Найди Наохама

Молина Марта

– Здрасьте, – передразнила его Ася и вошла в коридор.

Она бегло огляделась, отметила две пустые бутылки из-под водки, одинокий стакан и липкие пятна на полу. Вывод первый: Паршиков обходится без компании собутыльников. Похмельный запах, исходивший от алкоголика, позволил сделать вывод второй: традиционная утренняя рюмашка еще не выпита. «Как мы вовремя», – порадовалась Ася и щелкнула выключателем.

– Вы кто? – спросил он, моргая от света и косясь на Ашота.

– Сергей, мы говорили по телефону, помните? Про видеоролик.

Он мотнул головой,

потом кивнул и снова мотнул. Был явно сбит с толку.

– Ладно, не помните и не надо, – покладисто прокомментировала Ася. Достала три сотки из кармана, помахала у него перед лицом. – Мне нужны контакты человека, который снял видео с Наохамом, а вы этот ролик потом выложили в интернет.

– С каким хамом? – растерянно спросил Сергей. – Не помню.

Ася была готова к такому повороту. Она достала телефон и запустила видео.

– Припоминаете? – спросила она, когда Паршиков досмотрел.

– Так это Ванек снимал! – вспомнил тот. – У нас тогда один комп на двоих был. Вскладчину приобрели.

Видимо, алчность была присуща Паршикову только в пьяном виде. Он присел на скрипучую тумбу и без всяких денег выложил все, что помнил.

Ванек, или Иван Кропоткин, жил по соседству с самого детства. После средней школы парень пошел в ПТУ, где сильно выделялся среди других студентов задумчивым взором и любовью к тонким материям. В пятнадцать лет Иван интересовался оккультизмом, НЛО, тайнами телепортации и ясновидения. В семнадцать переключился на религиозные культы. Плясал с кришнаитами, рисовал мандалы и не пропускал Крестный ход. Он курил траву, читал веды и рассуждал о реинкарнации да царстве божьем. Паршиков любил слушать «эти бредни», но не придавал им значения.

Когда в Кострому приехал популярный в те времена целитель, Иван прибился к группе сопровождения и покинул город почти на полгода. Вернувшись, он основал «кружок просветления», как это называл Паршиков: сообщество странноватых людей, собиравшихся по четвергам и воскресеньям, чтобы обсудить новости эзотерики и попеть религиозные гимны. Иван пытался развивать свое детище, однако дальше комнаты в Доме Пионеров его дело не разрослось.

А потом появился старец Наохам. Кропоткин носился с ним, как курица с яйцом. Печатал сотни листовок, писал на тематических форумах, докучал знакомым, агитируя прийти на прием к мудрецу. Он утверждал, что Наохам обрел высшую мудрость и готов дать ответ на любой вопрос, и никак не мог понять, почему люди не пользуются такой уникальной возможностью.

Кипучая деятельность приносила свои небольшие плоды. Вокруг Наохама сплотилась команда преданных, а также появились «клиенты»: люди, приходящие за своими ответами. Плату Наохам не брал, но некоторые посетители вносили добровольные пожертвования. После неожиданно крупной суммы от местного бизнесмена Ивану окончательно крышу и снесло. То ли он понял, что может хорошо заработать, то ли просто радовался, что люди постигают истину с его помощью. С упорством и слепотой фанатика он нес в массы знание о Наохаме. Каждый день выкладывал ролики в интернет, либо с Наохамом,

либо с собой в главной роли, эдакие записки приближенного к Свету. Он рьяно служил своему кумиру, отдавал этому служению все силы, деньги и время. Иван был похож на сектанта, с одним исключением: он сам создал свою секту и занял в ней самую низкую ступень.

Видимо, вскоре старику надоела вся эта суета. В один прекрасный день кружок закрылся, а Наохам исчез вместе со своими последователями. Иван тоже пропал, и долгое время Паршиков ничего о нем не слышал.

Увы, следующая, и последняя, новость о соседе была печальной.

– Мертвецом он вернулся. Ох, как же мать его убивалась! – грустно вспоминал Паршиков.

– И больше вы ничего о нем не знаете?

– А что еще знать-то, – ответил Сергей. – Умер Ванек. Лежит теперь на Галичском кладбище.

– Где? – встрепенулась Ася.

– Здесь, на Галичском.

– В Костроме? – уточнила она.

– А то ж, конечно, в Костроме, где же еще.

Ася приободрилась. В истории об Иване не обнаружилось подсказок о том, где искать Наохама, но его смерть может стать указателем.

– Правильно ли я поняла, что Иван уехал из города вместе с Наохамом и другими последователями, какое-то время о нем не было вестей, а затем он умер, и его тело привезли сюда, домой?

– Получается, что так, – согласился Паршиков.

– Кто его привез, вы знаете?

– Откуда мне знать.

– Он же не мог сам прилететь. Наверняка его тело кто-то сопровождал! – Ася в ажиотаже зашагала по коридору под удивленными взглядами Сергея и Ашота.

– Наверняка, – угрюмо подтвердил Паршиков.

Было видно, что ему резко стало хуже: пальцы задрожали сильнее, лицо налилось кровью. Похмелье набирало обороты. Для нормальной беседы у Аси оставались считанные минуты.

– Мать Ивана должна знать подробности, – заторопилась она. – Вы же соседи? В какой квартире она живет?

– Померла она тоже, – буркнул Сергей.

– Как же мне узнать, кто сопровождал тело Ивана… – размышляла Ася вслух. Затем ее осенило: – Сергей, вы случайно не были на похоронах?

– Ну, был, – бросил тот и тяжело поднялся. С каждой секундой Паршиков становился все более злым и усталым.

Ася заговорила быстро-быстро.

– Вспомните, кто там присутствовал? Кроме мамы, кто еще? Родственники? Жена, девушка, близкие друзья?

Паршиков открыл дверь и ответил:

– Сто лет прошло, не помню. Я рассказал все, что знал. Вам пора уходить.

Ася задержалась на пороге и вручила ему деньги.

– Вы говорили, что ваша информация столько стоит. Держите. Спасибо вам.

Уже закрывая дверь, он вдруг вспомнил:

– Телка была, точно.

– Имя назвать можете? – без надежды спросила Ася.

– Имя не могу. Но ее по телеку показывают.

Ася недоверчиво уставилась на Паршикова.

– Вы уверены, что это она? Сами говорите, много лет прошло.

– Точно она. Татухи помню. «Привет, атлет» ведет, – ответил Сергей и поспешно захлопнул дверь.