Не для посторонних глаз...

Сандер-Лин Галлея

Эту ночь Кристина спала в обнимку с Себастьянчиком. Вот она, сбывшаяся мечта, радуйся и пляши! Да вот только воспринимать Михаэлиса по-прежнему, как раньше, не получалось. Теперь, глядя на него, в сознании стабильно всплывал образ шефа, и не через раз, как бывало раньше, а регулярно. Глянула на дакимакуру — вспомнила Мистера Суровость, обняла — ощутила аромат его парфюма, будто и правда прижалась к шефу. Так-с, это уже попахивает паранойей. Может, спрятать подушку куда подальше?

Но, разумеется, никуда она её не спрятала и просто смирилась с причудами буйно

разыгравшегося воображения. Кстати, новые заколки, подаренные Горским, отлично держали причёску, и сегодня, готовясь к домашней встрече с начальником, Кристина надела одну из них, тёмно-коричневую с бежеватыми искорками, как раз под цвет волос. Вторую, более «официальную» чёрную с серым, решила завтра надеть на работу. Пусть генеральный видит, что его подарки не пылятся где-нибудь на полке, а очень даже используются по назначению. Насколько ей было известно, мужчины любят, когда женщины носят их презенты, так они чувствуют себя более значимыми.

Квартира была вылизана ещё с утра, а около одиннадцати Кристина сняла фартук и вышла из кухни, открыв форточку для проветривания (вытяжки у них не было). К этому времени она приготовила авторские тефтельки «Амуркины сердечки» (выполненные в форме сердца), которые назвала в честь любимого кота, варёную картошку со сливочным маслом и зеленью, тушёные в сметане грибы, овощной салат и пирог с яблоками. Это, конечно, не так много для полноценного застолья, но зато от души и одни из самых вкусных блюд, которые любила, настоящая домашняя еда. И почему-то не возникло ни малейших сомнений, что боссу тоже понравится.

— Кристя, так чего он всё-таки от тебя хочет, начальник этот? — третий раз за утро спросил брат. — Разве такие важные дяденьки приезжают в дом к обычным работникам?

Здравая мысль, даже очень. Да только в Алексее Викторовиче мало от стандартного начальника, он… Необыкновенный он, вот какой!

— Алёшка, ты бы лучше уроки доделал, а не к сестре приставал, — мама в очередной раз одёрнула разговорчивое чадо. — Нечего на вечер оставлять.

— Так там только стих выучить осталось, — отмахнулся юный прохвост. — Вот я и учу, — и показал исписанный листочек. — Но начальник этот… Я ему всё-таки скажу, чтобы Кристю нашу не обижал.

Кристина не удержалась и погладила братишку по голове, а потом слегка растрепала волосы:

— Лучше стих доучивай, защитник.

В назначенное время раздался звонок в дверь. Кристина нервно одёрнула юбку, пригладила на кофточке несуществующие складочки, переглянулась с мамой и пошла открывать.

Генеральный держался доброжелательно и уже через несколько минут полностью очаровал маму. Она же не знает, что, когда захочет, он одним взглядом может загнать человека под плинтус. Алёшка пока вёл себя настороженно, сам в разговоры не вступал, а на вопросы (сколько лет, в каком классе) отвечал односложно. Но долго держать язык за зубами точно не сможет, обязательно сорвётся, только бы не нагрубил боссу.

Мама пригласила гостя к обеду и устроила его во главе стола, где раньше было место папы.

— Вы такой большой, как бы стул не сломался… — ляпнул брат. Не со зла, конечно, просто не оставил без внимания внушительный рост Его Сиятельности.

— Не большой, а высокий, — шикнула на Алёшку мама.

— Если

вдруг сломается, я подарю вам новый, — невозмутимо откликнулся шеф и занял предложенное место. — Выберешь, какой захочешь. Кстати, если тебя кроме стульев интересуют машины, можем покататься. Я люблю быструю езду, а ты?

— А можно будет на переднем сидении? — поддался на провокацию брат, для которого знакомство с машинами заканчивалось маршруткой до школы и обратно.

— Никакого переднего сидения! — строго сказала мама.

— На переднем будет твоя сестра, зато заднее полностью в твоём распоряжении. Сядешь, где понравится, — великодушно предложил Горский. — Можешь заказывать, куда сегодня поедем. У тебя есть время подумать.

— А вы… вы же Кристю мою обижать не будете? — Лёшка нахмурился и весь вытянулся, видимо, чтобы казаться более значительным. — Я её никому в обиду не дам, даже начальству. Она у меня одна.

— Поскольку Кристина Александровна является моей подчинённой, я как руководитель несу за неё ответственность и буду защищать, но уж точно не обижать, — на лице Алексея Викторовича не дрогнул ни один мускул, поэтому сложно было понять, обиделся ли он на слова брата или воспринял их с юмором. — Хотя если она совершит ошибку, то я могу её поругать, так же как и тебя ругают в школе учителя за какие-нибудь проделки. Бывает такое?

— Бывает… — насупился Алёшка.

— Вот видишь. Но я никогда и никого не ругаю просто так, а за хорошую работу даже выдаю премии. Поэтому сейчас всё зависит от твоей сестры, — и глянул на Кристину. — Собственно, как раз об этом я и хотел сегодня поговорить, — он обернулся к маме. — Для того чтобы качественно выполнять свои обязанности ассистента, на следующих выходных ей нужно переехать в мой дом. Я человек адекватный, сверхурочной работой не заваливаю, но форс-мажоры случаются, сами понимаете. О сыне и бытовых вопросах не волнуйтесь: я выделю человека, который будет возить ребёнка в школу и обратно и обеспечивать вас продуктами. Если не будет ничего срочного по работе, то на выходных дочь будет вас навещать. В моём доме ничего плохого ей не грозит, да и по вечерам вы свободно можете созваниваться.

— То есть работа помощника подразумевает под собой и проживание, — проговорила мама.

— Именно, — гендиректор разложил на коленях салфетку. — Когда закончится испытательный срок, большую часть времени Кристина Александровна будет проводить даже не со мной, а с моей сестрой. Думаю, они легко найдут общий язык и станут не только начальницей и подчинённой, но и подругами.

— Ну раз так надо… тогда пусть едет, — вздохнула мама и бросила быстрый взгляд на Кристину. — Она уже совсем взрослая, хотя так надолго из дома ещё не уезжала.

— Спасибо за доверие, — шеф слегка склонил голову.

— А теперь предлагаю заняться едой, а то всё остынет, — Кристина села на раздачу.

Положив боссу всего понемногу, она чисто автоматически (по многолетней привычке) выдавила кетчупом сердечко и протянула ему тарелку, а потом спохватилась.

«Ой, что я творю?! Нашла кому сердечки рисовать!»

Кристина дёрнула тарелку обратно, чтобы взять себе, а для начальника насыпать новую, но генеральный удержал и не позволил забрать.