Не было бы счастья, да...

Николаева Саша

— Отец счастлив?

— Я думаю да.

— Счастлив, да вот только в загс не зовет.

Я резко затормозила на обочине, чем вызвала негатив водителя, следующего за мной. Громкий сигнал клаксона явно дал это понять.

— Она его жена, — твердо сказала я, поворачиваясь к матери.

Та сидела, вжавшись в кресло, не ожидая такой реакции с моей стороны.

— Я ведь и не спорю. Но ведь они официально не расписаны. Так ведь?

И откуда узнала? Неужели отец рассказал. А вообще какое

кому дело?! Раз он считает ее своей женой значит так и есть. Они взрослые люди и сами разберутся, когда им идти в загс. Вон мама с папой там были и что?

— Это их дело, тебе не кажется? Не всем же туда бегать несколько раз.

Мама надула губки. Этот ее неизменный жест, говорящий об обиде. Ну и пусть. На правду не обижаются.

— Конечно это их дело, я ведь так просто заметила. Хочется счастья твоему отцу.

— Чего сама тогда не сделала его счастливым?

— Молодая была, глупая.

— Мама ты что-то задумала? — в лоб спросила я.

— Что может задумать счастливая, замужняя женщина? Только счастья другим.

Улыбка тронула ее губы, а я все пыталась разглядеть подвох в этом разговоре.

— Поехали уже, дома волноваться за нас начнут. Да и Кира обещала приготовить вкусный ужин. Не терпится попробовать.

***

В эту ночь опять не спалось. Мысли, как хорошие, так и не очень, лезли в голову похуже назойливых комаров на улице. С одной стороны, приятные хлопоты, связанные с предстоящим праздником, в честь мамина очередного замужества.

Которое она, к слову сказать, уговорила отца провести здесь, на свежем воздухе, пригласив несколько старых знакомых.

С другой очевидная ревность Киры. Отец по-прежнему был спокоен и невозмутим, будто происходящее его и вовсе не волновало. И это спокойствие было подозрительным.

Я не хотела их разрыва с Кирой и воссоединения с мамой. Не тот у меня был возраст, чтобы не понимать очевидного: матери не сделать его счастливым.

Хотя, и с ее стороны за прошедшие с момента приезда дни и не было никаких явных намеков на это, все же томные взгляды в его сторону, разговоры по душам наедине, за закрытыми дверями кабинета, шутки понятные лишь им двоим, вызывали беспокойство не только у Киры, но и у меня.

А вот Энтони, похоже, ничего не замечал. То ли просто скрывал ревность, то ли и вправду не видел в мамином поведении ничего предосудительного.

Впрочем, мужчины иногда не замечают, что на самом деле творится у них под носом.

Вполне возможно не одной мне не спится в эту жаркую ночь.

Одевшись, я вышла на улицу. Ночной теплый воздух тут же окутал плечи, ворвался в легкие, пьяня голову ароматами трав и цветов. Пройдя по знакомой тропинке, я уселась на качели и проверила почту. Экран телефона загорелся

и снова погас. Ничего.

Он не звонил и не писал. Таяла моя последняя надежда. У самой же смелости тоже не хватило позвонить. Ну и пусть. Значит не судьба, как говорится. Хоть в нее я и не верила, верила больше в стечение обстоятельств и собственный выбор.

Пора привыкать к новой жизни. Как только мама уедет придется вливаться в работу на фирме отца. А там смотришь и жизнь вернется в прежнее русло.

Свет фар за забором и шум двигателя, привлекли мое внимание. Интересно, кто-то просто ошибся или это к нам гости среди ночи заявились? Странно. Прислушалась.

Тишина. Наверное, мимо. И уже собиралась идти в дом, как мое внимание снова отвлеклось на странные, непонятные звуки. Шорох и звук чего-то свалившегося на землю, да еще и тихие ругательства. Поднялась и прошла на шум.

Стоило тут же, немедля ни секунды кинуться в дом и всех разбудить, но я только замерла и навострила уши. Неужели и вправду грабители?

Сердце забилось сильней, а я так и стояла, боясь двинуться с места, пока этот самый грабитель не навалился сзади сбивая с ног.

Упав ничком на землю, больно ударилась коленками, ойкнула и поняла, что просто впала в ступор. Тело не слушалось. От страха волосы зашевелились на затылке. В горле тут же пересохло. Все-таки попыталась дернуться вперед, в попытке уползти.

— Господи! Дина это ты?

До боли знакомый голос ворвался сквозь охваченное паникой сознание. Буквально через секунду сильные руки подхватили меня за талию и вернули в вертикальное положение.

Измайлов повернул меня лицом к себе так, чтобы в свете луны получше рассмотреть.

— Дина! — выдохнул он и стиснув в объятиях, смял мои губы своими, больно, страстно, не давая прийти в себя от шока.

Если это снова сон, то я сойду с ума. От его близости, от знакомого запаха закружилась голова. Неужели не сплю? Но как? И почему ночью, вот так?

Мне хотелось задать немыслимое количество вопросов и в тоже время никогда не прерывать происходящего. Под его руками я оживала. И когда горячая, мужская ладонь накрыла грудь, твердо поняла: все вопросы потом. Сейчас только мы.

Застонав, нащупала руками пуговицу на джинсах. Мое легкое кимоно уже слетело с плеч, позволяя гладить обнаженную спину, по которой тут же побежали мурашки.

Дыхание обжигало кожу. А когда мои трусики полетели в сторону, позволяя языку прикоснуться к влажной плоти, стоило больших усилий что бы не закричать. Прикусив до боли губу и вцепившись в волосы Измайлова обеими руками, я даже не подумала о том, что нас могут застать в столь пикантной ситуации.

— Я хочу тебя, — собственный шепот, показался чужим.