Не будите изувера
Шрифт:
– Толян, ты что опять натворил, – набросилась она по привычке на сына.
Тот ответить ничего не успел, дверь уазика распахнулась, и на землю спрыгнул участковый, а за ним его практикант Кирюха.
– Ну, что, хлопцы? Попали вы, кажется, в большую переделку, – укоризненно покачал головой Петр Макарович, – пошли в избу, буду дознание проводить. Хотя, по правилам, надо вас в участок забрать.
– Вы о чем говорите, какая переделка? Вы ничего не знаем, если вы про нападение на даче. Нас там даже не было, – отбрыкивался Толян.
–
– А Надюху мою нашли, – тронула за рукав участкового расстроенная баба Аня.
– Нет, бабуля, пока не нашли. В лесу темень, хоть глаз выколи. Как только рассветет, так и поедем.
– Так ведь уже скоро утро.
И правда, небо на горизонте уже посветлело, и темнота не была такой густой, стали видны очертания соседних домов.
– Еще часик подождем. Я с этими оглоедами побеседую, а вы, бабуля, идите домой. Мы вам обязательно сообщим, когда новости появятся.
Расстроенная баба Аня не знала, что делать. Она едва на ногах держалась от усталости. Варвара помогла ей встать и дойти до дверей, потом, хоть и переживала за бестолкового сына, пошла провожать ее до дома.
Вернулась буквально через минуту, Петр Макарович только устроился за столом и приготовился задавать вопросы. Кирилл притулился рядом с планшетом на коленях, готовый вести запись. Дружки сидели напротив. Толян держался нагло: грыз зубочистку, которую вытащил из солонки, и делал вид, что происходящее его не касается, а Юрок дрожал. Он устал, давно не ел, полночи болтался по лесу, вот организм и не выдержал. У него тряслись коленки, стучали зубы, подрагивали руки. Поглядев на этого бедолагу, любой посторонний человек скажет: этот мужик виноват во всех земных грехах.
– Ну, пожалуй, начнем.
– А чо надо? Мы в грабеже не замешаны. Это Надька, наверное, постаралась.
– Вот это сейчас и выясним. Если у вас есть алиби, никаких вопросов больше не будет. Я извинюсь перед вами, на том и расстанемся. Во сколько вы пошли на пикник из деревни?
Пальцы Кирилла так и замелькали над экраном планшета.
– Мы на часы не смотрели, пошли и пошли, – сразу вскинулся Толян.
– Около трех часов дня было, – тихо дополнил Юрок.
– А как ты об этом узнал, на часы посмотрел?
– Нет, на телефон, у меня часов нет. Мы хотели водку купить в магазине, а он закрытым оказался. Записка на дверях висела: «Магазин закрыт на перерыв. Приду в 15-00».
– А... правда! Клавка куда-то слиняла посреди рабочего дня. Мы ее ждали. Ты, дядя Петя, разберись, где она шляется. Не первый раз уже магазин закрывает.
– Разберусь, без сопливых советов обойдусь как-нибудь. Итак, вышли в 15-00. Записал, Кирюха?
– Да.
– Во сколько пришли на лысину, как ты говоришь?
– Да мы разве засекали время? Ну, вы даете. Кто ж идет гулять и каждую минуту на часы смотрит?
– Давайте
– Ты еще от магазина до дороги посчитай, здесь тоже метров пятьсот с гаком. Вот вместе и получается, что шли мы три километра, – ловко подсчитал Толян и горделиво хмыкнул, – не совсем еще мозги пропил.
– Кирилл, ты в своем интернете посмотри, за сколько времени средний человек пройдет три километра.
–Ну... 30-35 минут, – ответил помощник.
– Значит, на озеро вы пришли в 15-40, я добавил еще пять минут на всякий случай.
– Дядя Петя, ты прибавь еще десять минут, пока мы место искали и с пацанами отношения выясняли, – подсказал Юрок.
– А что вы не поделили?
– Да Надюху они зацепили, ну я и сказал им пару ласковых.
– Давай об этом немного поговорим. Когда мы с вами были в лесу, ты сказал, что обе компании приехали, а не пришли ногами, как вы.
– Ну, да. Неформалы на мотоциклах, а парочка на машине прикатила.
– Пацаны – это те, что байкерами зовутся?
– Какие байкеры! Я вас умоляю! Так, мелюзга на понтах. Знаете же эти модняцкие штучки: крутые наколки, серьги везде, дырки в ушах, еще волосы розовые или фиолетовые.
– И с волосами розовыми был?
– Не, это так, добавил. Ну, еще называют их как-то на «м», что ли.
– Эх, Толик, так мозги уже пропил, что слово вспомнить не можешь.
– Мажор, – подсказал Кирилл.
– Во, правильный пацан! Мажорами их кличут, – обрадовался Толян.
– А марку машины или мотоциклов не знаешь?
– Нет, я не смотрел. Да и не разбираюсь я в этом. У меня своего отродясь не было.
– Один мотик был Хонда, – вдруг тихо сказал Юрок, – а остальные я не видел. А машина – Ниссан Кашкай.
– Ого, Юрок, ты в технике разбираешься! Молоток! – ткнул в бок дружка Толян, и тот смущенно зарделся. – Дядя Петя, ты думаешь, они, того, Надюху увезли?
– Не знаю, но исключить такое предположение не могу. Кирилл, записал названия? Искать будем, – дал указание Макарыч, а потом повернулся к Юрку, – может, ты еще и номера запомнил?
– Нет. Я на номера не смотрел, – опустил глаза Юрок и покраснел, как будто испытывал неловкость, что оказался таким невнимательным.
– Ясно. А сколько времени вы кутили на пляже?
– Ну, час-два посидели, выпили малеха, потом Надюха голышом стала щеголять, ее мужик начал фотографировать, и мы с ним подрались. Дядя Петя, мы это все уже много раз говорили. Ну, сколько можно нас доставать! – в бешенстве вскочил с табуретки Толян.
Варвара, которая внимательно до сих пор слушала, но молчала, так как допрос не расходился с той историей, о которой рассказали дружки раньше, тоже привстала и двинула сына кулаком в бок.