Шрифт:
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Средневековье
Меня неверным другом
не зови.
Как мог я изменить иль измениться?
Моя душа, душа моей любви,
В твоей груди, как мой залог, хранится.
Ты — мой приют, дарованный судьбой.
Я уходил и приходил обратно
Таким, как был, и приносил с собой
Живую воду, что смывает пятна.
Пускай грехи мою сжигают кровь,
Но
Чтоб из скитаний не вернуться вновь
К тебе, источник всех благодеяний.
Что без тебя просторный этот свет?
Ты в нем одна. Другого счастья нет.
Шекспир.
Раскаты майского грома сменились женским криком.
Яркая вспышка молнии озарила роженицу. Гримаса боли исказила её прекрасное, белое лицо, и собравшиеся в комнате люди - лекарь и две служанки, обменялись меж собой многозначительными взглядами.
Они понимали.
Женщина не перенесет эти роды. Тело её было измучено, а дух ослаб. Она потеряла много крови и истратила почти все свои силы.
Её было уже не спасти.
Но вот жизнь, что еще билась в ней, другая жизнь, должна была спастись.
– Прошу вас, - со стоном выдохнула роженица. Взгляд её остановился на лекаре.
– Прошу вас, помогите ей. Дайте моей дочери появиться на свет.
Лицо её стало почти белоснежным. Ни кровиночки, ни намека на жизнь. Но глаза - большие, выразительные, вдруг, сверкнули решительностью.
Лекарь не стал удивляться тому, что женщина была так уверена, что у неё родится дочь. Это было не первый раз, когда он слышал от рожениц подобное, и они не ошибались.
Но это был первый раз за эти девять лет, когда ситуация складывалась столь трагично.
– Прошу вас, - белыми губами прошептала женщина.
– Я сделаю все, что могу, чтобы ваша дочь появилась на свет, - пообещал лекарь.
– Благодарю вас, - снова шепот, который вскоре сменился криком.
– Позовите господина, - оборачиваясь на служанок, велел лекарь.
Служанки - молоденькие, напуганные девушки, рванули к дверям и скрылись в коридоре.
– Да куда же вы обе!...
– сокрушенно прошептал лекарь.
Он заметил, что родовая деятельность усилилась. Схватки терзали тело женщины, не давая ей даже сделать передышку. Волна боли накрыла роженицу, та изогнулась на кровати. Темной волной рассыпались её волосы по спине.
– Госпожа! Постарайтесь! Ваша дочь уже близко! Помогите своей дочери!
– Помочь, - взгляд, затуманенный болью, прояснился и в этот миг лекарь увидел чудо. В глазах женщины засияла решимость и сила.
– Я помогу ей.
Она сдержала своё слово. Превозмогая огненные врата боли и отчаяния, роженица зашептала молитву, приложила немыслимое усилие...
В тот миг, когда первые капли дождя упали на землю, крик младенца наполнил собой комнату.
–
Взгляд женщины, остановившись на ребенке, засиял.
– Дочь...
– блаженная улыбка озарила белоснежное лицо умирающей красавицы. Глаза её стали закатываться.
В попытках хоть как-то отсрочить её смерть, лекарь окинул комнату быстрым взглядом.
– Дерек!
– требовательно позвал мужчина.
– Я знаю, ты где-то здесь! Иди сюда, сын, помоги!
Послышались быстрые шаги. К отцу подбежал невысокий, худенький мальчик. Серые глаза устремили на отца настороженный взор.
Лекарь улыбнулся сыну. Полоски морщин изрезали его загорелое, утомленное лицо.
– Иди сюда, Дерек. Подержи-ка эту малышку, - мужчина аккуратно вложил в руки сына новорожденную.
Мальчик замер, и, кажется, даже перестал дышать.
– Держи её крепко, сын. Держи как самое главное сокровище, - отец ободряюще улыбнулся, - а я пока помогу его маме.
Он лгал самому себе.
Её было уже не спасти.
Лекарь подошел к роженице. Она, ощутив его присутствие, подняла посиневшие веки. Удивительно ясный взор встретился со взглядом мужчины.
– Я умираю, - прошептала госпожа.
– Госпожа, - начал, было, лекарь.
– Не лгите мне, я знаю это, - она вымученно улыбнулась.
– Но знайте, я умираю счастливой и благодарной Господу и вам. Вы так много сделали для меня... Для нас...
– Где она?
– громкий мужской голос раздался в коридоре. Через мгновение двери распахнулись, в комнату вбежал мужчина.
Увидев свою жену, он замедлил шаг.
Лицо его исказилось от душевной боли.
– Элизабет, - мужчина взял жену за холодную ладонь.
– Не печалься, любимый, - она улыбнулась, - я родила долгожданную дочь.
– Дочь...
– с улыбкой повторил господин.
Синие глаза его заблестели от слез. Он поцеловал тыльную сторону ладони своей жены. Губами ощутил, какой медленный был пульс у неё.
– Не печалься, любимый, - прошептала она.
– Мы расстаемся, но лишь на время. В Царстве Божьем мы снова будем вместе.
Господин подскочил и прижался губами к губам жены.
Поцеловал, вкладывая в поцелуй всю свою любовь и благодарность.
Элизабет тихонько вздохнула. Выдохнула.
И муж поймал ртом её последний выдох.
Все замерли в комнате. Рыдая, небо принялось заливать мир дождем.
Скорбь тяжелым облаком накрыла всех.
Всех, кроме Дерека и малышки, которую он по-прежнему держал на руках.
Девочка вела себя удивительно тихо. Не плакала и не привлекала внимания, словно зная, какая трагедия случилась в стенах этой комнаты.