Не делай добра
Шрифт:
– Я иду в библиотеку.
– Джонас терпеть не мог лгать Чарли, но знание того, куда он идет и зачем, только расстроило бы Чарли еще больше.
– Мне нужны кое-какие справочные материалы для иллюстрации, за которую я только что взялся. Я вернусь через час или два.
Сердце Джонаса бешено колотилось, пока он вел машину. Он не горел желанием снова видеть Грея. Мысли о Грее навевали воспоминания о том, как он сидел на диване у Шелли и плакал в бокал с вином, а Шелли слушала его жалость к себе. Грей разрушил самооценку Джонаса. Он лишил Джонаса возможности оставаться с единственным
Теперь Джонасу нужно было найти способ помириться с ним.
Кофейня была местным заведением, с камином вдоль одной стены и полками с книгами и играми на другой. В передней части зала стояли в основном диваны и кресла, но ближе к задней части, за стойкой с кофе, стояло несколько столиков и стульев в стиле обычного кафе. Джонас заказал латте, снял пальто и шарф и приготовился ждать.
Он надеялся, что с годами Грей утратил часть своего животного обаяния. Может быть, он перестал заниматься спортом и позволил себе расслабиться. Может быть, у него поредели волосы. Может быть, он не был таким сногсшибательно красивым, каким его помнил Джонас.
Но нет. Конечно, нет. Во всяком случае, Грей выглядел лучше. Конечно, морщинки вокруг его глаз стали чуть заметнее, но он выглядел не старым, а суровым. И, казалось, он был в лучшей форме, чем когда-либо. Он прошел через кофейню к столику Джонаса, казалось, не замечая взглядов, которые провожали его, не обращая внимания на разговоры, которые обрывались на полуслове, когда он проходил мимо. Но это было не так. Джонас давно понял, что Грей на сто процентов осознавал, какое впечатление производит как на мужчин, так и на женщин.
Грей остановился у столика Джонаса, но ничего не сказал. Джонас уже и забыл, каково это - полностью завладеть вниманием Грея. Тяжесть взгляда Грея была почти осязаемой, как будто земное притяжение внезапно удвоилось. Когда-то давно этот взгляд заставлял Джонаса изнемогать от желания. Позже это привело к неприятностям, когда они набросились друг на друга.
Теперь, шесть лет спустя, Джонаса это нервировало не меньше, но он не подавал виду.
– Ну что ж, - сказал Грей.
– Я здесь. Что, черт возьми, такого важного?
– Я подумал, нам пора поговорить.
– Сначала Уоррен и Фил. Теперь ты. И все же самый важный человек не приложил ни малейших усилий.
В груди Джонаса вспыхнуло раздражение, горячее и горькое.
– Чушь собачья. Он пытался дозвониться до тебя, по меньшей мере, дюжину раз. Сердце Чарли разбито, Грей. Он пришел домой в слезах. И я знаю, что ты хочешь этого не больше, чем я.
Грей сжал челюсти, но опустился на стул напротив Джонаса.
Джонас заранее спланировал, что он собирался сказать. Теперь, когда момент настал, от этого было не легче. Но дело было не в нем. Дело было в Чарли, поэтому он сделал все возможное, чтобы выбросить их прошлое из головы и подавить свой гнев.
– Я не виню тебя за то, что ты злишься. Но в том, что произошло между мной и Чарли шесть лет назад, не было его вины. Я тот, кто настаивал на этом. Я тот, кто этого хотел. Честно говоря, мне это было нужно. Это меня ты должен винить.
– Очевидно, он не сказал «нет».
– Ну и что с того, что
– Да. И что?
– Значит, пора перестать злиться на него за то, что случилось давным-давно.
Грей скрестил руки на груди.
– Кто сказал, что я злюсь на него за что-то?
– А разве нет?
Единственным ответом Грея было то, что он опустил взгляд и нахмурился.
– Мы с тобой никогда не были бы вместе вечно. Я думаю, мы оба знали это с самого начала. Настоящая проблема была не в том, что это закончилось, а в том, что это не закончилось раньше. Мы позволили этому затянуться слишком надолго. Нам следовало бы сократить наши потери и покончить с этим, пока мы еще могли стоять и смотреть друг на друга, но по какой-то причине мы просто продолжали держаться, подстрекать друг друга и ссориться из-за каждой мелочи.
– Он замолчал, пытаясь оценить реакцию Грея. Тот факт, что Грей не пытался спорить, был красноречив.
– В конце концов, мы даже не притворялись, что любим друг друга. Ты был влюблен в Фила. И я. Что ж...
– Он сглотнул, собираясь с духом.
Но Грей опередил его.
– Ты был влюблен в Чарли.
– Да.
– И, Боже, как приятно было, наконец, признать это.
– Он был моим единственным другом, в конце концов. Стоит ли удивляться, что это переросло в нечто большее?
– Если ты был так влюблен в него, то почему ушел? Ты не думаешь, что это убило его, когда ты исчез так внезапно?
– Он, наконец, разжал руки и сел, придвигаясь ближе к Джонасу.
– Тогда я этого не понимал. Я был слишком поглощен своим собственным дерьмом, чтобы заметить это. Но, оглядываясь назад, я думаю, что потеря тебя ранила его больше, чем потеря Тэда.
Джонас с трудом проглотил комок, который грозил подкатить к горлу, когда он вспомнил, как больно было прощаться с Чарли.
– Я не хотел оставлять его, но он был твоим другом, прежде всего. Я не хотел ставить его в трудное положение. Ему пришлось бы предпочесть кого-то из нас, а я не хотел так с ним поступать.
– Он наклонился вперед, отчаянно желая, чтобы Грей понял.
– Я все равно не хочу так с ним поступать, Грей. Он не заслуживает того, чтобы быть пойманным в разгар нашего состязания «кто пописает дальше».
Грей кивнул.
– Думаю, с этим мы можем согласиться.
– И все же его плечи по-прежнему были напряжены, а челюсть сжата.
– Тогда в чем проблема?
– Я держался в стороне не потому, что зол на него. Возможно, зол на тебя. Но не на него. Хочешь верь, хочешь нет, но меня на самом деле не волнует, что он трахается с моем бывшим.
– Тогда зачем избегать его?
– Потому что я не хотел все усложнять! Как ты и сказал, он не заслуживает того, чтобы оказаться в центре событий. Как я могу прийти, если знаю, что ты будешь там? Он без ума от тебя, и все, о чем я могу думать, - это о том, какой вред ты можешь причинить.