Найти себя

Григ Кристин

— Я никогда не забывал, какая ты красивая, — прошептал Мейсон, сжимая обнаженную Полли в объятиях.

— К сожалению, я уже не та. — Она вздохнула, и голос ее слегка пресекся. — Годы берут свое. Я начинаю замечать неприятные перемены. Кожа теряет упругость...

Дик не дал Полли договорить, прильнув к ее губам. Затем склонился над ней и поочередно поцеловал вздымающиеся выпуклости груди.

— Твое тело совершенно, — шептал он. — Ты стала еще красивее, чем прежде.

Обхватив ее грудь ладонями, Мейсон принялся целовать соски. Он действительно думал так, как говорил. Когда-то Полли была прелестной девочкой, а сейчас превратилась

в красивую женщину. Ее фигура имела классические пропорции, и Дик с удовольствием исследовал все выпуклости и впадинки губами и ладонями. Он упивался исходившим от ее шелковистой кожи запахом роз и разогретого меда и ощущал на языке вкус райского нектара.

Полли была отрадой для человека, тосковавшего по ней шесть долгих лет.

— Дик... — шепнула она, когда Мейсон спустился к самому лону. Он раздвинул ее бедра, и она вновь прерывисто выдохнула: — Дикки...

Он поднял глаза, призрачно блестевшие в лунном свете.

— Я никогда не мог забыть твоего запаха... Твоего вкуса...

Мейсон спрятал лицо у нее между ногами, и она вскрикнула, ощутив нежное прикосновение губ и языка к самой чувствительной части своего тела. Как давно это было последний раз! Бесконечное количество долгих одиноких ночей и бесцветных дней, проведенных в бесплодных мечтах о жарких объятиях, которых уже не вернуть. И унылое, тоскливое осознание того, что ни единому человеку не удастся заменить Дика.

Я люблю тебя, Дик, мысленно признавалась Полли. Люблю тебя, мой муж, мой любовник. Как могла я сомневаться в этом?

Крепко сжимая ягодицы Полли ладонями, Мейсон продолжал ласкать ее языком. Он знал, как бурно Полли реагировала на подобные ласки в прошлом.

Она и сейчас металась по подушке и сдавленно стонала, почти достигнув вершины блаженства. Но Мейсон не позволил ей перевалить через пик. Подавшись вперед, он медленно вошел в нее.

— Дикки! — громко вскрикнула Полли.

Она впилась пальцами в его плечи и обвила ногами, словно желая остаться так навсегда. Но понадобилось всего три мощных движения, чтобы в тиши спальни прозвучал новый крик, на этот раз объединивший два голоса — высокий тонкий принадлежал Полли, низкий и хриплый — Мейсону. После этого Дик обессиленно распластался на ней, некоторое время продолжая ощущать, как его плоть сжимают спазмы в горячей женской глубине...

Когда они немного отдохнули, лежавший на боку Мейсон провел кончиками пальцев по шее Полли, спустился на грудь, затем на живот и скользнул по стройному бедру.

— Я никогда не переставал думать о тебе, — шепотом признался он.

На самом деле ему хотелось сказать, что он никогда не переставал любить ее. Но чтобы произнести эти слова, ему требовался свет, который позволил бы прочесть ответ в ее глазах.

Полли счастливо вздохнула.

— Я тоже.

Несколько минут они лежали молча, прислушиваясь к плеску волн, к которому больше не примешивалось ни звука, потому что ветерок стих.

Полли промокнула тыльной стороной ладони испарину, выступившую над верхней губой.

— Не хочешь искупаться? — оживленно поинтересовалась она. — Уже глубокая ночь, а прохлады все нет...

— Хорошая мысль, — улыбнулся Дик. Он поднялся с постели и протянул Полли руку. — Идем!

Однако та вдруг засмущалась.

— Я забыла, что у нас нет купальных костюмов... — неуверенно начала она, но Мейсон лишь рассмеялся.

— Глупенькая, здесь тебе даже днем не понадобился бы купальник,

а уж ночью и подавно! У меня в дорожной сумке, например, найдутся плавки, но я и не подумаю надевать их. Вспомни, часто ли тебе выпадает возможность чувствовать подобную свободу?

— И вспоминать нечего! — Полли решительно сжала его руку, поднимаясь с кровати.

Держась за руки, они покинули спальню. В гостиной Полли зажмурилась и поспешила выключить свет. В темноте она чувствовала себя увереннее.

Потом они вышли на террасу. Как приятно было ощущать под босыми ногами гладкие и теплые доски деревянного настила! Залитый лунным светом пляж казался таинственным, в воздухе витал аромат ночных цветов, и где-то совсем рядом пели сверчки.

Дик обнял Полли за плечи, и ее душа наполнилась таким пронзительным ощущением счастья, что она тихонько засмеялась. Потом, на мгновение прильнув к Дику всем телом, она задорно крикнула:

— Догоняй! — И сбежала по ступенькам на пляж.

— Ах вот ты как?! — воскликнул Дик, бросаясь следом.

Но поймать Полли было не так-то просто. Увязая в песке, Мейсон преследовал ее на очень коротком расстоянии. Но каждый раз, когда ему казалось, что он вот-вот схватит ее, она уворачивалась от протянутой руки. Тем не менее ему удалось загнать Полли на влажный твердый песок у самой кромки воды, где она оказалась в безвыходном положении, потому что обратный путь на пляж был отрезан.

Тогда не долго думая Полли с шумом и брызгами бросилась в воду. Мейсон издал торжествующий крик, больше напоминавший устрашающий рык хищного зверя, и рванул следом. В воде, где было труднее передвигаться, у Полли не осталось шансов на спасение. Не прошло и нескольких секунд, как она уже с визгом билась в крепких мужских руках.

— Попалась! — воскликнул Дик сквозь смех, поворачивая Полли лицом к себе. — Теперь не уйдешь! Получай наказание!

С этими словами он прижался к ее губам. Полли мгновенно притихла, перестав сопротивляться, и стала с жаром отвечать на поцелуй. В глубине ее тела вновь разгоралось желание. И, судя по тому, как в живот ей уперлось под водой что-то жесткое, Дик тоже испытывал в эту минуту прилив сил и желание продолжить любовные игры. Ведь первая близость закончилась неожиданно быстро, поэтому они с Полли не успели в достаточной степени насладиться друг другом.

Не отрываясь от губ Мейсона, Полли оттолкнулась от дна, крепко обняла его и обхватила ногами, скрестив их сзади, на пояснице. Дик поддержал ее. В воде она показалась ему почти невесомой.

Когда он проник между ее раздвинутых ног, она издала невнятный звук и с еще большей страстью принялась ласкать язык Дика своим языком. Однако в какой-то миг Полли все же не выдержала и отстранилась, запрокинув назад голову и тяжело дыша...

Чуть позже Мейсон вынес ее на берег и бережно уложил на теплый песок.

— Полл... — хрипло шепнул он. Ему так много хотелось сказать ей!

Но сейчас слова были бесполезны, потому что в действие вступил язык тел.

Мейсон раздвинул ноги Полли, нежно погладив ладонями внутреннюю сторону шелковистых бедер. Затем взял напряженно пульсирующий член рукой и легонько потер им влажные скользкие поверхности, с готовностью открывшиеся ему навстречу.

Услыхав, как с губ Полли слетел стон, Дик больше не стал медлить и погрузился в ее горячие глубины. Нежные внутренние мышцы мягко сжали его возбужденную плоть, словно желая втянуть еще глубже.