Найти себя
Шрифт:
— Вот это другое дело! — довольно сказал Голос Медведю. — Теперь нам любой враг не страшен. Может, даже и Волков Смерти близко не подпустим — из арбалетов побьем. Но те хитрые и умные. Мне довелось слышать от знающих людей, что эти волки никогда не нападают на очень сильного врага, готового к бою. Увидят тяжелые арбалеты и не выйдут. Но могут и напасть, если мы будем не готовы. Но мы теперь будем готовы!
Командиром присланного отряда оказался виконт Гармол. Это был опытный воин, лет под тридцать, обладающий таким ростом и статью, что даже Медведь выглядел перед ним мальчишкой. Голос
Леди Катарина, тем временем, нашла для себя новый объект для испытания своих женских чар. Безусловно, им стал виконт Гармол. Он теперь всё время ехал рядом с каретой леди на своем великолепном белом коне, закованном, как и сам рыцарь, в тяжелые латные доспехи. Виконт снял шлем, подвесил себе на пояс и вел светские беседы с девушкой. При этом Голос заметил, что лицо виконта иногда пунцовело, и тот время от времени кидает влюбленные взгляды на красавицу.
Впрочем, влюбиться в леди Катарину было немудрено. От нее так и веяло женственностью и беззащитностью. Такой тип женщины очень часто нравился сильным мужчинам, так как подсознательно вызывал у них настоятельную потребность защищать тех от разных невзгод. Если же такие женщины еще обладали яркой внешностью, то пиши пропало, птичка, или «птиц», раз речь шла о мужчинах, без труда попадала в сети любви.
«Нам еще не хватало влюбленных громил, — несколько раздраженно подумал Голос. — Это страшная смесь. От них очень часто бывают неприятности».
Насчет неприятностей Голос не ошибся. На следующий день после соединения с подкреплением, не пройдя и пол-лиги после ночной стоянки, когда до замка герцога оставалось день-полтора пути, к Голосу, который теперь все время ехал на повозке, и шагающему рядом с ней Медведю подскакал виконт Гармол.
— Огненный Медведь, если я не ошибаюсь? — обратился он к юноше, слега склонив голову.
— Да, меня здесь так зовут.
— Вы позволили выразить непочтение к даме, и я вызываю Вас на поединок чести!
— К даме? Какое непочтение к даме?
— К леди Катарине!
— Я не выражал никакого непочтения к леди Катарине!
— Нет, она не будет лгать! Вы грубо схватили ее, да еще оскорбили! И хватит! Я не повторяюсь, обычно, но еще раз вызываю Вас на поединок чести.
— Позвольте, виконт! — сказал Голос. — Вы не можете вызвать на поединок чести простого воина, Вы же дворянин!
— Леди Катарина сказала, что он тоже дворянин. Но если даже нет, своим вызовом я уравниваю нас в правах.
— Нет, виконт, никаких сейчас поединков. Он мой личный телохранитель! Как Вы представляете? Он же не сможет меня защищать, если Вы его убьете или даже просто покалечите?! Никаких поединков до приезда в замок герцога! А там, как велит герцог!
— Хорошо, подожду немного. Герцог приказал мне слушаться Вас во всем, господин Голос. Хотя не
— Не будем обсуждать приказов герцога, виконт. В замке, может быть, Вам всё расскажут. А сейчас выполняйте свой долг, мы еще не доехали. Дорога же весьма на этот раз опасна.
Виконт Гармол развернул своего коня и ускакал к своей леди.
— Вот, так и знал. От этой леди у нас одни неприятности! Да и тебе не повезло, Медведь, виконт один из лучших рыцарей герцога. Не хотелось бы видеть тебя умирающим в столь юном возрасте. Ничего, попробую поговорить с герцогом, не стоит потакать таким леди, которые не понимают, когда можно капризничать, а когда нет.
— Как она всё-таки взъелась на тебя, Медведь! — продолжил Голос. — И ведь нашла кого поздоровее! Нет, напрасно я ее взял с собой!..
— Голос, не волнуйся, — сказал Медведь. — Я не боюсь сразиться с этим рыцарем.
— А напрасно! Он ломает подковы голыми руками и сминает тяжелые доспехи ударом кулака!
— Пусть сначала по мне попадет!
— Попадет, и не по таким попадал! В общем, чего зря говорить, смотри лучше по сторонам внимательнее, еще ехать и ехать.
То ли цепь неприятностей, окрутившая Голоса, наконец, кончилась, то ли какие-либо злодеи, если они и существовали, испугались возросшей мощи охраны каравана, но оставшееся время до замка ничего не происходило. Если, конечно, не считать хмурые взгляды виконта, время от времени бросаемые им на Медведя, да ехидные улыбочки леди Катарины, отпускаемые ей при встрече с юношей.
Медведь, правда, не обращал ни на то, ни на другое особого внимания.
Вот и замок герцога. Он постепенно вырастал на глазах по мере приближения к нему.
Мощные каменные стены в пять саженей в ширину и с десяток саженей в высоту, башни, возвышающие над ними примерно на две высоты стен, которые окружали весь замок по периметру, глубокий ров, вырытый вокруг замка перед его стенами, — всё наводило на мысли о его неприступности.
В амбразурах стен и башен повсюду были видны большие станковые арбалеты, заряжаемые специальным поворотным механизмом, крутить который приходилось двум воинам. Болты этих арбалетов легко пробивали любую броню, а если повезет, могли свалить и несколько целей одновременно. Заряжались, правда, они довольно долго, поэтому гарнизон замка имел на вооружении и другие, менее мощные арбалеты, если их сравнивать, конечно, с этими монстрами. Но и те, другие, арбалеты натянуть могли только очень сильные люди, поэтому на стенах и башнях замка находились отборные силачи.
Вход в замок вел через ворота, над которыми по обеим сторонам возвышались две надворотные башни. Путь к воротам вел через подъемный мост, который был сейчас опущен.
Но Голос прекрасно знал, что все эти арбалеты, ров и другие ухищрения не очень-то помогут, если, например, замок будет атаковать Божественная Сотня Империи на летунах. Но зачем Императору направлять свои элитные части на герцога? Тот был предан ему. А обычному войску замок было взять непросто, хотя, конечно возможно. Но потери будут такими, что победитель не будет особо радоваться.