Не для посторонних глаз...
Шрифт:
— Хм, верзила, значит… — Алекс задумчиво глянул на своё отражение в окне. Широкоплечий, в меру подкачанный — это да. Но чтобы верзила… Она так написала из-за роста? Но, в принципе, 1,92 м. не такой уж великан. Правда, в компании с ним может соперничать разве что Дэн, подобравшийся к отметке 1,89, да дядя с Тамиром со своими 1,88. Наверное, всё потому, что она сама без каблуков от горшка два вершка. И вообще, хватит думать о всякой ерунде! Эта недосотрудница каждым словом приближает своё увольнение. Так что нужно просто спокойно читать, а потом решить: она вылетит из компании с выходным пособием или без. Всё зависит от её «писательского мастерства».
«Господи,
— М-да, я тогда был настолько зол, что так бы оно и было. Но это не идёт ни в какое сравнение с тем, насколько я зол сейчас! — его пальцы сильнее сжали обложку.
«У меня даже извинения застряли в горле! Я не смогла пролепетать ни словечка, а просто молча глядела на него и хлопала глазами. Признаюсь честно, что это был один из самых жутких моментов в моей жизни. На меня, наверное, ещё никто и никогда ТАК не смотрел. Прямо мурашки по коже. Ну да, признаю, облила верзилу кофе при столкновении и случайно надорвала карман, когда схватилась за его пиджак, чтобы не упасть… Но себя ведь тоже облила! И ничего! Ему (вернее, нам с ним!) ещё очень повезло, что кофеёк успел достаточно остыть, пока я тащила его из местной кафешки до нашего офиса.
И снова меня будто чёрт дёрнул, потому что я не стала ждать, когда кассир упакует напиток в бумажный пакет «на вынос», безответственно схватила заветный стаканчик (ладно, «безответственно» неподходящее слово, просто я очень спешила) и потопала на работу. Да уж, опять досадное упущение. И тут, конечно же, возникает резонный вопрос: чего ради нужно было тащить кофе кто знает откуда, когда можно прекрасно приготовить себе чашечку на работе?! Всё из-за того, что я люблю только с молоком!»
На этом месте Алекс автоматически взглянул на свой кофе с двойной порцией молока и ложечкой сахара. Напиток по любимому рецепту приносил ему либо Роман, либо посыльный из кафе, если личный секретарь был занят поручением.
«Но свежее молоко в нашем офисе не водится по причине отсутствия холодильника. Мы ведь серьёзная организация, а не продовольственная лавка. Специальным автоматом с напитками наше здание пока не оборудовано, однако девчонки сказали, что в следующем месяце его, вроде бы, должны поставить. Было бы здорово! Вот тогда можно будет вдоволь напиться и кофейку с молочком, и какао, и даже бульона! Но пока придётся по утрам заглядывать в кафе и теперь уже исправно дожидаться, пока мой заказ как следует упакуют. Во избежание, как говорится. Хотя в тот момент я даже была рада, что всё так вышло. Небось, хоть немножко, но сбила спесь с этого высокомерного сноба!»
— Единственное,
«Он же, расправившись со мной взглядом, но не произнеся при этом ни словечка, направился к припаркованным на мини-стоянке автомобилям. Там, как я узнала, оставляют свои машины только сотрудники нашего здания или же его посетители. Никаких посторонних! Интересно, он здесь работает или просто к кому-то приезжал? Я его скоро увижу в следующий раз? И увижу ли вообще? Сама не знаю, почему я об этом задумалась. Наверное, потому, что всё-таки хотела извиниться. Но только не сейчас! А в более подходящий для этого момент».
— Зря ты отложила извинения на потом, очень зря…
Гендиректор решил, что в ногах правды нет, а потому присел на стул Кристины. Даже если новенькая сейчас войдёт и застанет своего начальника за чтением её «мемуаров», то всё равно «иметь бледный вид» будет именно она. И он ещё подумает, вернуть ли ей всю эту писанину и не конфисковать ли тетрадь за оскорбление его личности и достоинства.
«Однако теперь нужно было явиться, наконец, на своё рабочее место. Первым делом я (не без труда!) оторвала второй каблук, чтобы иметь возможность хоть как-то передвигаться. Всё, зарекаюсь носить туфли на высоких каблуках! Это не только неудобно, но ещё и опасно».
— Неужели в тебе всё-таки есть толика здравомыслия?!
Алекс никогда не понимал женщин, которые занимались добровольным самоистязанием, мучая ноги высоченными каблучищами. Это выглядело настолько же фальшиво, насколько искусственно смотрятся на лице тонны косметики. Он считал, что перегибать палку не стоит ни в чём, поэтому ценил женщин, которые знают чувство меры, будь то выбор одежды, обуви, косметики или аксессуаров. Особенно, если ты работаешь в серьёзной компании, где каждый сотрудник является её «лицом». Ну и, конечно же, немаловажны аккуратность и опрятность. Этого он настоятельно требовал от всех сотрудников, какого бы пола они ни были.
«Чтобы не опозориться перед сослуживцами, мне пришлось сначала зайти в туалетную комнату и попытаться замыть пятна на уже и без того потрёпанной одёжке. Кое-как застирала блузку и пиджачок, но не добилась в этом существенных результатов за неимением под рукой пятновыводителя. И теперь они были мокрые и холодные, да ещё и благоухали жидким мылом для рук, которым я вынуждена была воспользоваться за неимением иных моющих средств. Однако выбора не было, и я поплелась навстречу своему второму рабочему дню в этой компании. И, естественно, прилично опоздала. Ха! Но самое интересное было ещё впереди…»
— Да уж… Самое интересное действительно впереди… — многозначительно заметил мужчина.
«Сегодня утром предстояло знакомство с самым главным шефом. Вчера наш генеральный директор был на каком-то важном совещании и вечером не стал заезжать в офис. Поэтому в свой первый день на новом рабочем месте я с ним не познакомилась. И кто же мог знать, что шефом окажется (да-да, закон подлости исправно работает!)… тот самый облитый кофе верзила, который, как я потом узнала, оставил в машине какие-то документы и настолько не вовремя решил за ними сходить. Не знаю, почему он не попросил об этом своего личного помощника, да это, в принципе, не так уж и важно. Главное, что встреча с Алексеем Викторовичем состоялась. Да ещё какая!