Не чужие
Шрифт:
Я просыпаюсь оттого, что мне жарко. Еще не до конца вернувшись в реальность из мира сновидений, я чувствую, как Давид поглаживает мое бедро, как прижимается сзади ко мне своей эрекцией. Его рука скользит под резинку моих трусиков, проникает внутрь. Он раздвигает пальцами мои складочки, и я начинаю дрожать. Он громко дышит мне на ухо. Я знаю, что всех мужчин утром посещает дикое желание, но мне все равно хочется думать, что это именно из-за меня он сейчас на взводе.
На улице только начинает светать, и это хорошо. Леонов
Один его палец проникает внутрь, и я с трудом сдерживаю себя от того, чтобы не застонать. Он дразнит меня, массирует клитор, а я из всех сил стараюсь не выдать себя.
— Я знаю, что ты уже не спишь. Слишком часто бьется твое сердце, — шепчет мне на ухо он, и у меня мурашки по коже бегут от этого.
В полной тишине он заставляет меня лечь на спину, раздвигает мои ноги. Сам же лежит рядом на боку и дразнит меня своими пальцами. Я бесстыже мокрая. Ерзаю на простынях, прикусив губу. Толкаюсь навстречу ему, жадно ловлю губами легкие поцелуи.
— Хочу тебя, пожалуйста, Давид, — хнычу я, с силой впиваясь пальцами в кисть его руки.
— Сейчас, — хрипит он и рывком стягивает вниз боксеры. — Подожди. — Давид отстраняется от меня, в темноте я слышу, как открылся ящик прикроватной тумбочки, а потом зашуршала фольга.
Я привыкаю к темноте, и мои глаза вылавливают силуэт мужчины. Он ловкими движениями раскатывает на члене латекс. Я знаю, что «защита» — это благоразумно, но мне так хотелось снова чувствовать его без преград. Кожа к коже. Только так.
Давид осторожно расположился между моих ног, влажным пальцем скользнул по моим губам, давая попробовать, какая я на вкус. Это неправильно. Грязно. Пошло. Но в его исполнении мне нравилось все.
У меня перехватило дыхание, когда он потерся головкой члена о мой клитор. С губ сорвался стон, когда он направил в меня свой член и легко подался вперед. Вошел совсем немного, остановился, прижимаясь своими губами к моим. А потом заполнил меня до отказа одним резким движением, ловя ртом мой крик, полный удовольствия.
Я так этого ждала. Хотела. Близость с ним не похожа ни на что. Когда его пальцы до боли сдавливают кожу[n5], когда его щетина царапает кожу[n6], когда жар его тела передаётся мне, а сердца бешено бьются в унисон — я теряю связь с реальность.
Давид двигался неспешно, лениво, проникая глубоко и медленно выходя из меня. Я изнывала под ним, выгибалась, пыталась вобрать его в себя полностью. Балансировала на грани. Его движения стали более агрессивными, он свел мои руки вместе, фиксируя за кисти над головой.
— Не останавливайся, не сейчас, — хнычу я, двигаясь ему навстречу бёдрами.
Пошлые звуки заполнили комнату. Наши тела сплелись, дыхания смешались.
В следующее мгновение Давид перевернулся на спину, утягивая меня за собой и заставляя быть
Он провёл ладонями от живота вверх, к моей груди. Ущипнул на соски, и я вскрикнула. Выгнулась, упершись руками в его плечи. Он толкнулся во мне, призывая к действиям, и я начала двигаться, теряясь в своих ощущениях. Слишком хорошо. Безумно. А когда он сжал мои бёдра, задавая ритм, я полностью потеряла себя.
Сладкая судорога пронзила меня, и я закричала. Громко, не сдерживаясь и не беспокоясь о том, что могут услышать соседи через тонкие стены. Давид с силой врезался в меня, не отпуская и не давая замереть, а потом я почувствовала, как дернулся во мне его член, и Давид с рыком кончил.
Я рухнула ему на грудь, тяжело дыша. В ушах нарастал звон, в голове ни одной мысли. Давид замер подо мной, проглаживая меня ладонями по спине.
Нашу идиллию разрывает мелодия его телефона. Давид тянется рукой к тумбочке.
— С работы, — смотря на экран, произносит он. Я перебираюсь с него на свою сторону, он встает и подходит к окну. — Да?
Давид достает из пачки сигарету, чиркает зажигалкой.
— Хорошо, понял, — холодно чеканит он, перестроившись за мгновение, словно минуту назад не было между нами никакой близости.
Давид отключается, делает несколько затяжек, все так же стоя у окна спиной ко мне. Запах сигаретного дыма мне не нравится, но просить его не курить в спальне не решаюсь.
— Мне на работу нужно собираться.
— У тебя же выходной, — с удивлением произношу я.
— Обстоятельства. Спи. Проснёшься, закроешь дверь, созвонимся на днях, — бросает он, прежде чем выйти из комнаты, оставив меня одну. Обнаженную и на смятых простынях, которые пропитались запахом секса.
Глава 36. Лера
Проходит несколько дней, а Давид так и не появляется. Не пишет, не звонит. Исчез, как всегда работу ставя на первое место. А может, он сейчас с другой? С той же Аленой, например. Ведь не просто так он ее к себе тогда привел. Если бы я не пришла… Нет, думать об этом не хочется.
Я работаю в мастерской, все свои эмоции выплескиваю на холст. Здесь и ночую, заказывая еду из ресторана. Из-за хандры пропускаю несколько пар, отец в командировке, поэтому никто не проверит.
Ничто не предвещало беды, но во вторник с самого утра у меня вдруг начались тянущие боли внизу живота, к обеду они усилились и уже болело в паху. Я начала опасаться, что это может быть аппендицит, выпила обезболивающее, ожидая, когда боль стихнет, но стало еще хуже.
Я испугалась. Безумно. Как подумаю, что мне будут делать операцию, так сразу и бросает в холодный пот. Захотелось теплых объятий и чтобы кто-то успокоил, сказал, что это ерунда. Ничего страшного. Но боль нарастала, и тянуть было некуда.