Найт
Шрифт:
В его глазах растекается боль и горечь.
– Давайте закончим на этом, я ведь арестована - спрашиваю я у Милара и, получив в ответ кивок, встаю.
Я иду к выходу за мной двое солдат.
– Мама! Куда вы ведете мою маму?
– слышу вдруг детский голос.
О господи, только не он. Он не должен этого видеть, пожалуйста, нет!
– Себастьян, стой!
– кричит муж.
Но уже поздно, он бежит ко мне, и я еле успеваю присесть на корточки и поймать его.
– Мама, мама не уходи, пожалуйста, я так
– плачет мой малыш, прижимаясь ко мне все сильнее и сильнее - Пожалуйста, не бросай меня!
– Не плач, сын Мстителя плакать не должен!
– вытираю его слезы юбкой - я очень тебя люблю малыш, все будет хорошо, ты только не плач - снова прижимая его к себе, шепчу я.
– Ты вернешься?
– он смотрит на меня с надеждой.
– Я не знаю малыш, - качаю я головой - но ты должен помнить, что мы с папой тебя любим и ты самый лучший!
Муж отрывает его от меня. А малыш вырывается и плачет все сильнее. Я встаю и смотрю мужу в глаза.
– Если ты его обидишь, я вернусь, где бы, я не была и убью тебя - тихо говорю я ему.
Потом отворачиваюсь и ухожу.
День начался неудачно, это уже было понятно еще ночью. Засада, а я наивный поверил, что она вернулась. Где же ты девочка, жива ли?
Сидя в кабинете, я как всегда просматривал документы по хозяйству, а в голове был сумбур. Когда же это кончится? Зачем я ее ударил, и что на нее нашло? Она всегда была такой спокойной и уравновешенной, а тут взъелась на сестру, да и малыша гноить стала, а ведь никогда особо воспитанием не увлекалась!
Качаю головой и слышу стук копыт, подхожу к окну вижу сержанта и его людей.
А им какого черта надо?
Пошел встречать гостей, краем глаза замечаю жену, в походном, сером платье. Куда это она собралась? Она спускается к нам и выглядит, как королева, жаль, что под этой маской скрывается гадюка.
– Итак, Милар, чем я могу тебе помочь, старый друг - спрашиваю я у сержанта, одевая, маску весельчака
– Мы получили от наших источников письмо написанное Найт, которое ведет к вашему дому.
– важным тоном ответил он.
Я напрягся. Что за черт? Найт, она жива, где она?
– Найт, а разве она не умерла?
– пытаясь казаться все таким же веселым, отвечаю я. А сам с замиранием сердца жду ответа.
– Боюсь, что нет - качает он головой.
Значит, он ничего не знает, еле скрываю разочарование.
– Но я не связан с Найт!
– отвечаю я, уже серьезнее, понимая, что он не просто так заявился в мой дом, но я уверен, что Найт он здесь не найдет.
– Вы не могли бы позвать вашу супругу?
– спрашивает он меня.
– Зачем?
– напрягаюсь я еще больше.
– Я здесь Милар, могу я вам чем-нибудь помочь?- я оборачиваюсь на нее.
Вот дурра, сидела бы тихо, и дала бы мне разобраться, нет, лезет во все щели!
– По моим данным вы
Что за чушь! Этого быть не может, я бы свою девочку узнал!
– Что? Но это какое-то недоразумение. Давай те пройдем в мой кабинет и во всем разберемся.
– говорю я спокойно, но у меня появляется плохое предчувствие.
Мы входим в кабинет, я устраиваюсь в кресле и вижу какую-то странную решительность в глазах жены. Что она затеяла?
– Итак, вы говорите, что моя жена Найт, какая чушь!
– начинаю я, с тревогой ожидая ответа сержанта.
– У меня есть письмо, написанное вашей женой Мстителю.
Какое еще письмо, к черту!
– Покажите!
Он дает мне письмо я читаю и просто не могу поверить в написанное.
‘ Любимый!
Я так виновата, прости. Ты был прав, но я думала, что наш ребенок должен расти в роскоши, а не в бедности. Я так ошибалась! Я так тебя люблю! Я хочу быть с тобой, я хочу, чтобы наш малыш знал своего отца. Пожалуйста, забери нас отсюда. Мститель, умоляю, прости меня.
Любящая тебя, Найт.’
Мои руки трясутся, а в голове полная каша. Что это? Это какая-то шутка? Если да, то она жестокая. Александра - Найт? Не верю! Этого быть не может!
– Я не понимаю, почему вы решили, что это писала моя жена?
– пытаясь держать себя в руках, спрашиваю я.
– На бумаге клеймо вашей семьи - отвечает сержант мне.
Смотрю на бумагу, действительно клеймо моего дома. Подстава? Но кому это надо! Смотрю на жену с надеждой
– Александра, ради Бога, скажи ему что это не ты писала!
– почти молю я.
Только не это! Неужели это она. Как я мог не узнать!
– Но это действительно писала я.
– нежно улыбается она мне вдруг - Я устала от притворства. Хотите доказательств, пожалуйста - она вытаскивает из юбок знакомую мне шпагу и оголяет плечо, на котором та самая буква Н, которую я ей рисовал - если б ты хоть раз пришел ко мне в спальню, то знал бы - печально добавляет она, а в ее глазах гнев и боль.
Я в шоке смотрю на нее, этого быть не может, эта избалованная, изнеженная, жеманная девица просто не может быть моей девочкой, острая боль в груди мешает мне дышать.
Она же тем временем продолжает.
– Давайте закончим на этом, я ведь арестована.
А получив кивок сержанта, она встает и идет к двери, а за ней двое солдат.
– Мама! Куда вы ведете мою маму?
Я слышу детский голос. О боже, малыш, а ведь я всегда чувствовал, что он мой и все говорили, как мы похожи! Какой же я слепой дурак!
– Себастьян, стой!
– кричу я ему.
Но уже поздно, он бежит к ней, и она еле успевает присесть на корточки и поймать его.
– Мама, мама не уходи, пожалуйста, я так тебя люблю.
– он плачет прижимаясь к ней.