Навсегда
Шрифт:
Она пересекла спальню и вышла через одну из французских дверей, оказавшись на втором этаже широкой галереи, опоясывавшей дом. Виноградная лоза, за десятилетия прочно обосновавшаяся на колоннаде, приглушала слепящие лучи солнца. Отсюда открывался великолепный вид на часовню с куполом, отражавшуюся в гладкой поверхности зеленого пруда. За прудом стоял вертолет. Вот винты снова начали вращаться, поднимая ветер, разбивший отражение часовни на множество частей, напоминавших детскую игру, в которой нужно сложить картинку из многих
Из комнаты до нее донеслись негромкие голоса. Стефани вошла в дом. Мальчик только что принес два ее чемодана, а горничная уже начала их распаковывать. Обменявшись с ними приветствиями, Стефани удалилась в ванную, чтобы принять душ.
Уже через десять минут она была около пруда. Сидя с закрытыми глазами в шезлонге, она безмятежно впитывала солнце.
Стефани не знала, сколько времени просидела так, отдаваясь теплу и солнцу, когда вдруг ее окатили холодные брызги, как будто по ее телу провели кусочком льда. Вскрикнув, она вскочила. Стоя в воде у бортика бассейна, на нее с улыбкой смотрел Эдуардо.
— Это нечестно! — негодующе воскликнула Стефани.
— Я могу поступить еще более нечестно, — рассмеялся Эдуардо, хватая ее за щиколотку.
— Эдуардо! Не надо! Не надо! Вода такая холодная! — Стефани отчаянно сопротивлялась.
Эдуардо сдернул ее вниз, и она неловко шлепнулась в воду. Вынырнув, она выплюнула струйку воды, пригладила волосы, показала ему язык и снова быстро нырнула, направляясь под водой к дальнему концу бассейна. Эдуардо метнулся за ней.
Смеясь и визжа, она убегала от него, бросаясь то в одну сторону, то в другую, пересекая бассейн быстрыми саженками.
— Ну что, сдаешься? — крикнула она ему, задыхаясь.
— Никогда!
Он снова нырнул, снова вынырнул — но оказался слишком далеко от Стефани. Она захохотала, и он снова нырнул.
Она резко остановилась и огляделась. Эдуардо исчез. Где он? Стефани повернулась на месте, чтобы посмотреть, не вылез ли он из воды.
И тут она почувствовалаего — как он проскользнул у нее между ногами, выскочив из воды прямо перед ней. Довольный, как кошка, только что полакомившаяся канарейкой.
— Давай займемся этим прямо здесь. — Он притянул ее к себе.
— Ты с ума сошел! — Стефани быстро отстранилась от него и резким движением послала веер брызг ему в лицо. — Почему тебя так околдовывает вода? Каждый раз, когда мы купаемся, ты возбуждаешься.
Он засмеялся.
— Наверное, потому что мой знак зодиака — Рыбы. Да и потом, что я могу с собой поделать, если ты на меня так действуешь?
— Ладно, в любом случае этим мы здесь не займемся. Я заметила, что здесь даже деревья имеют глаза! — Она, запрокинув голову, перевернулась на спину и медленно поплыла от него.
Он плыл рядом с ней, не в состоянии отвести глаз от ее груди, обтянутой плотной желтой тканью купальника.
— Я знаю место,
— Да? — Стефани продолжала лениво покачиваться на воде. — И где же?
— В кабинках для переодевания, где же еще.
Открыв один глаз, Стефани взглянула на Эдуардо.
— Ты уверен?
Эдуардо усмехнулся.
Она быстро подплыла к бортику бассейна и вылезла. Вода ручейками струилась по ее телу.
— Так чего же мы здесь теряем время? — спросила она.
«Есть ли на этом свете что-нибудь более приятное, чем послеобеденный секс?»— радостно думала Стефани, впорхнув в зал Геракла за пятнадцать минут до назначенного времени. Стараясь не выдавать своего восхищения, она двигалась по залу, рассматривая все вокруг. Как и во всем доме, мебель здесь представляет подобранное со вкусом сочетание дворцового и колониального стилей, смесь снобистского европейского великолепия с расслабленным тропическим комфортом. «Так же как Эдуардо сочетает в себе джентльмена-аристократа и земного человека незнатного происхождения», — думала Стефани, улыбаясь про себя.
Услышав знакомое тихое жужжание, Стефани оглянулась. Заза, величественная, как всегда, въезжала в дверь на своей коляске. Ее седые волосы тщательно уложены, одета в платье бледно-лилового цвета. Ожерелье из пяти ниток шестнадцатимиллиметрового жемчуга — естественного, а не выращенного — обвивало ее шею, в ушах переливались перламутром тяжелые жемчужные серьги. Подъехав к Стефани, она протянула руки, обдавая ее невидимым облаком старомодной пудры и сладким ароматом туалетной воды.
— Моника!
Наклонившись, Стефани обняла ее.
— Заза.
Отодвинув Стефани на расстояние вытянутой руки, Заза подняла голову.
— Должна признаться, ты меня очень расстроила, — в ее голосе слышался мягкий укор. — Тебе следовало приехать сюда значительно раньше. Ты даже не представляешь себе, как я ждала тебя, — здесь такая скука.
Стефани рассмеялась.
— Я уверена, что вы справлялись со своей скукой. Я помню, как вы разъезжали по «Хризалиде», — все подмечая. — По лицу Стефани скользнула тень. — А, вот что в вас изменилось: при вас нет бинокля!
Заза только махнула рукой.
— Я устала от него, дорогая. Кроме того, он мне больше и не нужен. Видишь ли, я так стара, что люди вокруг уже не обращают на меня внимания, считая лишним скрывать свои секреты. Они думают, что я уже в маразме, выжила из ума, или ничего не вижу, или не обращаю внимания. Они теряют бдительность. Честно говоря, это утомляет — невольно видеть и слышать то, о чем не хочешь знать. Так зачем мне шпионить за кем-то — чтобы еще усугублять это утомление? — Заза улыбнулась. — Ну ладно, хватит об этом. Давай-ка подойдем поближе к свету, я хочу получше рассмотреть тебя.