А тут что? За алкоголика какого-нибудь местного выходить? Одна у нас тут, правда, вышла замуж за городского, Зинка Мирошина. Повезло девчонке. Такой парень хороший! И из семьи обеспеченной. А сама она, уж извини – ни рожи, ни кожи. Что он в ней нашел – не пойму. Я ее с рождения помню, всегда такая безликая была, как рыба. Тюня эдакая. Умишко средненький. Ни рыба, ни мясо, а вот смотри, как сложилось. Ты уж прости, Оленька, – спохватилась вдруг Светлана Дмитриевна, – не подумай, что я сплетничаю! И не завидно мне. Просто… – она прижала руки к груди, оправдываясь. – Вот смотрю на вас с сестрой и обидно мне становится. Такие девушки – умницы, красавицы, а личная жизнь не сложилась.