Найти себя
Шрифт:
– Что тебе нужно? – Спросил я ровным спокойным голосом, в полной мере передававшим моё состояние.
– Ах вот он ты где. – Проговорил парень. – Вчера подходил один мелкий упырёныш и сказал, что кое-кто сломает мне нос.
– И ты пришёл спросить об этом меня? – Холодно спросил я.
– Игорь не надо. – Подошла к нему Юля, и попыталась увести. – Пойдём отсюда.
Но видимо парень был настроен иначе, сделав ещё шаг ко мне, он прошипел.
– Ты же знаешь о чем я, или у тебя только брат такой смелый, а может он просто идиот, раз несёт
Этого уже я не мог стерпеть, поднявшись из-за парты, я пошёл навстречу парню. В его глазах загорелся предвкушающий огонёк.
– Ты решил, что можешь вот так вот прийти и оскорблять моего брата? – Тихо спросил я. – Но хочу сказать тебе, ты ошибся. – С последними словами, переходящими в крик я подхватил учебник с ближайшей парты и кинул его в лицо противнику, до которого оставалось не больше двух шагов. Парень рефлекторно поднял руки, защищаясь от летевшего в него предмета. Но я этого и ждал, резко пробив ногой прямо в живот, я взял парня за волосы секунду смотрев на тонкие красивые черты лица и ударил его коленом в нос. Тренированное тело слушалось замечательно, а в голове поселилась холодная ярость.
Оттолкнув быстро оседающее тело, я прошёл назад за свою парту. Кто-то уже позвал учителей и физ-рук взвалив на руки тело парня, и понёс его в мед-блок. А задержавшаяся учительница географии просверлила меня взглядом.
– После уроков в кабинет директора. – И тоже ушла, а я медленно опустился за свою парту и начал анализировать ситуацию. Почему я так жестоко обошёлся с парнем? И главное злости как таковой не было, просто пришла холодная ярость. Точно! Холодная, вот что главное, я чувствовал жуткий холод вместо ярости, и он не был мне противен, наоборот, как окунуться в бассейн в жару. Уроки шли медленно, и я не мог дождаться конца. Мне же ещё к директору идти, настроение сразу упало ниже некуда.
Постучав в дверь директора, я подождал, пока не раздастся приятный женский голос, который разрешил мне войти. В кабинете директрисы царил спартанский стиль, все предметы были на местах, не мешая их обладательнице маневрировать.
– Присаживайся Рустицкий. – Сказала приятная, можно сказать красивая на вид женщина двадцати пяти, тридцати лет. – Тебе есть, что сказать мне?
– Нет, Анастасия Владимировна. – Ответил я, и подумав добавил. – Вы же сами всё знаете.
– Правильно, знаю. – Ехидно сказала директриса. – Драка из-за девушки, благородно, но запрещено.
– Это была драка не из-за девушки, у вас неверная информация. – Подождав, когда директор выскажется, добавил я.
– Да неужели? – С наигранным удивлением спросила женщина, заломив правую бровь. – А мне кажется, что именно из-за девушки, Симоновой Юли, твоей одноклассницы, не так ли?
– Нет не так. – Грубо ответил я. – Вы позвали меня принять наказание, или услышать школьные сплетни?
– Ну да ладно, что это я на самом деле. – Видимо поняв, что перегнула палку, проговорила директриса.
– Родителей вызывать не буду, не стоит их дёргать по пустякам, только в следующий раз бей мягче. –
Немного в шоке я покинул кабинет директора, удивляясь к чему это она. По всему видимо она одобряет то, что я сделал. Медленно идя по улице в сторону дома, я размышлял о том, что же приключилось со мною. Решив сократить по переулку, я свернул во двор старого советского трёх этажного дома. Тут сзади раздался свист, я обернулся и увидел Игоря, нового парня Юли, которого я побил на перемене. Он медленно шёл на меня зло, улыбаясь, в руке он держал пистолет, который так же с показной ленцой направил на меня.
Я искренне растерялся, он молча нажал на курок, и я вскинул руку в рефлекторном жесте защиты и закрыл глаза, готовясь к боли. Но боли не было, и я рискнул посмотреть, почему же не решается выстрелить юный убийца. Но увиденное заставило меня медленно осесть на холодный асфальт. Парень был больше похож на огромную сосульку, так и, застыв на месте с вытянутой рукой в которой было оружие. Я уже не мог объяснить всех странностей, поднявшись, я накинул капюшон и направился домой быстрым шагом, постоянно оглядываясь по сторонам, в поисках свидетелей, этого ужасного зрелища.
Придя домой, я быстро прошёл в свою комнату и запер за собой дверь, крикнув маме, что буду делать уроки. Устало опустившись в кресло, я уже не хотел о чём-то размышлять, я так устал от этих внезапных впечатлений, что просто уставившись в стену, просидел так около часа. Было глупо отрицать, что смерть того парня была по моей вине. Даже сейчас я сохранял спокойствие, что было мне не присуще, я изменился. И не надо быть гением, чтобы догадаться, что именно так изменило меня. Я потерял любимого человека, и слишком близко принял всё к сердцу. В голове вертелась только одна идея, и не я не стал задерживаться с её реализацией. Я сходил на кухню, наполнил стакан с водой, и вернулся в комнату, пообещав маме, что скоро приду кушать.
Поставив стакан перед собой, я упёрся в него взглядом, и сильно захотел, чтобы он замёрз. Но ничего не произошло. Я стал думать над этим, и решив, что эмоциональная часть тоже имеет значение, попытался сконцентрироваться. Было трудно, мысли то и дело сбивались в кучу, но в один момент, я поймал то состояние кристальной чистоты сознания, и холодного спокойствия. Я попытался передать это состояние стакану, как бы выплеснув на него холод, что поселился во мне. В следующий миг стакан лопнул от того, что вода в нём полностью замёрзла.
Сказать, что я был в шоке, значит не сказать ничего, я был просто потрясён. Мне не было жалко того парня, что я заморозил, он шёл убить меня, а значит должен был понимать, что его тоже могут убить. Я искренне радовался приобретённым способностям.
На следующий день я не пошёл в школу, аргументировав это маме, как боль, в душе терзающую меня от расставания, мама лишь вздохнула, но разрешила мне отдохнуть от учёбы. Тренировки по рукопашному бою, в которые меня втянули бывшие друзья, тоже отошли на второй план.