Не делай бывшему добра
Шрифт:
Глава 2
Утром я чуть было не проспала, едва ли не впервые забыв завести будильник в виду отсутствия телефона, но укрепленная годами привычка рано вставать не подвела. Воткнув вилку домашнего телефона в розетку, я позвонила секретарше и предупредила, что задержусь. Родители в очередном отпуске, так что отец из-за моего отсутствия беспокоиться не будет. Блокировать и восстанавливать банковские карточки, делать дубликат сим-карты и перекодировать дверной замок я решила позднее. Разбираться с Авериным – тоже.
Первым делом нужно было позаботиться о машине, хорошо хоть водительское
Благо хоть с машиной проблем не возникло, так что к воротам завода я подъезжала на собственной «Вольво». Купить новый внедорожник принудил отец, заявив, что старый седан мне уже не по статусу, да и просто никуда не годится. Родителя всецело поддержала мама, в связи с этим отстаивать свое все еще приличное и не такое уж старое авто я мудро сочла излишним. После того, как Машка укатила к жениху в другой город, вся родительская забота обрушилась на единственное, оставшееся в «шаговой доступности» чадо. Надо признаться, так трудно мне со времен бессмысленного подросткового бунта не было. И все чаще я принималась мечтать о том, чтобы младшая сестрица поскорее родила им внуков, потому как я уже от столь явного родительского участия категорически отвыкла.
Охранник на проходной задорно улыбнулся и поднял шлагбаум. Я кивнула в ответ и медленно пустила машину по территории завода. У административного корпуса, стоящего отдельно от производственных, я припарковалась на специально отведенном пятачке рядом со входом – еще одна привилегия большого начальства. Соседнее место в отсутствии папы логично пустовало.
На третий этаж я поднималась в тишине, потому как рабочий день давно начался, и все сотрудники обретались на своих местах. Кабинет мой находился в самом конце коридора, сразу перед отцовским. Секретарша что-то сосредоточенно набирала на компьютере.
– Добрый день, Алла Михайловна, – поздоровалась я, пройдя сквозь двойные двери приемной.
– Здравствуйте, Регина Аркадьевна, – подняла дама глаза от монитора. – Все утро вас разыскивает Евгений Андреевич. Весьма настойчиво, хочу заметить. Просил перезвонить, как только вы появитесь.
– Спасибо. Я обязательно с ним свяжусь, – постаралась я не подать виду и скрылась в своем кабинете.
Рабочая обстановка быстро выветрила из головы всю суету и настроила на нужный лад. Через двадцать минут должно было состояться совещание с руководителями отделов, и я быстро села за пятничные отчеты, которые обычно просматриваю по субботам. А заодно сделала пометку – в ближайшее время разработать новые формы отчетности и разослать по отделам.
– Алла Михайловна, – обратилась я к помощнице перед тем, как покинуть кабинет, – будьте добры, восстановите мне сим-карту и закажите перевыпуск карточек, зарплатной и личной. Я вчера сумочку потеряла.
В мою рассеянность и потерю сумки та явно не поверила, но сделала вид, что ротозейство начальницы – дело обычное, и пообещала сейчас же позвонить в банк и оператору. С легким сердцем я ушла на совещание, а когда вернулась, в приемной меня ждал коренастый шатен,
– Уделите мне несколько минут, Регина Аркадьевна, – спружинил тот со стула, как только я показалась в приемной, будто ожидал, что я дам деру, едва завидев, кто пожаловал. Как бы тошно не было, а с проблемами лучше встречаться лицом к лицу.
– Конечно, проходите, Сергей, – махнула я рукой в сторону кабинета и мысленно поморщилась – совсем забыла перезвонить Евгеше.
– Евгений Андреевич все утро с вами связаться пытается. Но безуспешно, – мужчина побуравил меня тяжелым взглядом, затем протянул мобильный. – Перезвоните ему, пожалуйста.
Вежливый какой, и не скажешь, что по мою душеньку пришел. Пожав плечами, я взяла чужой аппарат и по памяти набрала цифры. Сергей уселся на стул для посетителей и уставился на меня, явно не собираясь проявлять уважение к личным беседам.
– Ну наконец-то! – прошипел Аверин вместо приветствия.
– Извини, не смогла быстро перезвонить.
– Какого хрена вчера случилось?
Я медленно выдохнула, прошла к своему креслу и плюхнулась в него – все же директорский стул придает уверенности.
– На нас напали, сумочку с документами украли неизвестные. Полиция их уже ищет, – не стала я углубляться в подробности. – Кстати, ключи от твоей квартиры там тоже были, так что советую сменить замок.
Бывший любовник звучно выругался и проревел:
– Насрать мне на замок! Какого хрена ты ментов вызвала, дура?
– Ты охамел, Аверин? – ошалело процедила я. На спокойную реакцию я конечно не рассчитывала, но это – явный перебор.
– Я охамел? Да ты хоть знаешь, чьи это были бумаги, и что в них вообще было?
– Знала бы, если б ты не забыл поделиться.
– А самой не допереть, что за простые расписки миллионный ремонт не обещают.
– Слушай, сам бы и возил свое дерьмо, а не других подставлял! – вышла я из себя. – Он, значит, свалил подальше, а мне чужие проблемы рагребать по старой памяти!
– Закрой рот и слушай меня, – отчеканил мужчина. – Бумаги те принадлежали Баскову Павлу Анатольевичу, и, если полиция найдет их раньше, чем мы, сначала крупно не повезет тебе, а потом мне и всей моей семье. А младшему, как тебе известно, еще и года нет… Так что бери в помощники Серого и делай, что угодно, хоть носом землю рой, но документы мне верни. Поняла?
– Ну ты и кретин, – покачала я головой и тоскливо уставилась в потолок.
Я, конечно, знала, что в друзьях у Евгеши водятся скользкие типы, но чтоб настолько… Басков Павел Анатольевич, насколько мне известно, являлся у нас чиновником, которого умные люди старались обходить стороной, а в собственности его жены числилась сеть коллекторских агентств по городу и области со всеми вытекающими…
Короче говоря, перспектива нагнать на себя гнев этого товарища – с большой вероятностью губительна, а уж интересоваться содержимым пропавших документов – тем более. Полиции быть в курсе нашего маленького дельца тоже ни к чему, ибо вряд ли это порадует Павла Анатольевича. А, как выяснилось только что, состояние нашего здоровья теперь сильно зависит от настроения чиновника. Похоже, сидящий напротив, малосимпатичный Серый – мой единственный шанс выбраться сухой из воды. Что ж, все могло быть и хуже, оставь меня Евгеша в одиночку на растерзание Баскову.