Навсегда моя
Шрифт:
Тем не менее, Сара думала о том, что, скажи она ему раньше, у них вообще могло ничего не получится. Теперь же она больше беспокоилась о том, как Энжел воспримет то, что она его обманывала, а не то, что Сидни – парень.
После аварии Сидни Сара старалась вообще не упоминать его в разговорах. Она даже начала ставить свой мобильный на беззвучный режим, когда была с Энжелом, опасаясь, что телефонный звонок может спровоцировать разговор о Сидни.
Возможно, она даже переборщила, стараясь не упоминать своего лучшего друга, потому что недавно Энжел спросил ее:
– Как там Сидни? Ты все еще с ней общаешься?
Сара
– Да, иногда.
С того первого вечера, когда Энжел поцеловал ее, не было и дня, когда они не видели бы друг друга. Чем больше времени они проводили вместе, тем сложнее было Саре представить, как она его оставляет.
Но все же она не могла поступить так с Сидни. Они же договорились. Он уже несколько раз спрашивал ее, серьезно ли она думает, что сможет оставить Энжела и вернуться в Аризону? Она заверила его, что сможет и вернется. Но в глубине души Сара знала, что если бы она не чувствовала себя такой обязанной Сидни и его семье, то осталась бы тут, не раздумывая. На следующий день Сидни позвонил ей и сказал, что им необходимо поговорить лично. Это обеспокоило Сару, потому что она понимала, что Сидни знал ее лучше, чем кто-либо. Он будет видеть ее насквозь.
Телефонные разговоры с Сидни стали значительно короче, но они все еще созванивались ежедневно. Их общение сало странным. Они все время обсуждали, стоит ли ей возвращаться в Аризону. Сидни настаивал, что она должна остаться. Сара знала, каким ее друг бывает самоотверженным, поэтому не сомневалась, что он пожертвует своим счастьем ради нее.
Все эти годы он был в ее несчастливой жизни, составляя ей компанию, в то время как мог веселиться и развлекаться с другими. У его семьи были деньги, и он мог бы получать все, что получали другие дети. Например, летние поездки в лагерь. Он мог проводить праздники у бабушки и дедушки в Колорадо, катаясь на лыжах. Вообще, он мог проводить каникулы везде, где ему хотелось. Но все эти годы он выбирал ее. Он оставался с ней.
Сара почувствовала, как ее затопляет чувство вины. Как она вообще могла даже подумать о том, чтобы изменить свои планы только из-за того, что сейчас у нее появился парень? Сара с трудом сглотнула. Она не увидит Сидни до Рождества. К этому времени она успеет поработать над каменным выражением лица.
***
До Дня Благодарения оставались считанные дни, и семья Морено начинала сходить с ума. Выходные после праздника обычно были весьма оживленными. Энжел никогда этого не понимал. Он считал, что у народа холодильники должны быть забиты остатками праздничного обеда. Кто вообще захочет выходить из дома, чтобы поесть в ресторане? Его мама предполагала, что людям надоедало готовить и доедать остатки, к тому же, они хотели развлечь своих приезжих гостей. В общем, это, на самом деле, было и неважно. Главное, что неделя, на которой праздновали День Благодарения, была для Морено довольно загруженной.
Хотя в сам День Благодарения ресторан был закрыт, а в пятницу работал только половину дня, они всегда делали запасы, готовясь к оживленным выходным. Только что у папы Энжела чуть не случился сердечный приступ, когда ему сообщили, что часть поставок не сможет прибыть из-за погодных условий на севере.
– На севере? Каким образом погода на севере может повлиять на наши поставки? Мы же в Сан-Диего! – Его голос гремел
Энжел закончил надевать обувь и натянул толстовку с капюшоном. Он бросился в ванную, где почистил зубы и пару раз провел расческой по волосам.
– Эй, Софи, – прокричал он, проходя мимо ее спальни, когда шел вниз. – У тебя пять минут. Я пошел греть машину.
Его отец все еще ругался на кухне. В доме витал запах маминого печенья. Она могла сделать самое потрясающее печенье в мире практически из ничего. Энжел заскочил на кухню, чтобы ухватить парочку.
– Привет, па, плохое утро?
– Мне нужно, чтобы ты не строил планы на эти выходные. – Его папа нахмурился. – Графики составлял Алекс, и он раздал слишком многим свободные дни. Ресторан будет битком набит. Если кто-то не сможет выйти на работу, у нас будут серьезные проблемы.
Энжел схватит три печенья, сразу надкусив одно.
– Конечно, я все понимаю.
Его отец сел на один из барных стульев. Энжел видел, что тот очень расстроен.
– Ты в порядке, па?
Его отец кивнул.
– Эй, – сказал Энжел. – Тебе не нужно принимать все так близко к сердцу. Зачем ты так мучаешься каждый год? Просто расслабься. Мы всегда все выходили на работу, и у нас все получалось.
Выражение лица его отца стало еще более несчастным.
– В этом году не будет Алекса. У него игра.
– Ну и что? – Энжел пожал плечами. – Здесь будем я, Софи и Сэл. Не волнуйся. Ты так когда-нибудь доведешь себя.
Энжел положил руку на плечо папы. Тот похлопал по ней и улыбнулся.
– Я слишком стар для этого дерьма.
Энжел рассмеялся.
– Нет, что-то мне подсказывает, что ты будешь пинать наши задницы в ресторане еще очень долго.
Энжел сделал глоток кофе из чашки своего папы и чуть не выплюнул все обратно.
– Черт. – Он поморщился. – Слишком много сахара, па, я пожалуюсь маме.
Его отец только отмахнулся от него, снова нахмурившись.
***
Весь день Энжел ощущал, что Сара ведет себя как-то странно, но он не мог понять, в чем дело. Ни плохо, просто по-другому. Она больше прикасалась к нему. Хотя последнее время она зачастую стала инициатором их физических отношений. Раньше именно Энжел не мог держать от нее руки, иногда даже прерывая ее на середине предложения, потому что не в силах был и дальше смотреть на ее губы, не целуя их. Сегодня, однако, именно она делала это с ним. Несколько раз.
После школы, когда они были в его автомобиле, Сара наклонилась и поцеловала Энжела с такими страстью и рвением, что он чуть с ума не сошел.
Отстранившись, Сара облизала губы.
– Ух ты. Что с тобой сегодня? Не то чтобы я жаловался.
– У меня для тебя сюрприз. – Сара улыбнулась.
В его голове пролетало множество различных предположений, пока он искал подсказки в ее красивых глазах. Может, она решила остаться? Он не просил ее об этом с того самого дня, как довел до слез. Энжел едва ли позволял себе думать о том, что Сара уедет, еще меньше – надеяться, что она останется. Но прошло уже довольно много времени с тех пор, как она последний раз ударила его ножом в сердце, говоря, что скоро уедет. И Сара почти перестала вспоминать о своей подруге Сидни.