Не должен
Шрифт:
— Где это ты так? — с удивлением и сочувствием спросила она.
— А… В баре на днях с одним наёмником повздорил, — как можно пренебрежительнее кинул он.
Кейджи и Сора переглянулись. В следующие минут двадцать они оба пытались выведать подробности, начиная с того, зачем Акио потребовалось идти в бар, и заканчивая личностью наёмника. Вот только свою драку с ним паренёк считал абсолютным провалом, потому очень не хотел распространяться подробностями и уже пожалел, что вообще сказал про бар. Надо было соврать, что навернулся с лестницы.
Все
Тема сменилась, как только Кейджи заговорил про новую работу. С Мирой он хотел проконсультироваться насчёт требуемых навыков, после чего узнал, что нужно уметь водить машину. То есть, иметь лицензию. Водить-то парень кое-как умеет, а вот прав у него нет. Мира по старой дружбе обещала подыскать ему хорошего учителя в ближайшее время, а сама стала выгружать из типичной бездонной женской сумочки закупленные печенье и вафельные торты. Девушка сама безмерно любила сладкое и считала это лучшим гостинцем.
Около полудня коммуникатор Соры зазвонил. Это был Юки, который предлагал вместе с ним наведаться к Кейджи и немножко его убить за долгое отсутствие. Но девушка его обломала, сказав, что она уже у него. Сначала послышался какой-то безумный восторженно-возмущённый ор, а потом звонок и вовсе прервался. Через треть часа он уже, как чокнутый, жал на звонок.
— Да вы издеваетесь! Почему мне никто ничего не рассказал? Где ты околачивался, долбанный идиoт? Так трудно было хоть что-нибудь рассказать? — вот так эмоционально поприветствовал Кея Юки, схватив друга за ворот, что выглядело даже нелепо, учитывая, что он был ниже ростом.
— Я бы сам подставился и тебя бы подставил, — просто аргументировал Широми, вызывая ещё больший шквал эмоций.
Прошагав на кухню, где собрались все, Юки поприветствовал Акио и Миру, после чего уселся на последний свободный стул и потребовал немедленно ему всё поведать в малейших подробностях. Из-за чего Кейджи вдруг стал преступником, зачем бежал, как оправдался, почему Сора знала обо всём первее него. Честно говоря, было жуть как лень рассказывать, но выхода, похоже, не было. Кимура же помнила, что обещала объяснить Мире, что же приключилось у неё с Сайером, и появление Кея после нескольких дней отсутствия было связано с этой историей.
Юки вёл себя как обычно. Подскакивал, на некоторых моментах начинал носиться, в другие же садился обратно и замирал как вкопанный. У Акио уши появлялись только тогда, когда в предложении звучало слово «Кейджи», и лишь Мира
— Погоди, так ты теперь со своим Сайером больше не живёшь? И где тогда? — когда повествование было закончено, спросил рыжий.
— Ну да. Это… Здесь, как бы, вроде, — Сора думала, что это очевидно, и теперь несколько неуверенно покосилась на брюнета, словно спрашивая, можно ли это афишировать.
Наверное, пока не стоило, по крайней мере, без предварительной подготовки. Юки вскочил так, будто очень старался впечататься головой в потолок, и у него это почти получилось.
— Вы вместе живёте?! — он явно не до конца в это поверил, но только сейчас почему-то заметил, что Кимура в домашней одежде. — Да тыщи лет, блин, не прошло! Открывайте шампанское, будем праздновать!
— На новый год напразднуешься, — пообещал Кейджи, которого вообще-то никто не слушал, поскольку на радостях рыжий вызвался поработать пони и теперь носился по квартире с Сорой на спине.
Ближе к вечеру девушка наведалась к отцу, по-прежнему живущему на десяток этажей ниже, с которым долго не виделась. Про Джея она лишнего не болтала, поскольку сомневалась, что Котаро после её рассказа не изменит к нему отношение, если вовсе не убьёт. Кей всё же выбрался на улицу и дошёл до офиса, где подал прошение на работу в полиции. Потом он ещё связался с доктором Курамой и Шелли, и на всякий случай известил, что всё устаканилось. Впрочем, они это уже из новостей знали.
Не давало покоя одно — та самая перечёркнутая фотография. Очень хотелось верить, что это были козни Аргуса, но нельзя было отбрасывать вариант, что он к этому непричастен. Услышав про фотографию, Мира вспомнила, что об этом ей рассказывал наёмник из бара, который сейчас, вероятно, уже находился в тюрьме. Из этого они заключили, что тип, которого Кейджи вырубил в парке, и хахаль из клуба — это один и тот же человек, который больше угрожать не может.
В свою очередь, Соре не давала покоя другая мысль. Она пришла в качестве ассоциации с фотографией, но девушка не спешила ею делиться в присутствии Миры хотя бы потому, что блондинка всё равно мало что поняла бы. И уже перед самым сном Кимура поделилась своей тревогой с Кеем.
— Кейджи. В тот день, когда Сайер меня запер, я попыталась попросить помощи у прохожих — на тот момент он ещё не сажал меня в наручниках. Я обратилась к мальчику, так как никого другого в то утро во дворе не было. Потом я его узнала. Кейджи, это был тот мальчик из подземного города, которого ты убил, — под конец фразы её голос стал тише и дрогнул.
Сора посмотрела на парня и с удивлением обнаружила на его лице непонимание.
— Какой? — спросил он.
— Ты забыл? — девушка искренне недоумевала, ибо не представляла, как такое можно забыть. — Ну, помнишь, мы поехали к доктору Кураме, ночью я бросилась в лес, а потом ты и я попали…