Навсегда в моем сердце
Шрифт:
Но все изменилось с того дня, почти год назад…
***
Будильник запиликал, извещая о том, что уже утро и пора просыпаться. Глеб повернулся в постели и потер лицо рукой, смотря в окно и щурясь от яркого солнца. Сев на постели, он посмотрел под ноги и, увидев чужую одежду, обернулся, вспоминая, что вчера притащил Полину к ним домой.
Повернувшись к ней, он увидел, что она спит, раскинув руки. Одна нога была поджата, а вторая свисала с кровати. Осторожно повернувшись на бок, она что-то прошептала во сне и Глеб улыбнулся.
Блондинистая шевелюра, лежащая
Выйдя из душа, он осторожно прикоснулся к ней, целуя в щеки, глаза, лоб, спуская с нее одеяло и ловя розовый сосок в плен своих губ.
— Ммм, Глеб…
— Как насчет утреннего секса? — спросил он, улыбаясь, и она, обхватив его голову, притянула к себе
— Тогда ты знаешь, что я люблю — спуская его голову вниз, она хотела, чтобы он сделал ей приятное, и только поле этого секс, но видимо Глеб эту идею не поддерживал, и покачал головой
— Не сегодня детка!
Резко открыв глаза, она посмотрела сначала на него, потом на часы и застонала.
— Сейчас только семь, Глеб…
— Пора вставать, мама скоро проснется и если застукает тебя здесь, голую, проблем не оберешься — улыбнулся он
— Разве она не в курсе, что мы встречаемся? — спросила недовольно Полина, и он пожал печами
— В курсе, но секс в ее доме не предусматривается дружбой! — пошутил он, и она стукнула его по плечу
— Какой же ты вредный.
— Но именно таким я тебе и нравлюсь, не так ли? — сказал он и, обхватив ее грудь, втянул розовую бусину в рот и застонал — Какая же ты сладкая — прошептал он, опуская руку и лаская ее между ног, чувствуя, как она становится мокрой
— Глеб — шепчет она, откидываясь на подушки и осторожно сжимая его плечи, стараясь не застонать в голос
Он осторожно подхватывает ее под попу и, сев на постели насаживает на свой налитый член, срывая с ее губ стон. Ее волосы накрывают их обоих и скрывают на время ото всех. Он врезается в нее, стараясь не сильно шуметь, но не получается после того, как она не выдержав стонет, обхватывая его за плечи и он затыкает ей рот поцелуем, боясь, что кто-нибудь точно ворвется к ним в комнату, в самый неподходящий момент.
Они приходят к финишу в одно время, успев выйти из нее, он кончает, ссаживая с себя, и падая на кровать, после такого забега, шумно выдыхая.
— Как твоя сестра? Пришла в себя? — спрашивает Полина спустя время, и Глеб тут же злится, что она вспоминает о ней
— Поль, не лезь в это! — бросил он, и она насупилась, сев на постели и, обхватив себя руками
— Глеб, мы встречаемся почти год, но твоя сестра так и не смогла привыкнуть ко мне! Сколько мы еще будем скрываться это? — спросила она, и он бросил на нее тяжелый взгляд, заставив опустить глаза
— Она знает, что ты есть, пока этого достаточно — сказал он и, встав с кровати, надел боксеры, поднимая с пола джинсы и майку
— Мне иногда кажется, что ты готов ради нее на все, даже меня скрывать, лишь бы она чувствовала себя хорошо! — сказала Полина, спустя
— Так и есть, ради нее я готов на все!
***
Она зажала кулак во рту и тихо плакала в подушку, слушая, как Глеб трахается с ней в соседней комнате, заставляя ее сердце заходиться от боли. Она проснулась от чьего-то стона и когда поняла, что происходит, не смогла сдержаться, расплакавшись уже в который раз.
Очень тяжело любить того, кого нельзя, пусть даже это твой брат, хоть и не родной!
Уже год она сходит с ума, не зная, как избавиться от этого сумасшедшего чувства безысходности. Она даже не поняла, когда влюбилась в него, просто однажды, стала смотреть на него другими глазами.
Влюбленными…
Его накаченное тело становилось красивей день ото дня, и она не могла оторвать от него глаз, смотрела и смотрела. Его прическа сводила с ума, взгляд смеющихся глаз, заставлял сердце учащенно биться, когда он смотрел на нее. Губы были такими манящими и красивыми, что ей иногда казалось, она сорвется и зацелует его при всех.
Он был мечтой всех девчонок в школе, и ее, несбыточной мечтой…
Все было прекрасно, она наблюдала за ним изо дня в день и влюблялась сильнее, пока однажды он не привел Полину, представив ее, как свою девушку.
Вот тогда и началась вся жесть.
Постоянные срывы, слезы, истерики и депрессия, заставили ее сделать глупость.
А потом, была авария и на пару месяцев она была недоступная для всех, в том числе и для него. Лежа в больнице, в гипсе, она ненавидела себя за то, что ненароком заставила их всех виться возле нее и делать вид, что все в порядке, и ничего не было. И он был рядом, старался развеселить ее, но она замкнулась в себе, и все же иногда позволяла своей влюбленности выходить на свет, дышать полной грудью, улыбаться, но потом загоняла ее назад, смеясь над ней и угрожая…
Глеб осторожно открыл дверь и, приложив палец к губам, показал идти за ним, на что Полина закатила глаза. Посадив ее в такси, которое он заранее вызвал, поцеловал и сказал, что позже они увидятся в школе.
Он вернулся в дом и прошел на кухню, застав там Стасю, смотрящую в окно на задний двор.
— Доброе утро, а ты чего так рано? — спросил он, подходя к ней, и она улыбнулась
— Выспалась!
Он внимательно посмотрел на нее, ища на лице хоть какие — то признаки того, что она могла слышать их утренние скачки, но так и не найдя ничего, пожал плечами.
— Кофе? — спросила она, и он кивнул, удивляясь ее хорошему настроению — Скоро весна! Хочу на качели! — сказала она, смотря на задний двор, где стояли качели и он покачал головой
— Сегодня холодно, может через пару дней? — предложил он и она кивнула
— Какое время года ты любишь?
Он очень удивился ее вопросу, потому что Стася никогда сама с ним не говорила, ну точнее с тех пор, как все изменилось, сама никогда.
— Осень! Дожди смывают всю грязь, давая возможность настроиться на зиму, и начать все с чистого листа — сказал он, смотря на нее пристальным взглядом, и она задумалась, а потом улыбнулась