Шрифт:
Т. ФАДЕЕВ
НЕ БОЯТЬСЯ ДЕЛА
Рассказ
Перевел В. Муравьев
Коля Кунаев учится в шестом классе. Учится он плохо, перебивается с тройки на двойку, и особенно не любит уроков труда. Когда учитель труда Сергей Иванович дает ему задание, Коля говорит: "Я не умею" - и ничего не делает.
Неизвестно, сколько бы так продолжалось, если бы не один случай.
В пятницу Коля сбежал с урока
– Ты что, забыл чего?
– спросил Миша.
– Ноги замерзли. Давай в ляпу поиграем.
Они стали бегать по классу, поднимая пыль, пока ноги у Коли не отошли.
Тогда он взял учительский табурет, поставил его на одну ножку и, усевшись на него, стал крутиться, словно циркач, но потерял равновесие и вместе с табуретом грохнулся на пол. Ножка у табурета треснула, тут в класс вошла учительница. Она посмотрела на Колю, на сломанный табурет и строго сказала:
– Завтра чтобы починил. Не починишь - купишь новый.
Учительница ушла. Коля прислонил табурет к ножке стола и вышел из класса, мрачно размышляя:
"Легко сказать - "купишь новый"! А на какие деньги? И так в кино раз в неделю хожу".
Дома Коля сел за геометрию. Понадобилось ему достать из стола циркуль. Ящик стола давно уже не выдвигался как полагается и, чтобы достать что-нибудь из него, надо было снимать столешницу. Она была старая и от протирания песком стала совсем тонкой. Коля, как всегда, поднял столешницу, но она выскользнула у него из рук, упала на пол и раскололась пополам. Коля растерялся, стал думать, как скрепить половинки, но так ничего и не придумал, а просто положил их на место и покрыл клеенкой.
Вечером пришла учительница и пожаловалась матери на Колю. Чтобы не слышать ругани матери, Коля рано лег спать, а утром пораньше встал, надеясь незаметно ускользнуть из дому. Но мать заметила его, поставила на стол тарелку супа и сказала не очень ласково:
– Садись ешь.
Нечего делать, пришлось Коле садиться за стол. Только он облокотился, как столешница подпрыгнула и вместе с тарелкой полетела на пол. Тарелка разбилась вдребезги, жирный суп
Глянула мать на Колю и все поняла.
– Мало, видать, я тебя учила.
Она сняла со стены ремень и несколько раз огрела им сына по спине. Потом подала ему пальтишко, сунула в руки половинки столешницы и сказала:
– Пока не починишь, домой не являйся!
– А вслед крикнула: - И чтоб табурет был починен!
После уроков все разошлись по домам, а Коля нехотя поплелся в мастерскую.
– Что-нибудь натворил?
– не очень приветливо встретил его Сергей Иванович.
Коля показал ему сломанную столешницу и табурет, учитель покачал головой и сказал:
– Ну что ж, берись за дело. Сумел сломать, сумей и починить.
Он дал Коле инструменты и отошел от него. Коля принялся за табурет. Отпилил брусок для ножки, долго строгал, но ножка вышла кривая; бросил ее Коля, взял другой брусок и опять испортил. И так несколько раз: ножка выходила то кривая, то тонкая, то короткая. Коля вспотел, на руках у него вздулись мозоли, спина заболела от усталости, а ножка все не получалась.
– Ну что, мастер, скоро ли будет готово?
– спросил Сергей Иванович. Я ведь по твоей милости еще не обедал.
Коля стоял весь красный.
– Не выходит, что ли?
– Не выходит.
– Вот видишь, сломал ты за одну минуту, а починить не смог и за час. Нехорошо! Сам ничего не умеешь делать и чужой труд не бережешь! Смотри. Сергей Иванович сам принялся за табурет.
Коля смотрел и удивлялся, как легко и ровно берет в руках учителя шерхебель, который у Коли еле двигался по доске. А фуганок режет так тонко и гладко, будто утюгом гладит. Каждую деталь Сергей Иванович измерял несколько раз, чертил по угольнику, доски у него получались прямые, одинаковой длины и толщины. Через полчаса все было готово. И табурет был починен, и столешница склеена. Сергей Иванович поставил ее поближе к печке, чтобы скорее высох столярный клей.
Домой Коля шел весело. Он твердо решил, что отныне будет учиться все делать сам.
На другой день Коля первым пришел в мастерскую на урок труда и сказал:
– Сергей Иванович, дайте мне работу.
– Что же ты хочешь сегодня делать?
Коля ответил:
– Я ничего не умею, но буду учиться.