Не боец

Плотников Сергей

Синтетики. Полноценно-разумная небиологическая раса. Помню, долго не мог поверить в их существование, прочтя посвящённый им раздел энциклопедии. Тоже прибыли из другого мира, получили гражданство… и с упорством, доступным только машинам, стали интегрироваться в пёстрое общество здешней Страны Восходящего Солнца. Как то: использовали человекоподобные, условно дифференцированные по полам антропоморфные платформы, жили в домах (по слухам, спали в кроватях!), работали менеджерами, продавцами, регулировщиками – и вот, учились в школах. Это при том, что лучших электронщиков, программистов и – чего уж скрывать – солдат было просто не сыскать.

На самом деле

меня больше даже удивляло отношение местных: одни старательно сторонились синтетиков, другие пытались относиться к ним как к людям, но никто не удивлялся их существованию. Блин, разумные искусственные интеллекты! А их тела – явно продукт высочайших технологий! Ведь наличие подобных граждан должно было подвинуть науку Японии на многие шаги вперёд! Но нет – я не далее, как вчера перематывал магнитофонную кассету, крутя на карандаше. Надо, кстати, ещё одну купить – мало ли что записать придётся…

Пока меня опять потянуло на философские умствования, робот подошла к нашему квадрату, переступила линию, огляделась по сторонам… и остановила взгляд на мне. Ну разумеется – остальные-то сразу прятали глаза и продолжали зыркать украдкой.

– Зэта, – поклонилась она мне.

– Йоширо, – отзеркалил её поклон я.

Хорошо хоть феодальные времена сгинули и теперь не надо чётко выдерживать наклонение корпуса на нужное число градусов в зависимости от предписанного сословной разницей уважения и прочих условностей.

– Буду учиться с вами в одном классе, – искусственная девушка посмотрела по сторонам и добавила обязательное для приходящего в коллектив новичка: – Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

«Охрененно дружный коллектив» – оценил я отсутствие реакции и ободряюще улыбнулся однокласснице. Из своей настольной книги я знал, что синты прекрасно считывают мимические знаки, частенько даже получше людей. Не знаю, что за код крутится на их процессорах, но мощности этим «камням» не занимать. Ну вот, в ответ получил чуть смущённую улыбку – и не скажешь, что общаешься с роботом.

Надо сказать, синтетика перепутать с человеком можно было только со спины в темноте: искусственная кожа очень достоверно изображала только лицо, остальной корпус машины никак не маскировался под человека, не считая пропорций… и одежды. Не думаю, что раздетая Зэта-тян могла вызвать какие-то другие эмоции, чем одетая – но синтетик скрупулёзно следовала правилам: в школе положено ходить в форме, а на улице – носить что-нибудь по погоде. Тот андроид, что мне продал пом-пом, вообще в кимоно за прилавком стоял…

Пока я взаимно расшаркивался с голубоволосой, в квадрат на асфальте вошла ещё одна любопытная персона: тоже девушка, в этот раз живая – но всё равно не человек. Правда, отличия внешне заключались только в форме ушей: кончики были острые. Эльфийка. Впрочем, повела она себя вполне по-человечески: окинула будущих соучеников хмурым взглядом и молча нахохлилась на весеннем «тёплом» ветерке. Ничего, часы уже восемь показывают – значит, сейчас директор выйдет… Ага, вот и он.

Речь главы школы Хиро оказалась на редкость шаблонной: «хорошо учитесь, чтобы стать достойными членами общества, цените школьные годы – их мало осталось», и всё такое. Еле дождался, пока нас отпустили занять свой кабинет – спать захотелось вдруг неимоверно, и зевота напала. Мужик явно зря своим задом директорское кресло протирает – в детском саду не было бы лучшей няни! Заставить спать малышню днём – та ещё задачка, а он бы справился влёт. Можно даже слова колыбельной не менять, хех.

* * *

Добравшись до

класса, я сходу попытался забиться на галёрку – самый дальний от доски ряд столов. Ха, щаз! Быстрее надо было шевелить копытами – задний ряд занят весь, а средний и дальний от окна – ещё на несколько парт вперёд. Пришлось, хмыкнув, садиться на предпоследнее место у окна – по неписанной традиции создатели аниме и мангаки именно туда помещают место в классе главного героя рисованной истории, если он учится в школе. Что, никто не желает быть ГэГэ?

Тут на улице дунул очередной порыв ветра, и я понял, что всё гораздо прозаичнее: одинарный, слегка рассохшийся деревянный стеклопакет (сколько лет этой древности, интересно?) преградой воздуху послужил лишь частично. Бр-р, хорошо хоть весна, не околею совсем уж! А местные-то молодцы, опытные. Блин, лучше бы у доски сел!

– Добрый день, ученики! – отодвинув в сторону дверь, в класс вошла совсем молодая учительница. Дошла до середины доски… растерянно посмотрела на нас. Моргнула. Ещё раз посмотрела. И уже не так уверенно произнесла: – М-можете меня звать Маринэ-сенсей, я у вас классный руководитель и буду учить вас математике…

Последнее слово она практически прошептала, но я расслышал: тишина стояла гробовая. А, ну да. Деток с начальной школы надра… заставляют заучить типичный порядок приветствия преподавателя: староста говорит «класс, встать! поклон!» – а учитель уже разрешает садиться. Но в том-то и фишка – старосты у нас пока не было. Ну и контингент мне попался в одноклассники – да, не хулиганы вроде, но полная им противоположность – аморфное тесто.

– Я-а сейчас буду вызывать вас по одному, вы будете представляться – так и познакомимся [19] , – наконец выдавила из себя женщина и, как за спасительный круг, схватилась за журнал.

– Галея из древа Ореха? – несколько неуверенно прочитала классная.

Ну наконец-то кто-то интересный, а то сплошные Синдзи, Сакуры и Айи. Кое-кто собирается пойти учиться дальше, кто-то честно признался, что после школы пойдёт работать. Та самая Айя удивила, брякнув: «Люблю цветочки!»

19

Ещё один незыблемый японский школьный ритуал – это представление новичка. Надо назвать себя, иногда, если имя может быть записано разными способами – указать правильное начертание на доске. И обязательно прибавить пару слов о себе. Это всё направлено на преодоление стеснительности и отчуждения, о которых я уже упоминал выше.

– Я эльфийка, – буркнула от доски остроухая. – На ваши мне шестнадцать лет. Стреляю из лука, но могу и просто рукой двинуть, поняли? А теперь – позаботьтесь обо мне!

Просто душка!

* * *

– Зэта… Эээ…

– Просто Зэта. Хочу стать вам всем достойной накама [20] . Изучаю поэзию, хочу стать филологом.

Если бы чего-нибудь пил бы в этот момент – подавился бы нафиг! Судя по судорожному кашлю из соседнего ряда – не я один.

20

Накама – формально переводится как член команды, но значение имеет скорее ближе к слову единомышленник. Даже больше того – единочаятель, то есть тот, кто разделяет не только мысли, но и устремления, эмоции.