Не ангелы 2
Шрифт:
Ой, да ладно! Лайк с трудом удержался от смеха. Ну, раз она так хочет, пожалуйста, ему не сложно! Да, не любила мама, когда он прыгал разрывами на территории приюта. И сама тоже старалась этого не делать. Дисциплина!
Он быстро домчался до её комнаты, нашел папку и побежал обратно.
«Лайк. Беги к выходу. Мы уже на площади»
«Да!»
Он выскочил из арки и успел машинально отметить сразу несколько вещей.
Что уже заходит вечерняя звезда. Совсем поздно. А площадь плохо освещена.
Что мама стоит у входа в соседнее здание, приглашающе машет рукой Вистлэнду, хочет
Что Саша стоит в центре площади, опирается на руку Вистлэнда, вытряхивает камушек из туфельки и смеется.
Что Вистлэнд поддерживает ее, тоже смеется и не отводит от Саши глаз.
Что за углом стоит Диана. Смотрит на Вистлэнда и Сашу. Что-то шепчет. И вскидывает руку!
Рефлексы? Инстинкты? Ну, наверное. Что-то из этого. Лайк не знал. Он снова не успел ни о чем подумать. Последнее, что промелькнуло в памяти — скалящаяся физиономия Рана. Когда он рассказывал ему о происшествии в каньоне у Караванной горы. И его слова: «Падаю на них! И крылья раскрываю! Широко-широко! Так защитное покрытие сразу увеличивается ! В разы!»
Лайк сделал все очень быстро. И одновременно. Максимально широко развернул крылья, до напряжения в каждом суставе. И прыгнул в разрыв, создав его одним резким движением, вбросив вектор интуитивно, на глаз!
Выпрыгнул точно. Лицом к Диане. Почувствовал, как его крылья мазнули по телам двух людей, стоящих за его спиной. Попал! Прикрыл! И тут же ощутил острый укол. В грудь. Все-таки это было проклятие! Он не ошибся!
Искаженное бешенством лицо Дианы... Чей-то крик... Мама?.. И — резко накатившая волна невыносимой боли! Которая обожгла его огнем, сжирала заживо!! Мир вспыхнул! Потом накренился. И Лайк провалился в спасительную темноту…
Глава 27
«Корбут! Мэй! В «Норд»! Лайк попал под проклятье! Горит!!»
Корбут и Мэй переглянулись и одновременно развернулись к Церберу.
– Что?
– Лайк горит!! Срочно разрыв в «Норд»! Вист зовет! – Мэй бросился в соседнюю лабораторию, сгреб с полки флаконы в полевую сумку, выскочил обратно и кинулся бегом на взлетную.
Цербер ждал там, разрыв мерцал прямо в воздухе. Значит, Корбут уже пролетел в него. Хорошо. Сейчас дорога каждая секунда. Мэй прыгнул. И выпал на центральную площадь приюта. Сразу увидел распластанную на земле крылатую фигуру. Черную. Покрытую тонкой сеткой искристого белого инея. Корбут потушил. Все остальное сейчас не попадало в его поле зрения. Только Лайк.
Мэй с разбега упал на колени. И сразу запустил магию. Общая регенерация. Остальное потом. Все потом. Даже диагностика. Сначала нужно поддержать жизнь. Саша рядом, высыпает на землю содержимое его сумки. Сует ему фиолетовый флакон. Да, правильно. Зубами вскрыл, быстро залил крылья. Это периферия. Основная часть магии сейчас ушла мозгу, сердцу, прочим внутренним органам. Еще один. И еще. И еще. На тело. Пузырится. Хорошо. Так. Жив. Сердце заработало. Дышит. Без сознания.
Не глядя, на ощупь, нашел круглую банку. Сбил крышку. Зачерпнул жирную мазь. На руки. Много. Провел по телу сверху вниз. Артефакты класть некуда! Бесполезны! Кожа обгорела. Черная корка. Придется так. Ничего. Хорошая мазь, аналог антишока. Она впитается даже через корку.
– Саша. Красный флакон. Три.
Не может оторвать руки. Сейчас никак нельзя. Льется магия, потоком. Саша молодец. Помогает. Не плачет, держится.
– Жив? – тихий, напряженный голос Виста.
– Да. Цербер! Помоги!
– Давай. Антишок хочешь? Давай, в четыре руки.
– И надо обезболить. Сразу.
– Стазис?
– Пока нельзя. Поддержи его. Я на диагностику.
– Дышит он, Сашенька. И сердце бьется. Остальное починим. Как новый будет. Хороший мальчик. Храбрый.
– Цер...глаза? Крылья?
– Обещаю. Все сохраним. Он сейчас в боевой. Самая удачная ипостась для регенерации. При обратной трансформации часть ожогов уйдет сразу, сама. Мэй все делает правильно. Доверься.
– Всё. Заклятие «Негасимого пламени». Запрещенное. Ауру снял. Кто?? – В голосе Мэя прорвалось рычание. Если бы не Корбут с его магией… Лайк сгорел бы дотла. И всё.
Голос Виста, низкий, опасный:
– Диана. Накрыл её сеткой. Потом разберемся.
– Ррразоррвуууу!!
– Ауррика. Все потом. Отдам её тебе. Обещаю.
– Да. Да, грандмастер. Мальчик мой, только выживи…
Мэй быстро вскинул глаза на Цербера:
– Сейчас запущу базовую регенерацию. И сразу вводим в стазис. Дома положим в капсулу. Ты понесешь. Аккуратно с крыльями.
– Понял. Начали.
– Саша, разрыв на тебе. Глаза целы, уже регенерировали. Крылья тоже восстановятся. Все будет хорошо. Лайк сильный. Он справится.
– Спасибо, Мэй…
– Ауррика. Ты с Лайком или останешься?
– Я останусь с тобой, грандмастер!
«Саша. Иди с ними. Я вернусь позже»
«Хорошо»
«Мэй. По ауре. На кого было направлено проклятие?»
«На Сашу»
«Корбут. Задержись»
«Да»
Цербер очень осторожно, бережно поднял с земли неподвижное тело Лайка. Предварительно аккуратно, по суставу, свернув его обгоревшие крылья. Его крупные, сильные пальцы действовали с удивительной точностью и скрупулезностью. И Вист был ему благодарен за это.
Ушли. Вистлэнд задумчиво осмотрелся. Ночная звезда освещала площадь мертвенным серебристым светом.
Корбут. Ауррика. Диана под сеткой. И больше никого. Обитатели приюта предпочли не выходить из корпуса. Правильно.
– Корбут. А слетай-ка за Карриганом. Прямо сейчас. И принеси мне его сюда. В когтях.
Видящий усмехнулся. Перекинулся в дракона. Взмахнул огромными крыльями, взлетел и стремительно исчез в черном небе.
Вист подошел к Диане. Значит, она хотела бросить проклятие в Сашу.
Молчит. Смотрит на него яростным взглядом. Ему не о чем было с ней говорить.
Он вспомнил, как загорелся Лайк, неожиданно выпрыгнувший прямо перед ним с Сашей, из разрыва, с распахнутыми крыльями. Как пламя мгновенно охватило его вздрогнувшее тело, превратив мальчишку в живой факел. Как он, Вист, на ходу метнув сеть в Диану, бросился к Лайку, активировав флай и пытаясь крыльями сбить пожирающее тело пламя. И кричал, отчаянно кричал в менталке, зовя на помощь. Как кожа молодого демона на глазах превращалась в черную, горелую корку. И если бы не Корбут… Да, только его магия смогла потушить «Негасимое пламя».