Найденный дампир
Шрифт:
К сожалению, я забыл, что фейри не едят мясо. Его холодильник был пуст, потому что, конечно же, так оно и было. Свежих овощей оставалось всего на несколько дней, а Кенрида не было неделю. Итак, что он собирался приготовить? Надеюсь, ничего из «хочу быть мясом».
Я вздрогнул и закрыл холодильник. Я едва успел сунуть голову в кладовку, как Кенрид присоединился ко мне.
— Я приготовлю овощи и жареный рис, — сказал он. — Понимаю, что мне нужно добавить немного красного мяса в свой бульон для Лорны, но не сегодня.
Я улыбнулся, увидев, как он скривил губы и сморщил нос.
—
Кенрид зарычал на меня и вытащил пакет с овощами из морозилки.
— Не будь ослом. Полагаю, ты все еще злишься, что мы вернули ее.
От его слов у меня испортилось настроение. Меня было так легко разгадать, или он разговаривал с Натаном за моей спиной? Возможно, и то, и другое.
— Я просто осторожничаю, чувак, — ответил я, облокачиваясь на его стойку. — Остальные, похоже, потеряли из-за нее голову.
— Просто подожди, пока не увидишь, как она общается с Деймоном, — сказал Кенрид. — Я все еще был в некотором замешательстве, пока он не появился. — Он достал сковороду-вок из шкафчика у плиты и начал разогревать ее. — Она сказала ему, что это его выбор, укусит она его или нет.
— И Деймон поверил ей? — спросил я, не скрывая своего скептицизма.
— Да, и теперь он испытывает ее. — На лице Кенрида появилась хищная улыбка, которой он был известен. — Он подкупает ее обещаниями своей крови, чтобы заставить ее делать то, что он хочет. До сих пор ей не удавалось следовать его инструкциям в точности. — Он пожал плечами. — У нашей дампирши нет слабого вкуса.
— Ни хрена себе? И как она с этим справляется? — Я начал паниковать, пока не вспомнил, как Деймон схватил ее за руку и потащил на пляж. Она что, околдовала его? Так вот почему он ее не боялся?
— Думаю, она наслаждается игрой, — ответил Кенрид, выкладывая овощи на раскаленную сковороду. Я съежился. Как он мог есть это дерьмо? — В прошлый раз ей почти удалось закрыть все его лазейки. Самое удивительное, что она никогда не давит на него. Она уважает его решение сказать «нет».
— Ты уверен, что она — дампир? — спросил я. Она совсем не походила на тех бешеных тварей, которых мы приговорили к смерти.
— Почти уверен, — ответил Кенрид, быстро перемешивая ужин. — Почему ты не сказал мне, что Деймон великолепен? Все это время я думал, что он просто тихий солдат, выполняющий все приказы Натана.
Я посмеялся над фейри.
— Ты явно проводишь с нами недостаточно времени. Деймон — один из самых умных людей, которых я знаю. Просто он не афиширует это.
— Очевидно.
Я отодвинулся от прилавка, чтобы выглянуть в окно, откуда открывался прекрасный вид на пляж и моего друга. Лорна стояла у кромки воды и взбивала песок. Деймон стоял в нескольких футах от нее, наблюдая за ней. Мне стало интересно, о чем они говорили, или мой лучший друг просто стоял молча, как обычно?
— Что он сказал, чтобы показать свою гениальность?
— Думаю, он понял, почему она так хорошо контролирует свои желания, — ответил Кенрид. — Или, по крайней мере, одну из причин.
Я развернулся лицом к фейри. Он уставился на меня, держа в руке деревянную ложку.
—
— Она выросла среди людей, а не вампиров, — ответил Кенрид. — Ее никто не принуждал к пробуждению. Ее приемные родители любили ее и предоставляли ей все возможности для самостоятельной жизни без давления магического сообщества.
Я прислушался к его словам. Я предположил, что это были слова Деймона. Он бы уловил эту связь. Мой друг видел все логически. Я только хотел, чтобы я мог преодолеть свои эмоции так же, как Деймон, и просто смотреть на вещи. Но я не мог.
— А что еще? — спросила я, пытаясь сдержать рычание своего волка. Мы с ним поссоримся еще до того, как все это закончится.
Кенрид помешивал рис в кастрюле, которую я не заметил, как он поставил на плиту. Я был настолько рассеян?
— В первый раз я не понял, что произошло, — сказал он. — Мы с Деймоном оба думали, что потеряли ее после нападения на «Maxwell Securities». Она погрузилась в свои мысли на несколько часов. Никто из нас не мог до нее достучаться, несмотря на все наши усилия. Я боялся, что, когда она наконец очнется, нам придется иметь дело с бешеным существом, каким все ее считали, но это было не так.
Я одарил его своим лучшим взглядом, говорящим «о чем, черт возьми, ты говоришь».
— Когда она в конце концов проснулась, с ней, казалось, все было в порядке. Сказала нам, что ей просто нужно разобраться в том, что произошло, — объяснил он. — Когда мы добрались до отеля, она разобралась с нами и с номером в отеле. Я разозлил ее в машине по дороге сюда, и она снова отключилась. Когда она вернулась к нам, она сказала, что «разбиралась со всем тем дерьмом, которым мы продолжали ее поливать». Не думаю, что она совсем потерялась. Думаю, она мысленно переживала травму.
Я не хотел быть заинтригованным, но ничего не мог с собой поделать.
— Так думаешь, у нее в мозгу есть картотека, где она все сортирует?
— Это упрощенный вариант, но да, — ответил он.
Я наблюдал, как он выкладывает в сковороду приготовленный рис вместе с овощами. Кухню наполнил аппетитный аромат, но я отказывался признать это. Черт возьми, мне нужно было мясо, а в той сковороде не было ни грамма белка, хотя еды хватило бы на всех нас.
— Так ты думаешь, она может контролировать себя рядом с Натаном? — спросил я, возвращаясь к созерцанию окна. Лорна и Деймон были уже на полпути к дому.
— Я пока не готов это выяснять, — ответил Кенрид. — Думаю, именно поэтому Деймон продолжает испытывать ее. Он хочет посмотреть, как далеко он сможет зайти, прежде чем она сдастся.
Я глубоко вздохнул.
— Да, в этом есть смысл. Если она уступит Деймону, он, по крайней мере, не сможет пробудить ее магию.
— Деймон тоже так думает, — сказал Кенрид. — А мое присутствие, похоже, уменьшает ее желания, так что я могу помешать ей причинить ему боль.
Я заставил себя отвести взгляд от пары, идущей по песчаной дорожке в мою сторону. Волк боролся с моим самообладанием, желая сразиться с моим лучшим другом за то, что тот держал ее за руку. Я бы никогда не стал драться с Деймоном из-за женщины. Не имело значения, что он у меня отнял, я никогда не смог бы причинить ему боль.