Не бей копытом
Шрифт:
– Достаточно хорошо ты себя чувствуешь, чтобы ответить на несколько вопросов?
– спросил я.
– Конечно. Задавай.
Ноги и руки исчезли.
– Как случилось, что ты обнаружила это тело?
– спросил я.
– Прошлым вечером я возвращалась из Пасадены от своих друзей, у которых была с визитом. Я уже заезжала в гараж и торопилась, так как было поздно, как вдруг увидела его на полу, и хорошо, что вовремя, потому что чуть на него не наехала.
– Который был час?
– Точно не знаю.
–
– Думаю, что так.
– Что ты делала потом?
– Естественно, остановилась. Потом заехала в гараж, как обычно прямо, но меня немного занесло. Вышла из машины, посмотрела на него и поняла, что он мертв. Единственное, о чем я успела подумать, это о Бонни, возвращающейся домой, въезжающей в гараж и ни о чем не подозревающей. Тогда я залезла в машину и как-то так повернула её, что она перегородила гараж и не давала Бонни въехать.
– Ты не опознала мертвеца?
– Боюсь, что только посмотрела на него издали.
– В какое время, по - твоему, Бонни должна была вернуться домой?
– Никаких мыслей на этот счет не было. Иногда она оставалась на пляже с друзьями на всю ночь.
– Что ты делала потом?
– Вошла в дом, переоделась и пошла к Луизе на вечеринку.
– Почему не позвала полицию?
Я несколько засомневался. Прошлым вечером она утащила меня в свой частный морг около десяти тридцати. Утащила ли? Или только рассказала о теле? Я не смог вспомнить, видел ли тело на самом деле.
– Пит, я не смогла. Знаю, что должна, но не смогла себя заставить.
И тут я вспомнил. Она пыталась вызвать полицию, а я прошлым вечером трупа не видел. Мы дошли до дорожки, ведущей в гараж, и она рассказала мне о нем. Я ответил, что есть только один путь - вызвать полицию. Она пошла в дом, потом вернулась. Эту тему мы уже больше не обсуждали, а она не сказала мне, вызвала полицию или нет. Я был очень пьян, и для меня было большим облегчением так просто выкрутиться из этого дела.
Кэрол вышла из туалетной комнаты, причесываясь на ходу.
– Бонни весь день была дома?
– спросил я.
– Нет, она рано ушла на пляж.
– А может она возвращалась домой незаметно, чтобы ты об этом не знала?
– Уверена, нет.
Она очень тщательно надевала чулки, оборачиваясь назад и осматривая ноги сверху вниз. Потом опустила юбку, провела по ней обеими руками, чтобы разгладить, и нервно взбила волосы.
– Как я выгляжу?
– спросила она.
– Ослепительно. Возможно, ты самая прекрасная женщина, какую я когда-либо видел так близко. Так что же ты собираешься говорить копам? спросил я.
Она резко села и сделала страдальческое лицо.
– О, Боже...
– Давай без паники. Надо выработать линию поведения... Попытаемся представить дело так, будто до сегодняшнего дня ты вообще не видела тела.
– Но я...
– Подожди. Предположим,
– Но машина ведь в гараже...
– Ты её только что поставила в гараж и тут увидела все остальное.
– Нет, Пит, это не сработает.
– Да, это, конечно, не люкс, но ничего другого у нас нет.
Она непроизвольно коснулась моей руки.
– Ты хочешь именно так?
Я кивнул.
– Ох, я влипну на первом же пустяке.
Ее рука скользнула в мою ладонь. Рука была теплой и чуть дрожала.
– Давай работать дальше, - сказал я.
– Ты можешь хотя бы одну минуту следовать моему плану?
– Конечно.
– Давай сначала посмотрим, что удалось сделать с комнатой Бонни.
Мы прошли туда, горничная как раз заканчивала уборку. Комната была аккуратно прибрана, как и у Кэрол. Плакатов не было.
– Выглядит великолепно, - признал я.
Горничная вышла. Я огляделся. Было видно, что это - комната юной леди. Но из этого факта больше уже ничего не следовало. Главное было избавиться от тех плакатов.
– Почему?
– услышал я голос Кэрол.
– Почему? Почему?
– Для жертвы, заколотой ножом, оказаться припрятанной в гараже по соседству с таким домом - дело необычное, но в принципе возможное. В конце концов, гараж пустой, дома никого. Если они не найдут какой-нибудь объяснимой связи между трупом и тобой или твоими домочадцами, то наверняка будут считать тебя невинным свидетелем.
Воцарилась тишина, а я продолжал соваться во все углы, выискивая что-нибудь подозрительное. Я исследовал содержимое мусорной корзинки, красно-золотистой, обтянутой атласом, когда Кэрол совершенно спокойно спросила:
– Что ты хочешь сказать, Пит?
В корзине был разный мусор, характерный для женщин: несколько комочков темно-каштановых волос, смятая пачка из-под надушенных прокладок от фирмы "I. Magnin Cо"., клочок салфетки со следами губной помады. Я копался в мусоре, заставляя Кэрол ждать ответа, а мои пальцы крутили пару кусочков картона с хорошо знакомым чувством к ним.
– Я должен просить у тебя прощения?
– Ты к чему-то меня подводишь?
Я спрятал картонки в ладони и выпрямился. Потом сунул руки в карманы. В тот момент единственной причиной, по которой я не хотел, чтобы Кэрол увидела, что я нашел, было то, что на неё и так свалилось достаточно.
– Я как раз хотел узнать, как давно ты стала опекуншей Бонни.
– Года три назад.
– Тогда скажи, ты действительно хорошо знаешь Бонни?
– Я была самым близким к её матери человеком, когда Бонни была ребенком.