Не ходите девки в лес

Никольская Наталья

Я задергалась сильнее, пытаясь вырваться, но одна железная лапа сжимала мне горло, а вторая сцепила мои руки за головой. Я вертелась, мыча, дрыгала ногами, но все усилия были тщетны.

– Ух, какая ты темпераментная, – проговорил над ухом пьяный голос, и я узнала Сергея.

Это привело меня в ужас. Сразу улетучился весь хмель, я тут же осознала, в какое кошмарное положение попала. Сперва еще я думала, что это в дом ворвался кто-то посторонний, пока Сергей с Николаем куда-то вышли, но теперь…

Собрав все силы, я рванулась, как только могла, и мне

удалось освободить руки. Я потянула их выше, нащупала на подоконнике какой-то предмет, показавшийся мне тяжелым, и с размаху опустила его на голову Сергея. Он тут же стал валиться набок.

Спихнув его с себя, я сползла с кровати и кинулась к выходу. Как раз в этот момент в дом входил Николай. Увидев меня, он растопырил руки, пытаясь перегородить мне дорогу, но я на бегу наклонив голову, ткнулась ею ему прямо в живот, отчего он охнул и согнулся. Я споткнулась обо что-то, лежащее на полу, и растянулась. Моя нога запуталась в какой-то веревке. Пытаясь выбраться, я обнаружила, что это ремешок от моей сумки. Хватая ее, прыгая на одной ноге и стряхивая ремешок, я проскакала по крыльцу, выдернула наконец-то проклятый ремешок и бросилась вперед, не разбирая дороги.

Я неслась в темноту, размазывая слезы по лицу. Господи, Господи, вот что значит пить с незнакомыми людьми! Да ты просто с ума сошла, Ольга! Ой, что сказала бы, Полина, если бы узнала. Даже и хорошо, что ее сейчас нет.

Конечно, это подло, когда Полина сидит в тюрьме, радоваться, что ее нет, но в этот момент мне было не до этической стороны вопроса.

Я решила достать носовой платочек и расстегнула сумочку, принявшись рыться в ней. Платочек-то я нашла, но каково же было мое разочарование, когда я обнаружила, что из сумки исчезли все деньги! Это был удар в самое сердце.

Пытаясь унять дрожь в коленках, я присела на пенек и стала подсчитывать свои расходы.

Так, я купила бутылку водки, три салата и еще бутерброды. Только сейчас до меня дошло, что угощались мы все вместе, а расплачиваться пришлось мне одной. Потом я еще покупала бутылку, и еще… Но это ладно, бог с ним, но не могли же на это уйти все мои деньги?!?

Я прошарила все потайные отделения сумочки, потом долго трясла ее содержимое, перевернув сумку вверх дном. На землю вывалилось маленькое зеркальце, расческа, начатая упаковка жевательной резинки «Орбит», два кубика «Галлина бланка», дискета, старый рваный Лизин носок, вязальная спица и открывалка для бутылок.

Денег не было.

Только тут я поняла, что меня просто ограбили. Самым наглым и откровенным способом.

Нет, вы подумайте только! Так войти ко мне в доверие! Так меня очаровать! Я-то к ним со всей душой, а они?

Вспомнив Полинины наставления, я решила быть оптимисткой и философом одновременно и стала искать во всем этом полезное зерно.

Ну и что? – утешала я сама себя, ползая по земле и собирая разбросанные вещи обратно в сумочку. – Радоваться надо, что они тебя не изнасиловали! А то валялась бы сейчас где-нибудь в лесу с проломленной головой, как та бедная девушка…

Стоп!

А нет ли тут связи? А не

эти ли выродки точно так же заманили девчонку к себе, ограбили, а потом изнасиловали и убили? Нужно срочно это все обдумать, срочно…

И тут у меня в голове всплыл еще один момент, связанный с машиной, стоящей во дворе Сергея. И это не мешало бы обдумать прямо сейчас.

Но думать в данный момент у меня не было сил. Мне хотелось только одного – поскорее провалиться в сон, забыть все страхи и тревоги сегодняшнего дня.

А еще мне хотелось к Полине. К моей милой, мудрой, замечательной старшей сестре. Я готова была выслушать от нее все упреки и порицания, стерпеть все оскорбления, только бы слышать ее голос, знать, что сейчас она поругает меня, оторвется как следует, а потом обнимет, прижмет к себе и успокоит, сказав, что все будет хорошо…

Но Полины нет, а я, оставленная здесь вместо нее, ничего не делаю для ее спасения. Может быть, Полина сейчас только на меня надеется, а я…

Боже мой, какой стыд! Нет, нужно срочно что-то с собой делать, срочно менять свои взгляды на жизнь, иначе я плохо кончу – Полина абсолютно права.

Я брела неизвестно куда. Ноги мои уже просто заплетались от усталости, а я даже не знала, верное ли направление выбрала. Как назло, мне не попадалось ни одного человека, который мог бы показать мне дорогу к Наташкиному дому. Вот забрела на ночь глядя!

Наконец я увидела какую-то женщину, идущую по дороге. Бросившись к ней, я схватила ее за руку и слезно умолила показать мне, куда нужно идти. Женщина довела меня почти до дома Скворцовых, и я пошла к калитке. Меня пошатывало.

Когда я вернулась к Скворцовым, вся семья их сидела на веранде. Светлана Дмитриевна и Виктор Михайлович пили чай, Наташка задумчиво катала в пальцах хлебные крошки. Было уже темно.

– Где ты была? – накинулась на меня Наташка. – Мы чуть с ума не сошли! – она картинно приложила руки к груди.

– Что случилось, Оля? – с тревогой в голосе, но мягко, спросила Светлана Дмитриевна. – Мы узнали, что увезли Андрея и Полину и очень переволновались. Боялись, что с тобой что-то произошло.

Я так устала, что у меня не было сил ничего объяснять, а хотелось просто рухнуть на постель и заснуть часов на двенадцать. Я вспомнила, что хотела поговорить с Наташкой, но мне этого уже совершенно не хотелось. Потом, потом, все потом…

Светлана Дмитриевна переглянулась с мужем, они оба промолчали, не став меня мучить. Но противная Наташка схватила меня за руку и потащила к себе.

Она завела меня в свою комнату, крепко закрыла дверь и села на постель с ногами.

– Оля, давай поговорим! – решительно заявила она.

– Наташа, я так устала, – зевая, ответила я. – Давай перенесем разговор на завтра.

– Какое «на завтра»! – капризно проговорила Наташка. – Я же уснуть не смогу! Знаешь, как мы волновались? Я чего только не передумала! У нам тут такие слухи ходят! Будто бы Дрюня твой маньяком оказался! А Полина – его давняя любовница и сообщница!

Я невольно фыркнула, услышав этот бред.