Шрифт:
Еще с утра все радиостанции округа твердили одно и то же: по всей северо-восточной оконечности самого сухого материка Марса пронесется мощная песчаная буря. После терраформирования четвертой планеты песчаные бури оставались одной из немногих нерешенных проблем. Я вздохнул. Вздохнул, потому что Марс оставался единственной непокоренной обитаемой планетой, он упрямо закручивал тугие витки атмосферных вихрей. Матушка Земля покорно сдалась еще три столетия тому назад, и ветер там дул строго по расписанию. Некогда же буйная Венера также капитулировала,
На краю ленты дороги, примерно километрах в двух, замаячило здание постоялого двора. Это было типичное строение для этих мест – на четверть вкопанный в землю бронированный параллелепипед. Я затормозил на стоянке перед ним и вышел из бегохода. В небе ярко светил Гелиос – громадный портал, один конец которого почти упирался в Солнце, а второй висел на низкой орбите над Марсом. Я зашел вовнутрь заведения. Налево был обычный придорожный магазинчик, направо – регистрационная гостиницы, прямо передо мной поднималась наверх широкая лестница. Я повернул налево – мне нужны были сигареты. Я подошел и постучал в закрытое окошко. Из него выглянула заспанная девушка и извинилась.
– Пустяки, – сказал я, – у вас есть "Плазменные"?
– Нет, только "238-92", "Вулкан" и "Сателлит".
– Тогда две пачки "Сателлита".
Я сунул ей две смятые бумажки, и пока она выбивала чек, смотрел в окно. Мой бегоход шевелил кончика спрятанных внутрь корпуса щупальцев на быстром ветру. Бегоходы были незаменимой вещью здесь, на Марсе: передвигающиеся по дороге на четырех больших колесах, по пустыне они могли идти на шести длинных щупальцах, развивая при этом скорость до семидесяти миль в час.
– Возьмите, – сказала девушка, просовывая сигареты и сдачу. Она взглянула на часы. – До бурана еще два часа. Вы можете не успеть до следующей стоянки.
– Пожалуй, вы правы, – ответил я. – Я останусь у вас. Тогда я должен загнать свой бегоход.
– Я открою гараж.
– Постойте, – окликнул я ее, – как вас зовут?
– Наташа, – улыбнулась она.
– Игорь. Приятно познакомиться.
– Мне тоже.
Я вышел на улицу и остолбенел. В пятистах метрах от меня на гостиницу надвигалась песчаная стена. Я вбежал назад.
– Наташа, – крикнул я, – буран! Закройте все двери!
Позади меня вход перекрыла массивная шлюзовая перегородка. Наташа вышла из-за панели управления.
– Что случилось?
– Смотрите, – я показал рукой в окно.
На мой бегоход накатила ударная воздушная волна, и он задрожал всем корпусом. Затем налетело столько песка, что машина скрылась в буром вихре.
– Это не буран, а лишь предвестник, – сказала она. – Метеорологи не могли так ошибиться. До бурана еще целых два часа.
– Поверьте мне, это – буран.
Словно в подтверждение моим словам, ветер перевернул бегоход и покатил его вдоль дороги. Про себя я удовлетворенно улыбнулся – метеорологи
– Свыше восемнадцати баллов по шкале Лихтоффа, – прицокнула языком Наташа.
Я согласился. Бегоход весил почти полторы тонны.
По лестнице сверху спускался мужчина лет тридцати. Я быстро скользнул взглядом по загорелым красивым рукам Наташи и наткнулся на кольцо. Конечно, она была замужем.
– Добро пожаловать, – поздоровался он. У него оказался неприятный хриплый голос. – Я хозяин всего этого, – он обвел руками гостиницу, но мне показалось, что в первую очередь ему не терпелось показать власть над Наташей, – зовут меня Руслан, а с моей женой, я слышал, вы уже знакомы.
– Игорь, – представился я и к моему вящему неудовольствию он протянул мне руку. Пришлось пожать.
Наташа отдала мне ключи от номера.
– Второй этаж, налево, в самом конце коридора. Игорь, у вас в бегоходе были вещи?
– Нет, – ответил я. – И вообще, это неважно.
Руслан смотрел наружу сквозь толстое оконное стекло. Буря наносила мириады песчинок на стоянку и гостиницу. Внезапно что-то ударилось об раму. Я обернулся. Это была оторванная собачья голова, как мне показалось. Наташа закрыла глаза от отвращения. Я поднялся к себе в номер, включил торшер и лег на кровать. За стенами, не переставая, шуршала песком буря. Прошло полчаса. Ко мне постучались.
– Войдите, – крикнул я, не вставая.
Я думал – это Наташа. Я ошибся.
– Здравствуйте, – сказал гость. – Наташа сказала, что у нас новоприбывшие.
– Кто вы? – я приподнялся и сел.
– Роберт, метеоролог. Я уже неделю здесь торчу. Бурана дожидаюсь.
Я едва заметно поморщился. Подумать только, метеоролог! Только его здесь не хватало.
– Почему вы не у себя? Буря ведь началась. Кстати, на два часа раньше, – заметил я едко.
– Да, – он пропустил мою колкость мимо ушей. – Но все приборы на крыше, а компьютер и без меня справляется с накоплением данных. Поэтому, хотите партию в покер на троих?
– Игорь, – наконец представился я, – охотно. Вы, я и Руслан?
– Нет, – ответил он, – вы, я и Наташа. Пойдемте ко мне.
Когда мы вошли, Наташа уже была там, а на полированном журнальном столике аккуратной стопкой лежали карты.
– Хотите пива? – предложил Роберт.
– Не откажусь, – согласился я.
Мы сыграли три партии по полдоллара каждая. Все три раза выиграл Роберт. Наташа раскраснелась от азарта и расстегнула верхнюю пуговицу блузки. Несмотря на холодное пиво, я вспотел. Разыгравшийся Роберт вдруг повел разговор о своей работе. Он много говорил о пользе терраформирования вообще и об управлении погодой в частности. Он приводил какие-то сводки, факты, цифры, а я сидел и как дурак злился то на него, то на себя – попеременно. Говорил то он все правильно, но мне именно это и не нравилось. Он снова хотел отнять у меня мой ветер.